- Собирай вещи, детка.
***
Я ненавижу Эттон-Крик.
Наш город я тоже ненавижу, но он светлый, теплый, и солнечный. Эттон-Крик другой. Темный, мрачный, уродливый городок, в котором двадцать лет назад произошла серия жестоких убийств. Преступник так и не был найден, но, это не главная причина моей ненависти к этому городу. Все дело в моей бабушке, то есть маме моей мамы и тети. Бабушка Гертруда (имя уже пугает, да?), меня и близнецов третировала с самого детства, как только мы отправлялись к ней на летние каникулы. О Боже, это был кошмар. Она заставляла нас сажать аконит в своем саду в полнолуние; она заставила Алекса достать из подвала башку лося, и он поломал ногу, а потом, Дженни поселилась у нас на остаток каникул, делая вид, что она хочет, чтобы я подтянула ее по тригонометрии, хотя на самом деле, она уже заняла в том году первое место из нашего класса. В общем, с бабушкиным особняком у меня не связано ни одного хорошего воспоминания.
Именно здесь, я каждый день возвращаюсь на год назад, в тот день, 25 декабря, когда моя жизнь перевернулась с ног на голову. Лишь краткий миг, единственная секунда утром, когда я просыпаюсь - мне кажется, что все хорошо. Ничего этого не было. А потом, я вижу этот ужасный потолок, который я ненавижу, в моей комнате в бабушкином доме,
и отправилась на кухню, готовить ужин.
***
...- Тебе незачем жить, Энджел.
...- Для чего ты это сделал? Есть причина всему?
...- Да, просто ты... идеально подошла мне...
...- Ты не любил меня?
...- Я ничего не сделала!
...- Ты так считаешь, но это вновь не верно, Энджел. Один раз, два, три, сколько ошибок ты будешь совершать? В реальном мире у людей нет шанса искупить грех. Ты понесешь наказание, что заслужила, Энджел.
Я проснулась, хватая ртом воздух. Зак быстро выпрямился с покрывалом в руках, видимо, собираясь укрыть меня.
- Прости, что разбудил.
- Нет... - я замотала головой, силясь разлепить глаза. - Мне приснился...
Я замолчала, потому что мне не хотелось снова быть в роли девочки, которая все время страдает, и заставляет своего старшего брата переживать за нее.
Я села, и Зак отступил на пару шагов, одновременно складывая покрывало:
- Я видел, ужин, - уголки его губ дрогнули, - любимая курочка Скай.
Мне захотелось сказать Заку, чтобы он заткнулся, но потом вспомнила, что я больше не та девушка, которой была раньше. Теперь я другая. Кроме того, моим родителям не нравилось, когда я ругаюсь. Особенно папе - "если ты не хочешь быть девушкой, я отправлю тебя в военный лагерь!".
- Да, сегодня на ужин курица. - Я поднялась на ноги, заправляя рубашку в джинсы. Бабушка была в шоке, когда их увидела. Ха, это она еще не видит в чем мама ходит... ходила.
Я прошлепала на кухню, и Зак пошел за мной.
- Почему решила готовить ужин сегодня? - беспечно спросил он. Я пожала плечами, раздраженная тем, что он обратил свое внимание на это. Было бы легче, если бы он сделал вид, что все так, как и всегда.
Мне пришлось ответить:
- Я увидела, настолько ты занят, и решила, что следует самой заняться этим. Вот. - Я достала из кармана записку, оставленную бабушкой, и протянула брату. Зак опустил глаза на записку, его брови взлетели вверх, точно, как у мамы, когда я ее по-настоящему удивляла.
- Ну, она может признать, что у нее фигово получается обращаться с кухней, - он бросил записку на стол. Он открыл духовку, и потянул носом воздух:
- Пахнет восхитительно. Не ел ничего лучше, чем курица, которую готовит моя сестра.
- Ну да, - с сарказмом согласилась я.
- Да уж, - Зак кивнул. - Пожалуй я солгал. Но мне нравится, что ты улыбнулась.
Улыбка тут же слетела с лица, хоть брат стоял ко мне спиной. Как он увидел улыбку? Или, услышал?
Я против воли вспомнила Кэри Хейла.
- Я могу разогреть для тебя еще запеканку, - спохватилась я, приближаясь к шкафу, и доставая с полки тарелку.
- Только немного, Скай. После
общежития, мой желудок уменьшился в несколько раз. - Зак вытащил противень с курицей, поставил его на стол.
Я подумала, как бы мама отреагировала на слова брата. Наверное, закатила бы истерику, и заявила бы, что будет каждый день звонить и напоминать ему завтракать, обедать и ужинать, с обязательными перекусами. Но она теперь не позвонит.
Я сглотнула, и скомандовала:
- Поставь чайник.
- Да, сэр, - парень шутливо отсалютовал мне, и подошел к плите. - Так ты говоришь, что сегодня у миссис Родригез вечеринка?
- Для тех кому за шестьдесят.
- Черт, а я хотел сходить, и оттянуться, - с гримасой протянул брат, ненавязчиво оттесняя меня от плиты и холодильника. Я забралась на барный стул, наблюдая за ним. Он хорошо справляется. Но, кто знает, что творится у него в душе? Сколько у него сил, если несмотря ни на что, он все так же продолжает заботиться обо мне? Все зимние каникулы, он провел со мной. Он держал меня за руку, на похоронах. Он звонил мне каждый день из колледжа, чтобы рассказать какую-нибудь забавную историю, что произошла с ним, пока я была в психушке.
А что сделала я для него?
- Курочка.
-Что?! - я подскочила на месте, заставив его обернуться. Его брови снова взлетели вверх, как у мамы. - Я п-п-просто... задумалась.