Рассвело окончательно. Я понятия не имела, сколько времени простояла под деревом, но солнце уже взошло, четко очерченный круг его диска виднелся сквозь серую пелену на небе, а снега теперь было по колено.
Я вздохнула, отлипла наконец от дерева, которое, впрочем, спасло мне жизнь, обернулась и У меня захватило дух.
Я стояла на широкой аллее, которая вела к огромному дворцу, перед которым уже вовсю кипела жизнь. Он был огромным, в пять этажей в вышину, из бежевого камня, с колоннами, двойной лестницей, которая вела к парадному входу, с большими окнами на первом этаже и маленькими на верхних. Крышу поддерживали фигуры подойдя поближе, я увидела, что у фигур абсолютно человеческие черты лица, но присутствуют рога. Учитывая, что Император вряд ли жил с такими украшениями под окнами, скорее всего это была искусная иллюзия. Но мне понравилось.
Народу на площади было много кто-то толпился, комкая в руках свитки с прошениями, кто-то уже продавал на подносах пирожки и чай. Здесь же уже сидели нищенки, склонившись головами почти до земли и жалобно причитая.
Я потолкалась немного среди толпы, так ничего и не сумев подслушать, я расстроилась. Люди говорили о всякой ерунде, о каких-то мелких делах, об открытии нового магазина, об основании кожевенной гильдии, о монополии и о том, что был издан указ в поддержку малого предпринимательства.
И тогда приняла решение, о котором не должен был узнать никто. Никто и никогда. Особенно в Лимире. Да и в Рэмтоне тоже. Вообще никогда.
Стянув маленькую картонку с лотка отвернувшейся на секунду торговки, я зашагала прочь от главного входа. Если я хотела увидеть что-то стоящее, нужно было идти к заднему входу, к прислуге, которая всегда обо всем в курсе. Заплутав между двумя горами снега, под которыми скрывалось непонятно что, я все-таки нашла задний ход. Ворота здесь были открыты, то и дело туда-сюда сновали какие-то обозы, люди с корзинами и с гружеными санями. Я было хотела дернуться туда, но вовремя заметила высокого оборотня в черном мундире, который проверял у всех документы.
Подстелив под колени картонку, я присела возле стены, выставив руку вперед.
- Подайте на пропитание деткам, жалобно пробормотала я, навострив уши.
Мимо ходили люди. Я следила за ними из-под капюшона, склоняясь лбом до земли каждый раз, как мне кто-то бросал в руку мелкую монетку. Первый раз меня это очень удивило, потому что, собственно, милостыня как таковая мне была не нужна.
Впрочем, я тут же вспомнила, что у меня нет ни копейки за душой, и убрала монетку в карман.
Спина затекла уже через пятнадцать минут, а ещё через полчаса я уже была поклясться на чем угодно, что я продам душу за тарелку горячего супа. Люди разговаривали, но их разговоры мало отличались от тех, которые велись у главных ворот. Две девушки, встав в очередь на проверку документов, шушукались о ком-то «ах, ты видела нового секретаря министра по Делам Оборотней? Он ну такоооой, горячччий, я просто не могуууу! Женится, правда, скоро». Единственное горячее, о котором лично я думала это горячий ужин, желательно, у камина.
«На переговоры приезжают демоны, ты слышала? Я их боюсь» призналась одна другой, заставив меня забыться и вскинуть голову.
«Я слышала, что»
О чем слышала вторая девушка,
мне так и не пришлось узнать, потому что раздался крик:
- В сторону! Раааазойдись!
Из-под копыт пронесшихся мимо лошадей в меня полетел замерзший кусок снега, больно ударив меня в живот. Я согнулась от боли, схватившись рукой за бок.
Кому-то подставили ступеньки, и в обзоре моей видимости показались дорогие сапоги, которые, впрочем, направились не от меня, а ко мне. Ну а мне не оставалось ничего больше, кроме как протянуть к нему ладонь и пролепетать:
В это секунду меня подхватили под локоть, и я оказалась лицом к лицу с дроу. Настоящим, живым дроу, который, клыкасто улыбнувшись, смотрел на меня. Чувство облегчения от того, что это не мой кошмар и не Рэн, пропало аккурат после того, как дроу схватил меня за подбородок.
- Человек, громко вынес вердикт он. Магии нет. Нужно кормить детей? спросил он, смотря на меня своими желтыми глазами с вертикальными зрачками, как у кошки.
Я закивала, боясь сказать что-нибудь не то.
- Отведите её на кухню и накормите, громко приказал он. Найдите ей одежду.
- Не нужно, милсдарь, что вы, у меня дети без присмотра, они голодные
- Ваш голод ничем не поможет вашим детям, безапелляционно заявил дроу и кивнул одному из охранников, и, подхватив под локти, меня потащили внутрь.
Я оглянулась по кухне сновали кухарки в голубых платьях и белых чепчиках, служанки в строгих коричневых платьях и тоже в чепчиках то появлялись, то исчезали, принося и унося какие-то блюда. По идее, это должны были делать официанты, но ни одного мужчины я на кухне не увидела.
Полная, розовощекая кухарка подала мне плошку с грибной лапшой и ломтем хлеба, но больше со мной не разговаривала. Прежде чем что-то предпринимать, я принялась за еду есть действительно хотелось зверски. За то время, которое прошло с момента театрального представления в Рэмтоне я, должно быть, уже похудела как минимум на пару-другую килограмм.