Не обошлось без пианино, чрезвычайно тяжелого, вследствие того, чтобы было плотно набито пакетами с гречкой. Был и исполинский шкаф, ради которого пришлось снять с петель дверь. И, конечно, чрезвычайное количество всевозможной утвари, узелков, мешков, ящиков и прочего. Проплыла мимо Матвея и радиола.
Часа за полтора почти непрекращающегося марафона грузчиков, которые ко всему прочему оказались еще и некурящими, беспрерывных женских вскриков, воплей, споров и всех тех житейских особенностей, которые сопровождают погрузку мебели при переезде, наконец, закончили.
Остались только старый коричневый чемодан с металлическими скобами на антресолях, сапоги (что-то из осень-зима 78) и две сгоревшие кастрюли. Все это принадлежало девице, прописанной в квартире, но на памяти жильцов появившейся от силы один или два раза. И тут выяснилось страшное.
Тазика-то зинкиного нет, заявила одна из дам.
Как нет?! всполошилась другая.
Всполошились все.
Начался галдеж, из которого было понятно, что тетки страшно переживают за потерю тазика и необходимо срочно найти виновного и понять, как случилась пропажа.
Аня взирала на этот гомон с минуту, затем, решив прекратить сию бессмыслицу, сказала громко, чтобы плюнули на тазик и садились в подъехавшие такси.
Но Аня неверно оценила масштаб ситуации.
То есть, как это плюнуть?! загалдели тетки. Она приедет и решит, что таз мы украли. Это что ж такое! Мы тазик не крали, нам чужого не надо. Мы люди может и бедные, но честные.
Прекратить просто так это было невозможно. Аня отвела в сторону Матвея.
Слушай, дружище, сделай доброе дело, сбегай в хозяйственный за углом, купи ты им таз.
Матвей помчался выполнять поручение ситуация его позабавила. Уже через несколько минут он вернулся с новым сияющим эмалированным синим тазом.
Тетки с презрением посмотрели на сие приобретение. Наконец, одна не выдержала:
Он же синий.
И что?
Так тот зеленый был.
Аня взревела и потребовала, чтобы все немедленно сели в такси.
Наконец, грузовик, в сопровождение двух серых волг, скрылся из виду. Наступила звенящая тишина. Матвей с Аней поднялись наверх. Роскошная четырехкомнатная квартира с высокими потолками, тяжелыми дверьми, паркетом на полу и окнами в полстены. Квартира казалась огромной. Особенно, после того, как ей дали дышать, увезя весь этот
бесконечный хлам.
Они прошли на кухню. Это было широкое и просторное помещение высокий потолок и огромное, распахнутое настежь окно с массивным подоконником подчеркивали размах. Под окном спряталась чугунная батарея с облупившейся коричневой краской. У стены стояла замызганная газовая плита, рядом белая когда-то раковина. Из крана неторопливо капала вода, стекая откуда-то сверху по выпирающим трубам. По периметру расположились четыре кухонные тумбы с разнокалиберными шкафчиками над ними. Одна тумба отличалась от остальных чистотой и веселенькой расцветкой.
Пока Матвей рассматривал роскошную кухню, Аня курила у окна, задумчиво поглядывая на листопад. Затем она взяла сверток, все это время лежавший в углу кухни, положила на подоконник и распаковала.
К удивлению Матвея, оказалось, что это вывеска с названием улицы и номером дома, гласящая: «Самаркандский бульвар, д. 9».
Что это? Матвей был в совершенном недоумении.
Аня улыбалась, довольная эффектом.
Пойдем, вместо ответа сказала она. Они спустились вниз и подошли к углу дома.
Сможешь поднять меня? Спросила Аня, улыбаясь удивленному Матвею.
И не дождавшись ответа, сняла сапожки. Он помог ей забраться к нему на плечи. Аня прикрепила вывеску, благодаря которой совершилось мистическое перемещение в пространстве: из центра Москвы к окраинам города в Выхино.
Матвей шепотом сказал:
Это противозаконно. Милиция нас
Пойдем лучше проверим, сняла ли милиция остальные таблички.
По всему Сивцеву Вражеку не было ни одной таблички с названием улицы. Только номера домов.
К подъезду уже подъехала БМВ-трешка, из которой вышел тот самый плутоватый молодой человек, который сидел на Сокольском диване среди собак. С ним вышел огромный мужчина с широкой северной улыбкой, и густым басом поздоровался с Аней и Матвеем. Он был одет в новенький, шикарный, совершенно не шедший к нему костюм и блестящие лакированные туфли.
А, это и есть, он довольным взглядом обвел дом. Да, хорошо. Тут до Кремля недалеко, а?
Конечно! Тут рукой подать. Хотите, можем потом прогуляться.
И молодые риэлторы повели простодушного богача на третий этаж.
Матвей в крайне смущенном состоянии духа пошел за ними. Из разговоров он понял, что мужчина в щегольском костюме нефтяник, который за всю жизнь третий раз в Москве, и теперь хочет приобрести большую квартиру в центре, где-нибудь поближе к Кремлю. Нефтяник был чрезвычайно доволен квартирой. Они тут же, что называется, не отходя от кассы, пошли к нотариусу на углу, где подписали необходимые документы о купле-продаже квартиры на Самаркандском бульваре, и передали деньги.
После чего молодой плут повез северянина в гостиницу, где тот остановился.
Ну как? довольная Аня в третий раз пересчитывала доллары. Ты все понял?