Соколов Игорь Павлович - Главные доказательства искусственного происхождения человека стр 5.

Шрифт
Фон

И в наших прикосновениях обитала живая и вечная тайна И мы вместе ощущали ее и плакали Ибо вечная сила духа окунала нас в неизвестность, которую мы с рождения так жутко боялись Даже в твоем нежном и сладостном лоне эта сила духа притягивала нас вместе к одному неизвестному нам обоим

началу И мы еще больше плакали

Мы радовались, но не знали чему Мы горевали, едва угадывая то, о чем мы так печалились с тобой И лишь воды жизни несущие нас вдаль и в вечность шептали о том, что мы никак не могли расслышать

Только одна вечная музыка из вечной силы священного духа поднимала нас и раскрывала нам наши ничего не видящие глаза И мы видели, и слышали, мы запоминали наше каждое прикосновение, ведущее нас в самый светлый образ, каким мы становились сами Ощущая себя той самой вечной силой духа, каким пронизана вся наша Вселенная

У бурных потоков

Ветер дует, весну надувает.
Я иду по снегу к реке.
Автомобиль во тьме быстро тает.
Фары горят как домик во тьме.
Остановился у бурных потоков.
Время стремится быстро по ним.
Сердце мое, увы, одиноко.
Облака пролетают как дым.
Дым сновидений в березовой чаще.
Здесь я тебя в воде целовал.
И проникал в тебя, чтобы слаще
Жизнь была, превращаясь в астрал.
Странно уходят годы как люди.
К ним не вернешься, хоть как не зови.
Волны реки, те же бурные судьбы
С брызгами нашей безумной любви
Тают надежды и тают желанья.
Таем друг в друге, ложась в вечный сон.
Бог не подарит нам оправданья
Ни на земле, ни во тьме нежных лон.
Только волны несутся шальные.
Годы и люди. Судьбы людей.
Заборы. Дома. Очертанья России.
Страны самых светлых и темных страстей.
Все протекает в глубины вселенной.
Воздух. Реки. Моря и земля.
И пенье живое такой вдохновенной
Девы как ты, что пленила меня

Чтобы мы жили вечно!

Оно было и во мне. Я знал что Бог видел мои рисунки на песке из камней и уже разгадал все мои символы.

Самый простой камень точка в круге камней человек в Вечности в ее круге в круге Бога.

Бог и сам спустился на землю складывать из камней символы. Мы выпили с ним водки и были весьма веселы.

Но вот, приехал грустный Цикенбаум и мы утешили его двумя стаканчиками холодной водки.

Вместо закуски Цикенбаум ел жутко обжигающую рот крапиву.

Все было хорошо, пока мы складывали символы.

Но потом Цикенбаум стал их настойчиво ломать, поэтому к профессору пришлось применить силу мы научились с Богом видеть символы в воздухе и рисовать их в небе с помощью туч.

Одна туча напомнила великолепную могучую бабу, из лона которой повысыпалось множество детей маленьких облачков.

На этих облачках сидели ангелы и пели песни. Они были тоже пьяны и обжорливы, только в отличии от профессора Цикенбаума, они питались не крапивой, а вдохновением. Вдохновения было полно, особенно в наших с Богом небесных рисунках из облаков. Облака превращались тут же в тучи и на нас летел шумный дождь ливень из его капель тут же возникали крошечные люди они потом рождались из лон наших любимых женщин детьми.

И все любили друг друга. Пили водку, обнимались. Целовались. Все верили в то, что человек сможет сравняться с Богом, и Бог соглашался с этим.

И нам было странно хорошо и грустно, ибо в следующей минуте все уже ждали чуда, которое бы могло сделать нас еще более счастливыми.

Я обернулся от того, что меня целовала жена.

Она целовала меня, и я летел в дождь в Вечность в свет который создавал нас заново чтобы мы жили вечно!

Что, Господь, взыскать мне с этой жизни

Чем поживиться в этом мире чудном
На 100 страниц, и в прохождении 100 лет,
По воле божьей устремилось судно,
Улавливая в темноте рассвет
За горизонтом тайна, ее много,
И так много, что не описать,
Пожалуй, лучше понадеяться на Бога,
Или в случае чего, на его мать
Трепетать хочу перед всевышним,
Сам же пред тобою трепещу,
Делаюсь несчастным, грустным лишним,
Приближаясь вмиг к волшебному лучу
То из лона твоего безумный отсвет,
Я его мгновенно уловил,
Чтобы поживиться после
Наслажденьем самых высших сил
И кто, зверь теперь я или просто
В жизнь проникающий безумный человек,
Грядущий гость безмолвного погоста,
Проживший кое-как свой бурный век..
Что, Господь, взыскать мне с этой жизни,
Клятвы, символа, как надо умереть,
Чтоб привыкнуть к твоей вечной мысли,
Обманувшей на земле плохую смерть?!

Игра теней

Это была безумная и всеобщая игра теней Тени водили хороводы вокруг любого живого и поглощали его собой А еще они сводили с ума влюбленных толкали убийц на убийства, а самоубийц убивать себя НО везде они были теми тенями которые убивали и заново рождали нас Вот-с Такова игра теней!

У человека нет души и даже тела

У человека нет души и даже тела,
Чтобы прообразом расширить пустоту,
Чтобы вселенная сама вдруг захотела
Облечь себя в его же красоту
У человека нет ни мыслей, ни понятий,
Одною тайною спеленута душа,
И в свете призрачном рождаемых объятий
Человека облекает в вечность шар
Господь творит его, но так незримо,
Что даже в лоне едва чуешь глубину,
Человечество стоит как пантомима,
Уже готовая всей мудростью ко сну

Ночная молитва

Луна была сама собой шепталось древо обезумев с облаками качая ветвями над павшею листвой и кто-то тоже разговаривал с крестами

Ваша оценка очень важна

0
Шрифт
Фон

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке