Тихонько, в уголке переговорив и дедом Пафнутием, он получил неожиданное направление. Старый сотрудник, припомнил что подобный случай с отказом рабочего коллектива от выполнения приказов партии и правительства, при том что все продолжали работать на благо этой самой партии и делали это в разы эффективнее, уже был и причём совсем недавно и даже примерно в том же районе. Еще он добавил: Как будто голова на плечах у людей появилась, как будто приделал им кто-то эту голову. Потом он по своему обыкновению начал рассказывать как в семнадцатом году вот этими самыми руками головы контре отрывал, непременно пихая мозолистые и заскорузлые старческие кулаки собеседнику прямо под нос, сжимая и разжимая шишковатые от подагры пальцы наглядно демонстрируя процесс отрывания, так что Жук еле от него отделался.
Из курилки он сразу направился в архив и просидел там до самого утра, благо управление, как и положено жизненно-важным для страны организациям работало круглосуточно.
Из добытой информации стало ясно что похожая ситуация уже возникала в одном селе. Там тоже все жители населённого пункта решили жить своим умом и стали игнорировать распоряжения из райцентра. Симптомы поведения были немного другими, по описанию оставленному в рапорте ведущего это дела офицера, все жители были ненормально инициативны и пребывали в возбужденном состоянии психики вызывающем у них симптомы схожие с радостью.
При попытке привести колхоз к подчинению советской власти было совершено покушение на офицера КГБ (тут Жук немного выдохнул, так как с ним обошлись гораздо мягче просто вынесли за территорию предприятия), что дало основание на применение военного контингента и заключение под стражу всех жителей села.
Правда силовое решение проблемы ничего не дало большая часть жителей действительно не делала ничего противозаконного, а представители местной администрации были признаны невменяемыми. Так что вся история закончилась тем что председателя колхоза и нескольких дружинников посадили в специализированное медицинское учреждение закрытого типа, а жителей села принудительно переселили в район крайнего севера.
Ещё одним выводом из рапорта прикрепленного к делу было то что на жителей деревни было оказано внешнее воздействие психосоматического вида вызвавшее необратимые изменения в их поведении и даже в особо тяжёлых случаях (как у председателя) изменение структуры лобных долей головного мозга. Об этом свидетельствовали, в том числе и данные радиоперехвата с соседней с селом в/ч, в котором
были зарегистрированы неопознанные типы радиосигналов на гражданских частотах (правда там стояло заключение, что, скорее всего, источником стал сбой радиопередатчика одного из участников пионерской игры охота на лис, проходившей в соседней области)
Семену стало понятно что дело это серьёзное, вот только его сильно удивила реакция руководства практически спустившее вс ситуацию на тормозах. Ведь тут ясно-понятно необходимо было ввести режим чрезвычайной ситуации и силами спецотрядов, армии и милиции прочесать весь район, а может и смежные и найти источник заразы. Но этого сделано не было. Более того офицер который вел это дело был признан чуть ли не виновным в геноциде и практически отстранен от всех дел.
Кстати рассматривая отметки в деле он обратил внимание на личную печать офицера, ведшего дело (естественно все дела были без фамилий и имен сотрудников, а только с псевдонимам, единственным исключением являлись номера печатей которыми сотрудники скрепляли описи и заверяли документы), и оттиск был ему знаком. Эта печать принадлежала его товарищу Симохину Михаилу.
Вот значит какое дело он ведёт мелькнула мысль в голове у Семёна. Надо будет с ним обязательно поговорить, как приеду, подумалось ему пока он сдавал документы.
Но собираться обратно он не спешил. Ошибка Михаила была в том что он задействовал внешние силы, с минимальным участием собственного начальства, за что и поплатился. Повторения его ошибок он не желал. Как говорил его преподаватель в школе КГБ: Ищите точки интереса, только заинтересованный в деле человек будет вашей опорой, естественно только до тех пор, пока не сможет без вас обойтись. Поэтому сейчас было необходимо было найти эти самые точки.
В управлении у Семёна было всего несколько знакомых человек, большая часть их выпуска уже давно разъехалась по кап. странам, выуживания в стаканах и постелях секреты на благо родины, ну или для собственного блага (во всяком случае в их группе настроения царили именно такие), а в москве и особенно в регионах остались только неудачники. Семён себя к таким не относил, но всё равно сейчас он был с ними в одной лодке.
Потёршись в столовой и курилке он выловил несколько шапочных знакомых и принялся мягко их обрабатывать. Так как учились он у одних преподавателей, то он сразу же нарвался на встречный вопрос, что ему нужно.
Пригласив их после работы на чашечку кофе он изложил свой план как резко выйти из аутсайдеров в лидеры. Надо всего-то раскрыть крупный, угрожающий целостности Союза заговор. Заговор гипнотизеров.
Поначалу остальные лейтенанты прохладно отнеслись к его идее, но когда он изложил основную, самую вкусную часть плана заметно оживились.