cаravella Дождь, кофе и абрикосовое дерево
Дедлайн-фест «Успеть до полуночи 5»
Номинация: «Скорость оригинальной мысли»
Тема: Вторая попытка
Фандом: Ориджиналы
Категория: Джен
Рейтинг: General
Жанр: Мистика, Сказка
Размер: Мини
Статус: Закончен
Страница произведения: https://fanfics.me/fic179855
Первый выход юной Элиссы в люди закончился катастрофой. В тот день стояло страшное пекло, обычное, впрочем, для местных широт в летнюю пору но ее зачем-то понесло прямо в Афины, где жара была совершенно невыносимой. Гуляя по узким немытым улочкам и придирчиво разглядывая разномастные фасады, Элисса мечтала о тенистых зеленых рощах и ледяных ручьях локрийских горных долин. На нее навевали жуткую тоску бесконечные ряды изношенных грязно-белых коробок, в которых каким-то чудом умудрялись жить люди. Редкие пестрые домишки, своей красотой обязанные рачительным хозяевам, были здесь чем-то сродни чуду.
Зачем-то Элисса тогда решила посмотреть еще и Акрополь. Ей не удалось проникнуться величием Парфенона и изяществом Эрехтейона неумолимое течение человеческой реки пронесло ее мимо древних руин, не дав насладиться дыханием истории. Едва не плача, Элисса дернула за рукав пожилую туристку и спросила, как отсюда выбраться, на что получила страшный в своей лаконичности ответ:
Где вход, там и выход, дорогуша.
Элисса зареклась не только возвращаться в Афины, но и вообще покидать родной дом ради сомнительной радости общения с людьми, но со временем со временем ей стало так одиноко и печально, что она решила снова попытать удачу.
* * *
Октябрь перевалил за середину, тучи все чаще проливались на землю дождями. Вода прибивала пыль, напитывала сухую землю и растекалась по лугам и долинам зелеными пятнами свежей сочной травы. Впереди маячила мягкая южная зима, позади осталось засушливое солнечное лето.
Над головой Элиссы нависли тяжелыми клубнями серые облака, полные влаги. Она шла, спотыкаясь, не в силах оторвать взгляд от грозного неба, обещающего непогоду. Еще немного и первые прозрачные капли посыплются сверкающими камнями вниз, решетя темными воронками широкую деревенскую дорогу, покалывая холодной сыростью кожу, стекая ручьями за шиворот тонкого платья Элисса подняла руки, встречая раскат грома.
Полилось. Сначала осторожно, робко, словно кто-то там наверху еще раздумывал, но с каждой минутой напор увеличивался, пока наконец-то небеса не разверзлись во всю мощь. Ливень стоял стеной, Элисса моментально промокла насквозь и, счастливая до самых кончиков пальцев, закружилась в танце. Крича и хлопая в ладоши, она бежала вперед, утопая по щиколотки в бурлящих потоках воды, смешанной с бурой землей.
Э-э-эй! кричал ей кто-то сквозь рев воды, падающей с неба. Э-э-эй!
Элисса не слышала. Она громко, во весь голос пела песню, услышанную еще тогда, в Афинах ее крутили в каком-то уличном кафе, она тогда остановилась, чтобы послушать, и так и застыла на месте, пока мелодия не прервалась рекламной паузой.
Э-э-эй!
Элисса подставила лицо струям дождя, закрыла глаза, и земля ушла из-под ее ног. Очнувшись, она обнаружила себя сидящей в грязи посреди дороги, превратившейся в маленькую бурлящую речку. Кто-то тряс ее за плечо. Подняв голову, Элисса улыбнулась над ней возвышалась женщина, такая же мокрая и счастливая.
Пойдем со мной, кричала она сквозь грохот ливня. Пойдем!
Пойдем! Элисса засмеялась и ухватилась за протянутую ей руку.
Дом, куда Элиссу привела Агапи, был небогатым, но чистым и уютным. Выбеленные стены были обвешаны деревянными поделками, на полках красовалась расписная посуда и букеты засушенных трав. С верхнего этажа вовсю орал телевизор. Элисса с удовольствием поставила босые ноги, вымытые перед тем под садовым шлангом, на пестрый коврик.
Стой, погоди, я сейчас принесу тебе сухую одежду, замахала руками Агапи, когда Элисса чуть было не села на застеленную коврами скамью.
Растянутая футболка с Микки-Маусом на груди оказалась Элиссе велика, как и спортивные штаны,
но она с удовольствием утонула в чистой одежде, пропахшей стиральным порошком и чем-то травяным. Агапи и сама переоделась в сухое и теперь разливала по чашкам горячий кофе из турки.
Йоргос, скажи матери, чтобы она сделала тише телевизор! крикнула она, и Элисса заинтересованно огляделась по сторонам, ища взглядом Йоргоса.
Это мой муж, улыбнулась Агапи, это он нам кофе сварил, сейчас на кухне сидит с газетой. Если б не дождь, торчал бы на веранде и курил, в доме я ему это запрещаю.
Голоса из телевизора тем временем сначала затихли, сменившись громким ворчанием, затем вернулись к прежнему уровню громкости. Кажется, Йоргос не преуспел в попытке договориться с тещей. Агапи картинно закатила глаза.
У вас красиво дома, Элисса понюхала кофе и сделала глоток. Как вкусно!
Как будто впервые кофе пьешь, рассмеялась Агапи, потом глянула в окно и покачала головой. Дождь еще долго будет идти, придется тебе остаться на ужин, дорогая моя.
Когда вся семья собралась за столом, Элиссе подумалось, что она с удовольствием осталась бы с этими людьми навсегда. Если бы они предложили, конечно.
Уплетая горячую мусаку за обе щеки, Эллиса исподтишка рассматривала присутствующих. У старой матери Агапи было много морщин (как будто кто-то перекопал бороздами рыхлую землю) и белые как снег волосы. Она плохо слышала и громко говорила, а глаза у нее были яркие, молодые. Агапи выглядела уставшей, но эта усталость не скрывала особую, мягкую красоту: оливковая кожа, темно-русые волосы, песочно-зеленые глаза, от которых разбегались по коже лучики, пухлые улыбчивые губы. Йоргос тучный мужчина с копной черных волос и умным взглядом темных, как кофе, глаз, спокойный и неторопливый, как большой мудрый слон. А еще Яннис юркий мальчишка лет восьми, внимательно глядящий исподлобья.