О, найденыш, пришла в себя. И кто ты, милочка? И как оказалась в моем саду? Советую не врать, иначе вызову полицейского.
Мысли заметались, что рассказывать этой женщине не знала и, пытаясь выиграть время, хриплым голосом попросила попить.
И попить дам и лекарство, но сначала ты мне все расскажешь, начала она командовать решительным голосом, но вглядевшись в мое лицо, почемуто передумала продолжать и, поддерживая мне спину, дала напиться мятного отвара. После чего потрогала мой лоб, протянула мне какую- то таблетку и со словами:
На вот, выпей и спи, поговорим завтра, когда проснешься, вышла из комнаты, щелкнул дверной замок, и я осталась одна.
Утром я проснулась от потрясающего запаха только что пожаренных блинчиков и свежесваренного кофе. За дверью раздавался тихий стук посуды и невнятный звук телевизора. Заворочалась, пытаясь встать. Очень хотелось в туалет и в душ, ночнушка неприятно липла к телу, волосы стояли дыбом. Пока я слезала с кровати и искала чтонибудь на ноги, дверь отворилась и вчерашняя леди заглянула в комнату:
Проснулась? Как себя чувствуешь? Голова?
Вроде нормально, только очень хочется помыться.
Иди в ванну, я пока накрою на стол, тебе нужно хорошо
поесть. Халат и тапочки сейчас принесу.
В ванной я провозилась недолго. Было страшно, что решит эта женщина. Стоит ей вызвать полицию и моя участь решена. Больше шанса удрать у меня не будет. Решила рассказать ей правдивую, но отредактированную версию, про оборотней я рта не раскрою. Нет, я верила Лике, сама видела следы огромного волка на снегу, но попробуй рассказать комунибудь такое. Сейчас же поедешь под конвоем полицейского в сумасшедший дом. Наконец, решила выйти.
Выдохнула и потопала на кухню, откуда раздавался голос диктора, читающего новости.
Леди ждала меня, сидя за небольшим столом, покрытым красивой кружевной скатертью.
Ешь спокойно. Я уже позавтракала, посижу с тобой, чаю выпью.
Я торопливо сжевала несколько блинчиков с медом, залпом выпила кофе и,
сцепив руки под столом, замерла.
Меня зовут миссис Крич, Даяна Крич, можешь звать меня леди Даяна. А тебя как зовут?
Кэйтлин.
Ну, что ж, Кэйтлин, рассказывай, откуда ты, как здесь оказалась. Почему? она не стала спрашивать как моя фамилия, словно не собиралась давить на меня.
И я принялась рассказывать, с самого начала как мы жили с мамой, как она погибла и меня взяла к себе Ирен, как приехал и забрал меня отец, и что произошло за время, пока я жила у него. Закончила тем, что совершенно не помню ничего после того, как упала на дорожке у нее в саду.
Я вышла позвать своего кота и наткнулась на тебя. Перетащила тебя в дом, переодела (вся твоя одежда была мокрой и грязной), дала тебе лекарства, у тебя была высокая температура. Нет, она заметила вопрос в моих глазах, я никому про тебя не рассказывала и никто тебя не видел.
Она повернулась и щелкнула пультом от телевизора. На экране шли новости и буквально через пару минут я смотрела на свою фотографию из школьных документов. Внизу была надпись: разыскивается полицией, ушла из дома и пропала, Кэйтлин Майло, семнадцать лет, проживает и так далее Видевшим просьба сообщить в ближайший полицейский участок.
Внимательно рассматривая мое потрясенное лицо, леди Даяна выключила телевизор.
Ты думала, тебя не будут искать?
Нет, я знала, что будут, но вот так. На всю страну. Я обхватила лицо руками и замерла. Мне не просто конец, меня возьмут на первой же остановке любого автобуса. Миллионы жителей нашей страны смотрят телевизор. Тысячи не поленятся и сообщат полиции, а долго убегать и скрываться, когда за тобой охотится полиция, это не реально.
Кэти, леди Даяна с сочувствием смотрела на меня, не отчаивайся. Я помогу тебе. Моя дочкаона два года как пропала.
Женщина замолчала, вытерла выступившие на глазах слезы и глухо продолжила:
Она числится без вести пропавшей, но я сердцем чувствую, что она мертва, давно уже. Как раз, пару лет назад, в наших краях взяли серийного убийцу. Он убивал молодых девушек невысокого роста, с каштановыми волосами и в очках. Моя девочка и была такого типа. Он признал только доказанные случаи, остальные пропавшие так и не найдены, как и их тела. Но у меня остались ее документы, я отдам их тебе. Мы постараемся превратить тебя в нее, хотя бы стать похожей, и ты сможешь уехать уже под другим именем и спрятаться.
Почему?
Она поняла, что я пыталась спросить, и грустно улыбнулась:
Ты спрашиваешь, почему я поверила тебе? А не объявлению твоего отца?
Я кивнула головой.
Потому что я переодевала тебя. Видя непонимание в моих глазах, пояснила:
У тебя все тело черно синее от синяков, явно сломано ребро, ты даже без сознания застонала, когда я случайно его задела. Ты бредила всю ночь, а я сидела рядом и отпаивала тебя лекарствами. И я видела твоего отца. Он выступил по телевизору с обращением к тебе, чтобы ты вернулась домой. В его глазах не было волнения за тебя или горя, что ты пропала. Там были только ярая злоба и бешенство. Так не смотрит любящий отец и так не выглядит любимая дочь.