Адмирал Империи 37
Глава 1
Место действия: столичная звездная системаНациональное название: «Тула-1» сектор контроля Российской Империи.
Нынешний статус: серая зона.
Точка пространства: орбита планеты Новая Тула-3, Старые Императорские Верфи.
Дата: 15 июня 2215 года.
Смелые слова, они мне по душе! похлопал по плечу Илайи, Птолемей Граус, подойдя вплотную к своему новому командующему. Его лицо озарила воодушевленная улыбка, а в глазах зажегся огонек решимости. Птолемей, облаченный в парадный мундир с золотым шитьем, излучал ауру уверенности и властности. В его осанке чувствовалась сила лидера, готового вести за собой.
Что ж, решено, вице-адмирал Джонс, продолжил он твердым голосом, вы возглавите авангард нашего флота в сто тридцать боевых вымпелов. На ваши плечи ложится огромная ответственность. Вы должны как можно скорей прибыть в сектор Старых императорских верфей и помочь нашему новому союзнику контр-адмиралу Крузу. Он отчаянно пытается отстоять сектор, сражаясь с предателем Дессе силами собственной эскадры. Каждая минута на счету, от вашей скорости и решительности зависят судьбы многих.
Птолемей на мгновение замолк, обводя взглядом собравшихся в зале офицеров. Напряженные лица, горящие глаза все ждали его дальнейших распоряжений. Атмосфера была наэлектризована предвкушением грядущих сражений и свершений.
Круз, насколько я знаю, человек Самсонова неуверенно пробормотал Илайя, нахмурив брови. Во взгляде читались сомнения и растерянность. Разве он не по другую сторону баррикад? Я не совсем понимаю эту неразбериху с союзниками и врагами
Поймав напряженный взгляд Илайи, Птолемей подошел ближе и снова положил руку ему на плечо в отеческом жесте
Сейчас такое время, мистер Джонс, что никто толком не знает, кто и по чью сторону находится, и что будет через стандартные сутки, печально вздохнул Василий Иванович Козицын, когда они вдвоем выходили из дверей зала заседания совета. Старый адмирал смотрел куда-то вдаль усталым, потухшим взглядом человека, повидавшего слишком много. Иногда мне кажется, что и я сам не знаю, по какую я сторону произнес он с горечью в голосе. В этих словах сквозила вся тяжесть сомнений и душевных метаний, что раздирали сейчас сердца многих офицеров. Где верность присяге и долг, а где предательство? Разобраться становилось все труднее.
Илайя задумчиво кивнул, вроде как соглашаясь со словами адмирала. В его взгляде читалась решимость, смешанная с толикой неуверенности.
Думаю, очень скоро всем нам придется четко с этим определиться, задумчиво произнес американец, устремляя взгляд в пустоту коридора. Эта мысль не давала покоя. Грядущие битвы должны были стать моментом истины, очистительным огнем, что выжжет всю двойственность и шаткость, оставив только непреклонную веру в правоту своего выбора.
Коридор, по которому шли офицеры, тонул в холодном свете ламп. Их шаги гулким эхом отдавались от стен, мерно отсчитывая путь к неизбежности. Где-то вдалеке слышался приглушенный гул работающих двигателей шаттлов, словно нетерпеливое урчание огромного зверя, жаждущего вырваться на волю и ринуться в бой.
Вице-адмирал Джонс, окрыленный своим новым назначением, рьяно взялся за дело и на «всех парах» помчался к императорским верфям. Его сердце пело от предвкушения битвы и желания доказать свою значимость. Через четверо суток, проведенных в прыжках через подпространство и лихорадочных приготовлениях, он прибыл в сектор во главе своего авангарда из ста тридцати кораблей.
На орбите центральной планеты в это время кипело сражение. Корабли контр-адмирала Круза, окруженные со всех сторон превосходящими силами противника, отчаянно отбивались, но силы были на исходе. Обшивки кораблей дымились от многочисленных пробоин, щиты мерцали на пределе возможностей. Еще немного и эскадра Круза палуба бы под безжалостным огнем кораблей Дессе. Но прибытие свежих сил Джонса вдохнуло в измотанные экипажи новую надежду. Соединившись с остатками эскадры контр-адмирала, космофлот Джонса, состоящий в основном из доукомплектованных резервных дивизий, с ходу бросился в бой. Им не терпелось сразиться с новым противником, даже не дожидаясь подхода основных
левиафаны обрушили на зажатую с двух сторон эскадру противника убийственный шквал огня. Нимидийская броня и экраны не спасли корабли Джонса от чудовищных залпов тяжёлых орудий и таранной атаки «северян». Один за другим они вспыхивали, разваливаясь на части от чудовищной силы взрывов и пропарывая пространство шлейфами обломков и раскалённого газа
Здравствуйте, Павел Петрович, на экране перед адмиралом Дессе возникло красивое женское лицо. Глаза Доминики Кантор, цвета штормового моря, смотрели с лёгкой усмешкой, а на губах играла едва заметная улыбка. Несмотря на усталость и напряжение боя, вице-адмирал выглядела великолепно. Её иссиня-чёрные волосы были стянуты в аккуратный пучок, а точёные скулы подчёркивали благородство и решительность её облика.
Кажется, я со своими мадьярами подоспела как раз вовремя, продолжила она, бросив быстрый взгляд на тактическую карту, где схема боя разворачивалась в реальном времени. Алые и зелёные точки кораблей кружили в смертельном танце, то и дело вспыхивая при попаданиях.