Рассматривает меня масляным, облизывающим взглядом, от которого хочется или спрятаться, или врезать по его гляделкам.
Да, решил не отставать от моды, отвечает Орсо, чуть наклонившись и прикрывая меня от настойчивого взгляда визитера. Ты должен понимать как никто. У тебя это какая уже?
Четвертая, дружище. И я тебе скажу, эта модель куда лучше предыдущих. Немножечко упрямая и своевольная, как я люблю. Две недели укрощал свою строптивицу, а теперь видишь какая послушная, любо-дорого посмотреть.
Пока этот напыщенный индюк говорит, я перевожу взгляд на куклу за его спиной. И вздрагиваю, когда всего на долю секунды ее совершенно равнодушный взгляд загорается неприкрытой ненавистью. О, боже! Неужели и она в теле куклы прячет человеческую душу?!
Глава 3
Почему? спрашивает без интереса, видимо, просто чтобы поддержать разговор, господин Орсо.
Ну как же я думал ты из этих противников биологически синтезированных кукол.
Как видишь, нет, пожимает плечами, по-прежнему прикрывая меня от взгляда блондина.
Ой, знал бы ты как мне надоели эти ноющие праведники, ратующие за естественные отношения, а на самом деле стремящиеся продать подороже своих никчемных, но высокомерных дочерей. Только вступая в союз можно получить доступ к телу такой самки. И
зачем мне это, скажи? Я просто хочу секса, а не жену с ее вечно недовольной мордой и манипуляциями с супружескими отношениями. Гриберг, который изобрел этих кукол, просто чертов гений, скажи? А уж когда Фринер лоббировал закон, так вообще настали чудесные времена. Ну а как? Почему те, кто имеет кучу денег, не могут немножечко поразвлечься, так ведь?
Рэм, а чем тебе дома терпимости не угодили? спрашивает Орсо, а я стараюсь сохранять отсутствующий вид, но при этом держу ушки на макушке.
Да ну, пренебрежительно кривит губы блондин, денег стоит много, а толку. То не хочу, это не буду. Не смей, а то пожалуюсь. Хрень какая-то, а не развлечение для здоровых мужиков, вроде нас с тобой. То ли дело кукла, да?
Тот, кого назвали Рэмом, притягивает к себе оранжевоволосую девушку и прямо при нас сильно, наверняка до боли, сжимает ее ягодицу.
Послушная, верная, страстная, выносливая. С отличными восстановительными функциями. Уверен, ты оценишь. Я тоже не сразу понял всю прелесть, но теперь ни за что не променяю мою Габриэль на кого-то еще. Ну разве что на более новую модель, и мерзко ржет собственной шутке.
К моему облегчению, раздается третий звонок.
Ладно, мы пошли. Бывай, Рэйнер. Рад был узнать, что ты теперь в нашей команде любителей кукол. Заглядывай в клуб «Кукольный дом», у нас бывает весело, охране на входе скажи, что ты от меня.
Парочка уходит, я провожаю их взглядом, надеясь увидеть, что Габриэль еще хоть как-то себя выдаст, но она идет с ровной спиной и отсутствующим выражением лица.
Мари, смотри на сцену, тихо говорит мне Орсо, откинувшись на спинку кресла.
Я быстро перевожу взгляд, испугавшись, что опять забылась. Плохая из меня кукла, однозначно. Весь первый акт сижу не шевелясь. И не потому, что увлечена происходящим на сцене, хотя артисты, безусловно, выше всяких похвал, а потому, что перевариваю услышанное. Получается, куклы созданы для особых запросов. Какие именно это хотелки зависит от конкретного мужчины. Но большинству, наверняка, по душе особая кукольная покорность и желание угодить во всем, встроенное в базовую прошивку, или как там говорят компьютерщики.
Власть. Абсолютная. Над пусть и не живым, но все же существом. Вот чего хотят обладатели дорогой игрушки. У нас на Земле тоже последнее время сильно увлеклись искусственным интеллектом. Интересно, сколько времени нам понадобится, чтобы уподобиться этому миру? У нас тоже полно мужиков, желающих иметь в своем владении всегда покорную куклу. Как скоро мы станем на этот же путь?
Актриса поет арию, но я ничего не слышу, глядя прямо перед собой, в ужасе от собственных мыслей.
Твоя игрушка? возле нас останавливается очередная манерная дамочка. Я не думала, что ты из таких.
Из каких? равнодушно спрашивает Орсо, глядя куда-то мимо барышни, тычущей ему в лицо огромным декольте.
Из тех, кто любит искусственное, девушка окатывает меня презрительным взглядом.
Я всякое люблю. Разнообразие мое все, отвечает Орсло, едва не зевая.
Дамочка еще что-то говорит в том же тоне, а я, пользуясь случаем, немного отхожу. Даже если он меня хватится, прикинусь непонимающей, скажу, что меня сдвинула толпа, рванувшая к буфету.
На самом деле, мне кажется, я видела оранжевую голову Габриэль. Возможно, мы с ней больше никогда не встретимся, нужно ловить любую возможность. Я должна на сто процентов убедиться, что мне не показались ее эмоции. Иначе иначе не знаю что. Но спать спокойно я точно не смогу, представляя, как она томится в руках озабоченного садиста.
Бочком, мелкими шажками, посматривая туда, где я видела всполох оранжевого, по метру, но приближаюсь к нужному месту. Да! Я не ошиблась! Вон они стоят. Блондин разговаривает с каким-то пузатым господином, не выпуская талии Габриэль. Девушка стоит прямая, как палка, глядя прямо перед собой. Мужчины, видимо, говорят о чем-то приятном им, потому что улыбаются, а блондин сильнее прижимает к себе Габриэль, очень нескромно поглаживая ее по попке прямо среди толпы. На щеках девушки вспыхивают красные пятна, но она продолжает смотреть прямо. Господи, ну и выдержка!