Всего за 199 руб. Купить полную версию
Наливайко тем временем побагровел. Его зеленые глаза полыхнули неподдельным возмущением, а пышные усы грозно встопорщились, словно иглы у разъяренного дикобраза. Чувствовалось, что Наэма попала в больное место, затронув извечную тему противостояния кадровых офицеров и выскочек из народа.
Вот как? Ты у нас, значит, еще и отличница? ядовито прошипел Наливайко, скрестив мускулистые руки на груди. Прямо вундеркинд космической истории и по совместительству лучший друг всех преподов. Надо же, какие люди и без охраны
Наэма на миг опешила от подобной наглости. Похоже, назревала нешуточная свара, грозящая перейти в рукопашную. Пора было вмешаться, пока страсти окончательно не накалились, и моя разношерстная команда не передралась бы между собой, как стая бродячих собак.
Так, брейк! рявкнул я командным голосом, многозначительно стукнув кулаком по переборке. А ну, быстро замолчали оба
Услышав зычный окрик и хорошо знакомые стальные нотки начальственного тона, переругивающиеся подчиненные мигом присмирели и обернулись ко мне, вытянувшись по стойке смирно. Даже Яким слегка поутих и стушевался под моим грозным взором, хотя по глазам видно было, что отчитывать себя, словно мальчишку, он позволит далеко не каждому. Ну и черт с ним. Не очень-то и хотелось. Сейчас меня куда больше занимало не перевоспитание строптивых казаков, а банальное поддержание дисциплины.
То-то же, удовлетворенно кивнул я, убедившись, что возмутители спокойствия вняли голосу разума и больше не рыпаются. Значит так, сейчас быстренько прекращаем этот балаган с руганью и оскорблениями и возвращаемся к нормальному человеческому общению.
Виноват, господин контр-адмирал, пробурчал слегка пристыженный Наливайко, пряча глаза. Увлекся малость, каюсь. Бес попутал, не иначе. Больше не повторится. Даю слово.
Да-да, рассказывай мне о том, что больше это не повториться, усмехнулся я. Про что ты там нылто?
Про то, что засиделся я в полковниках, что засиделся я в полковниках, вздохнув, пояснил Яким, с досадой разглядывая свои потертые от времени полковничьи погоны. В голосе Наливайко явственно прозвучали нотки неудовлетворенности и разочарования. Было заметно, что бравого вояку уже давно тяготит его нынешнее, по всей видимости, недостаточно высокое положение в табели о рангах. Чего уж тут непонятного-то? Где справедливость, спрашивается?
Наливайко снова вздохнул, на сей раз еще более тяжело и протяжно. Мне же, по большому счету, было не до разбора кадровых дел и обид незаслуженно обойденных повышением офицеров. Я в очередной раз склонился над своим планшетом, пытаясь в спешном порядке перекроить маршрут следования дивизии. Но, поскольку Яким продолжал выжидающе сверлить меня взглядом, как бы призывая к сопереживанию его проблемам, я был вынужден на пару секунд оторваться от своих стратегических выкладок.
Да уж, не повезло тебе в этом сражении отличиться, друг мой, осторожно заметил я, чтобы хоть как-то подбодрить приунывшего соратника. Но ты не горюй особо, не в последний же раз в бой идем. Будет еще возможность наверстать. Главное, что все мы целы, корабли тоже не пострадали.
Хорошенькое, тоже мне, утешение,
ворчливо пробурчал Наливайко, дернув себя за рыжую бороду. По лицу полковника было видно, что слова командира не слишком-то подняли ему настроение. С таким, с позволения сказать, набором очков мне до нового чина лет пять без продыху воевать придется
Да ладно тебе, примирительно похлопал я Якима по могучему плечу, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более проникновенно и участливо. Не в званиях счастье
Кстати, Александр Иванович, а вот мы с майором Белло получили новые назначения, а звания у нас остались прежними, то есть не космофлотскими, внезапно встрепенулся Яким, бесцеремонно развернув меня к себе и заглядывая прямо в глаза с видом человека, которого осенила гениальная мысль. По-хорошему, нам бы сейчас в самый раз форму и знаки различия поменять было бы, разве не так? А то, понимаешь ли, неудобно как-то своим подчиненным объяснять, чего это это они флотские, а их непосредственное начальство при этом вроде как из казаков будет.
Наливайко кивнул куда-то себе за спину и слегка поморщился, словно вспомнив о чем-то не слишком приятном.
Тут ведь какое дело, друг мой, доверительно пожаловался полковник. Как-то странно на мой доломан с гвардейской символикой операторы на командном мостике «Императрицы Марии» косятся. Так и сквозит в их глазах немой укор. Мол, какой-то чужак в их слаженные ряды затесался, ни формой, ни повадками на своих не похожий. Тут любому кадровому обидно станет, а уж тем более когда тебе еще и флагманом командовать доверили.
Усмехнувшись краем рта, я с сочувствием покивал в ответ на жалобы Наливайко. Уж я-то, как бывалый флотский волк, прекрасно знал все эти хитрые правила игры и тонкости взаимоотношений внутри команды корабля.
Не переживай, дружище, в скором времени поменяем звания и тебе и майору Белло на более, так сказать, привычные и понятные вашим нынешним подчиненным, подбодрил я полковника, с трудом сдерживая улыбку. Признаться, меня так и подмывало поддеть моего дружка по поводу его внезапно обострившейся чувствительности к вопросам престижа и чинопочитания, но обстановка к шуткам, увы, не слишком располагала.