Можно ли сваливать всю вину на де Монте и Эгмонта? В гвардии их должны были обучать, кто-то должен был подтвердить уровень их готовности, следить за итогами учебных боёв, учений по тактике.
От этих мыслей у меня еще больше разболелась голова. Все равно со всем этим будут разбираться дознаватели.
А вот Его Величество я не хотела даже думать о реакции короля. Наверняка мне после этого запретят отправляться в экспедиции хотя, может, смысла думать об этом и вовсе нет. Один из членов команды мертв, наставник ранен. Будущее нашей группы туманно.
В какой-то момент к нам заглянул Джоэл, он увидел наставника и сел прямо на пол рядом с его койкой. Он считал, что я спала. Джоэл прислонился головой к койке.
Долгое время Джоэл не двигался, но вскоре я заметила, что его плечи едва заметно дрожали.
Я не сразу поняла, что он плачет. Сначала я услышала прерывистое дыхание, но через минуту поняла, что эти звуки невозможно перепутать, он действительно всхлипывал, очень тихо, через нос, плечи юноши тряслись. "Я так виноват, наставник" еле слышно бормотал он, всхлипывая.
Несколько минут я решала, стоит ли вмешиваться. Джоэл, очевидно, чувствовал себя ответственным за произошедшее, возможно, потому что именно его голос был решающим в вопросе о де Монте и Эгмонте.
Не говори так, хрипло прошептала я, на что юноша резко поднял голову и постарался протереть свои глаза, скрывая слезы.
Элли? тихо прошептал Джоэл, но я услышала. Прости, я не хотел вас беспокоить.
Все в порядке. Не говори так, повторила я для него.
Джоэл очень долго молчал, после чего я услышала ещё один всхлип, очень горький.
Но я правда виноват. Если бы я тогда сказал нет, ничего бы не случилось. Ты знала, что такое может случиться, Алистер знал, наставник знал. Но вам досталось больше всех это так несправедливо. Прости меня, Элли юноша опять начал всхлипывать, этот разговор пробуждал в нем ещё большую вину.
Вообще-то, больше всех досталось Генри. Он лишился жизни.
Мы все виноваты, Джоэл каждый из нас в любой момент мог сказать, что не пойдет. Мы рискнули, самонадеянно решив, что с нами никогда ничего не случится.
К нашему прибытию в столичном порту было совершенно пусто, нас встречали дворцовые служащие. Я видела, что за металлическим забором толпились журналисты, которых явно выгнали с территории порта, чтобы обеспечить нам путешествие без каких-либо проблем.
Первым из тех, кто нас встречал, был мастер Торо, медик, который следил за моим выздоровлением год назад, после того как я чуть не умерла в пустоши. Маг-медик выглядел серьезно, быстро осмотрел наставника, а после меня. Он выдал указания дворцовым работникам, что нас окружали, а сам подошел к повозке с лордом Лойтом.
Это означало, что ситуация с наставником действительно тяжелая. На лице мастера Торо не было успокаивающей улыбки, к которой я привыкла. Из столичного порта мы сразу же были доставлены во дворец, в руки дворцовых медиков.
молоточки боли, их становилось все больше, пока мы разговаривали на повышенных тонах.
Да! Он должен был понять, что эти двое не подходят для задания и отослать их, затребовать других защитников для вас! монарх, несмотря на свои способности считывать эмоции, сам находился в таком нервном напряжении, что не сдерживался. Я не знала, почему он выговаривает это мне. Он что, зол на меня за это нападение?
Но это вы добавили их в наш отряд, вы не приемлете малейшего неповиновения, о какой замене вы говорите? Люди боятся сказать вам нет! Почему вы делаете вид, что не причастны к этому?! Почему вы делаете вид, что те, кто должен был тренировать эту чёртову бесполезную королевскую гвардию, не причастны к этому? И знаете, я по крайней мере жива, а вот Генри потерял свою жизнь! Ничто уже не вернёт его, а единственный, кому будет доверять команда, это Алистер! во мне бурлили обида, гнев и негодование, я верила в коллективную ответственность, считала виноватой себя, короля, гвардейцев, всех, кто был вовлечён.
Мне плевать на Генри, вы это будущее Валледа, его сокровище, как вы не можете вбить это в свою глупую голову?!
Услышав это, я истерично рассмеялась. В этом мире ценят людей только за их роль, за пользу которую они могут принести короне.
Я или мое чрево?! Давайте говорить откровенно, Ваше Величество. А может, мой осколок?
Да, ваше чрево! Вы должны принести Валледу сильных хранителей, и в первую очередь должны помнить об этом.
Вот значит как.
Мне показалось, будто весь воздух исчез из моих легких от этих слов. Грудь пронзило тонкой иглой боли, и я отвернулась, поняв, что мои глаза жжет от непролитых слез, желая спрятать это. Как будто я получила официальное подтверждение, что я не человек, лишь инкубатор для будущих хранителей Валледа, по крайней мере, в глазах короля.
Голова уже давно раскалывалась от боли, я наклонилась вперед, скрыв лицо за волосами, чтобы спрятать неконтролируемые слезы.
Миледи король, очевидно, поняв, что перегнул, попытался что-то сказать, в его голосе слышалась сожаление, но я знала, что не могу больше продолжать этот разговор.
Интересно, монарх вообще сам понимал, что пришел скандалить и качать права к женщине, которая пережила психологическую травму, была избита, ослаблена?