Утверждение распоряжений Цезаря 1819 марта 44 г. до Р. X
Одни из них были уже обнародованы,
тогда как другие находились в бумагах, переданных Цезарем Антонию. Кроме того, родственники Цезаря, особенно его тесть Пизон, хранившие 17 марта молчание, теперь ободрились и требовали вскрытия завещания и устройства Цезарю общественных похорон. Требование было ловко задумано, ибо разбивало проект помпеянцев провести конфискацию земель диктатора, почти всецело состоявших из добычи гражданских войн. Это раз выставленное требование уже нелегко было отвергнуть. Если Цезарь не рассматривался как тиран, то почему его похороны будут похоронами простого частного человека? Если утвердили все его распоряжения, то можно ли было уничтожать его завещание? Сенат начал с утверждения назначений проконсулов и пропреторов, уже бывших в провинциях или отправляющихся туда: Луций Мунаций Планк был назначен в Трансальпийскую Галлию, Азиний Поллион в дальнюю Испанию, Манлий Ацилий Глабрион в Ахайю, Квинт Гортензий в Македонию, Публий Ватиний в Иллирию и, возможно,Луций Стаций Мурк в Сирию. То же было с должностями на текущий год, носители которых были еще в Риме; некоторые из них находились в числе заговорщиков. Децим Брут получил управление Цизальпинской Галлией, Квинт Корнифиций Африкой, Туллий Кимвр Вифинией, Требоний Азией, Лепид Нарбонской Галлией и ближней Испанией. Утвердили также распоряжения Цезаря относительно будущих должностей и командований. Гирций и Панса должны были быть консулами в 43 году, Децим Брут и Мунаций Планк в 42-м; разные другие лица, в том числе заговорщик Публий Сервилий Каска, назначены были трибунами на 43 или 42 год.
Антоний получал в качестве провинции Македонию, Долабелла Сирию. К несчастью, Цезарь до своей смерти не успел выбрать провинции для Брута и Кассия.
Наконец, приступили к вопросу о завещании и похоронах. Никто не осмелился предложить уничтожение завещания, но Кассий и многие другие сенаторы воспротивились проекту публичных похорон.
Они слишком живо помнили насилия, вызванные похоронами Клодия. Если римская чернь учинила тогда столь большие беспорядки, то чего не сделала бы она для Цезаря? Родственники Цезаря протестовали, и Антоний ловко указал, что, отказывать в публичных похоронах значит еще более раздражить простой народ. Брут, бывший слабее Кассия, наконец согласился с этим. Решили, что Антоний вскроет завещание, которое Цезарь передал главной весталке, и что Цезарю сделают публичные похороны.
Завещание Цезаря
Действие завещания на народ
консервативную партию противиться даже самой необходимой помощи, как, например, организации коллегий и хлебным раздачам. Таким образом, в последние двадцать лет несчастные каторжники великого римского корабля получали перманентную помощь, распределяемую то с большой щедростью, то очень скупо. Они привыкли видеть знать всегда в дурном расположении духа и, напротив, встречать покровительство со стороны вождей народной партии Клодия, Красса, Помпея, Цезаря. И Цезарь, приобретший благодаря раздаче денег, празднествам, крупным обещаниям полное доверие толпы, один мог в последние годы сдерживать нетерпение и недовольство этой черни, полной ненависти к богачам, раздраженной долгой нуждой, нищетой и приведенной в отчаяние гражданской войной. Теперь, когда исчез ее великий покровитель, эта толпа оказалась предоставленной самой себе, без вождей, с той только поддержкой, какую оказывали слабые остатки ассоциаций Клодия, не имевшие теперь ни единства, ни силы. Легко представить, какое впечатление должно было произвести завещание на простой народ, уже обнадеженный обещаниями Антония и Лепида 16 марта и взволнованный в следующие дни собравшимися в Риме для защиты своих прав колонистами и ветеранами. Действительно, никогда в Риме не видывали вельможу, так распределявшего свои богатства народу, оставившего стольким тысячам лиц не только свои великолепные сады, но и по 300 сестерциев каждому; при общем денежном голоде это было целое состояние, предлагаемое судьбой бедным людям так вовремя. Цезарь в конце своей жизни еще раз пристыдил ту олигархию, которую народ обвинял в скупости и жестокости, которая убила его, как убила Клодия и Гракхов, как проскрибировала Мария и преследовала всех защитников бедняков. Волнение, возникшее 16 марта по инициативе Антония и Лепида, быстро разгорелось особенно поддерживаемое ветеранами: оплакивали Цезаря, так трусливо заколотого людьми, которых он, по свидетельству завещания, столь любил; проклинали его убийц, начали говорить, что на похороны великого благодетеля бедных следует прийти всем и похоронить его подобно Клодию.