Они действуют заодно с Белыми Змеями, продолжал Рон, они боятся, что Драконы захватят мир. Мы ведь сильнее, летаем, огнем дышим. Наши родители поехали с дипломатической миссией, и были убиты.
Проклятье пробормотала я.
Ага, и я о том же. Я отомстил богатым кретинам, которые стояли во главе Управления тогда, но сейчас администрация Управления сменилась, но все равно понятно, чего от них ожидать. Они ведут
и мы вынырнули, сливаясь в страстном поцелуе. Брызги летели во все стороны, и мы смеялись.
Ты чего смеешься! шептала я.
Потому что ты смеешься!
Дурак!
Я теперь всегда буду смеяться, когда смеешься ты. Мы теперь один организм.
Мозги у вас одни на двоих, фыркнул наш приемный брат-Ник.
Рядом послышался смешок. Наша приемная сестра Вики. Мы брызнули водой на них. Поцеловались снова.
Тогда Рон был самым живым на свете. В его глазах искрилась безудержная радость и энергия. Он смеялся мальчишеским смехом и крепко держал меня за руку, как сокровище. Наверное, за это я его и полюбила. За простоту и спокойствие. С ним всегда было просто, всегда спокойно и радостно. Рядом с ним я тоже была готова смеяться с поводом и без. Он вечно улыбался своей немного глупой, но самой очаровательной на свете улыбкой и широко размахивал руками, когда ходил.
А сейчас я смотрела на Рона, мучимого ночными кошмарами. Луна взошла, но мне не спалось. Я сидела у костра и не могла отвести взгляда от спящего Рона. Побитый и несчастный. Уничтоженный и сломанный. Словно это не он, а его кривое отражение. Лицо погрубело и осунулось, а сломанный нос сделал его похожим на коршуна. И этого коршуна мучили кошмары. Рон снова и снова вздрагивал во сне, а мне становилось все тревожнее.
Кто ты такой, и куда дел моего Рона? шептала я чуть слышно. Верни.
Но прошлое не воротишь. Мне все-таки удалось переубедить Рона, и теперь мы шли возвращать его драконью силу.
Надо было найти горы, в которых мой муженек когда-то припрятал драконью магию, а путь до гор займет несколько дней. В груди стоял ком. Зак. Мой сын проведет недели в заточении. Захотелось ему помочь. Сделать хоть что-то. Я пошарила в карманах, нашла оборванный лист бумаги. Угольком из костра начала писать.
Глава 15.2. Письмо
Замерла. Ну и письмо. Что же я творю что творю совсем из ума выжила. Сделала глубокий вдох. Выдох. И продолжила:
«Передайте моему сыну следующие строки. Слово в слово. Будь сильным и храбрым. Я иду за тобой! И люблю больше всего на свете!».
Я застыла, глядя в насмешливо танцующее пламя. Я ведь правда люблю Зака больше жизни, больше чести, больше совести. Я готова пожертвовать всем. Свернула письмо и приготовилась к отправке. Надо отыскать почтового голубя.
Благо драконье чутье было при мне, и нашла я птицу довольно быстро. И поймала. Отрезала прядь и без того коротких волос и примотала письмо к голубиной лапке. Примотала крепко. Завязала пару узлов.
Лети в Замок Белой Змеи, шепнула я. Лети скорее.
И голубка полетела.
Словно камень с души. Я возвращалась к костру медленно, вдыхая лесной воздух. Прохлада и свежесть. Я словно вернулась домой. После рождения Зака мне нечасто доводилось бывать в лесах.
А когда-то Я погрузилась в воспоминания.
Рон завязал мне глаза и вел в неизведанное место. Ему, наверное, было около девятнадцати, а мне шестнадцать. Молодые и счастливые, и бесстрашные, и живые.
Я покажу тебе сказку, все приговаривал он.
Я-то думала, что и так живу в сказке, отвечала я.
Это будет сказка в сказке. Видела такое когда-нибудь? Так и знал, что не видела. А сейчас увидишь. Приготовься, Зоя. Да начнется шоу!
Тогда я доверяла ему, как никому. Была готова идти за Роном с завязанными глазами хоть на край света. Но он вел меня в долину водопадов. Там правда оказалось очень красиво. Рон обернулся драконом, я залезла на спину, и мы полетели. Это был прекрасный момент. Такой красоты, как тогда, я больше не видела.
Так будет вечно! кричала я в горах, и мои крики отзывались эхом.
А Рон радостно рычал по-драконьи.
Сейчас же я раздвинула ветви, пробираясь обратно к костру. Догорал. А Рон продолжал беспокойный сон. Хотелось ему как-нибудь помочь, но я не знала, как. Рваный вдох. Никакой помощи! Мы враги! Теперь враги.
Мысли снова возвращались к нашему прошлому Однажды я упала с утеса. Рон и ребята нашли меня раненную в горячке. И Рон сидел у моей постели, охраняя мой беспокойный сон.
Спи, сказал он мне тогда, поглаживая по голове, а я буду рядом и отгоню кошмары.
Так болит все тело, бормотала я.
Проснешься, станет легче.
Обещаешь?
Обещаю.
Я просыпалась много раз за ночь, и Рон все держал мою руку и подбадривающе кивал, словно говоря: «Я рядом! Всегда буду рядом! Боль пройдет!».
А сейчас от кошмаров
мучился он, и некому было держать его за руку. Я с трудом заглушила желание взять его ладонь, и постаралась прилечь у костра.
Ну и где ты был? послышался грубый голос рядом.
Глава 16. Мы не одни в этом лесу
Я просыпался.
Рон сел и устало уставился на догорающий костер.
Тебе снятся кошмары? спросила я напрямую.
Всем снятся, просто у каждого свои.
Хм я помнила времена, когда Рон спал самым крепким сном на свете, когда он даже не знал значения слова «кошмары», и когда он посмеивался над тем, как беспокойно могут спать другие. Но сам он, казалось, не помнил тех времен.