Продолжай, свет мой; ответом будет твердое «нет».
Пожалуйста, взмолилась она, взглянув на меня своими большими глазами лани, обрамленными темными ресницами. Я просто хочу знать, все ли с ними в порядке. Мне нужно знать, что они живы и здоровы.
Они живы и здоровы.
Настолько здоровы, насколько это вообще возможно, учитывая обстоятельства. В то время как перед нашими ногами лежали безграничные возможности, у ее друзей оставалось только два варианта будущего: смерть, разрушение и потеря короны Райкена или из спасения. Было легко догадаться, на какое будущее я надеялся. Тем не менее, разочарованный блеск засиял в глазах Дуаны, разрывая мне внутренности.
Я мог бы дать ей то, что она хотела за определенную цену.
Поцелуй, потребовал я.
Брови Дуаны поползли вверх, пока мягкие дуги не исчезли в прядях распущенных волос, обрамлявших ее лицо, делая их почти невидимыми.
Прости, что?
Мои губы изогнулись в коварной ухмылке, что было моральным оскорблением, ложью в ее величайшем смысле. Независимо от того, как сильно она яростно протестовала против этой идеи, какая-то малая часть ее оставалась заинтересованной в нас. Будучи тенью, я мог читать определенные мысли, и эти мысли имели тенденцию проскальзывать. Она не могла сдержать искру любопытства, которая не давала ей покоя, хотя никогда бы в этом не призналась. Ее самым большим недостатком оставалась ошибочная преданность к другим людям.
Они никогда этого не заслуживали.
За информацию всегда приходится платить. И это моя цена. Взвесь плюсы и минусы, мой свет. Один взгляд на жизнь твоих друзей и спутника в обмен на простой поцелуй.
Мы остановились, носками почти касаясь друг друга, пока она обдумывала моё предложение. Мои пальцы скользнули по гладкой коже её спины, и по её телу пробежала дрожь.
Разумеется, я уже знал, каким будет её ответ. Ради него она согласилась бы почти на всё.
Дуана прикусила губу, затягивая паузу дольше, чем мне хотелось, прежде чем наконец сдалась.
Хорошо. Чмокну в щеку, и ты сначала расскажешь мне всю информацию.
Наконец-то. Я поджал губы в отчаянной попытке сдержаться. Музыка неуклонно набирала обороты по мере того, как я ускорял наш темп. Ее спина выгнулась дугой, когда я надавил рукой на ложбинку между крыльями, деликатное место, которое могло бы расслабить ее тело.
Редмонд печален, но полон надежд. Он влюблен в оракула, но едва ли осознает это.
Мягкая улыбка появилась на моем лице, когда мы кружились по танцполу.
Он бы не осознал.
Я скользнул рукой ниже к изгибу её бёдер, воспользовавшись тем, как поглощённо она слушала. Она не заметила, не оторвала взгляда от моих губ, затаив дыхание в нетерпеливом ожидании жаждая услышать мои слова и новости, что они могли принести.
Эулалия ведёт поиски, делает всё возможное, чтобы найти способ открыть портал. Фин просто рядом поддерживает её и одновременно тоскует по их воссоединению.
Она напевала, пока я вёл её назад, и всё ещё не отводила взгляда ожидая, что я скажу дальше.
У Габриэллы, милой Габриэллы, есть секрет, о котором она даже не подозревает, но она видит признаки того, что проступает на поверхности.
Музыка достигла громкого крещендо, и Дуана приподняла бровь от странности моих слов, не отводя взгляда. Впервые за очень долгое время я привлек к себе внимание. Я проклинал себя за то, что не сделал этого раньше, за то, что не передал информацию ей в обмен на все, что пожелаю.
Я должен был рассчитывать на большее.
Повернув запястье, я развернул его и потянул назад. У меня перехватило дыхание, когда она прижалась ко мне, чувствуя, как твердые линии моего тела прижимаются к мягкости ее.
Эйден и Джордж заперты в темнице твоего мужа и подвергаются пыткам.
Праведный вздох негодования слетел с ее губ, и она покачала головой.
Я ухмыльнулся, зная, что ей наплевать на остальных. Она всего лишь хотела услышать о нем, но информации, которую я планировал предоставить, могло оказаться недостаточно.
Моя хватка на талии усилилась, её спина выгнулась, когда кончики моих пальцев впились в кожу, и я откинул ее назад, пока золотистые кончики ее волос не коснулись пола. Ее хватка соскользнула, пальцы впились в мою руку, когда я удерживал ее. Она висела на грани, полностью и бесповоротно, полностью в моей милости. Дыхание усилилось, грудная клетка поднималась
и опадала.
Малахия, предупредила она, и я усмехнулся.
Вес переместился, пальцы впились в мою руку, когда я провел рукой от задней части ее шеи к горлу, мягко сжимая. Я мог бы пойти дальше, если бы захотел, но для этого придет время.
Вместо этого я низко наклонился, мои губы коснулись раковины ее уха.
А твой муж бесполезный кусок дерьма, который только и делает, что сидит на заднице и скулит.
Звук возмущения, сорвавшийся с ее губ, заставил мою грудь сжаться от смеха. Я потянул ее за шею и сжал. Никогда еще меня так не развлекали, как в последние несколько лет.
Теперь что касается твоей оплаты.
Мои губы прижались к ее губам, когда я крепко сжал их, держа в плену и полностью в своей власти. Тут кулаки ударили меня в грудь, и ее рот приоткрылся для вдоха, губы раздвинулись достаточно, чтобы мой язык проник внутрь.