ФЕРРЕЙРА ДЕ КАСТРО ШЕРСТЬ и СНЕГ
ФЕРРЕЙРА ДЕ КАСТРО
Феррейра де Кастро родился 24 мая 1898 года в деревне Осела на севере Португалии. Двенадцатилетним мальчиком он уезжает в Бразилию. Тяжелые годы, проведенные на чужбине, в одном из отдаленных районов страны, послужили для будущего писателя источником большого жизненного опыта и впоследствии были им ярко описаны в романе «Селва». Благодаря исключительной силе воли он стойко переносит трудности и лишения и, преодолев все препятствия, осуществляет свою мечту становится журналистом.
В 1919 году Феррейра де Кастро возвращается на родину.
В 1928 году он выпускает свой первый роман «Эмигранты». В 1930 году появляется роман «Селва», который завоевывает автору широкий круг читателей. Эту книгу называют великой эпопеей лесов Амазонки.
Позднее Феррейра де Кастро публикует ряд романов, посвященных различным сторонам португальской действительности. Таковы «Вечность», «Холодная земля», «Буря». Роман «На повороте» рисует политическую обстановку в Испании в первой половине 30-х годов. В романе «Миссия», действие которого происходит во Франции во время второй мировой войны, показаны позиции различных слоев французского общества в вопросе защиты родины.
Роман «Шерсть и снег», впервые опубликованный в 1947 году, наиболее глубокое и народное произведение писателя.
Перед нами открывается картина изнурительного труда, нищеты и бесправия португальских рабочих-текстильщиков.
События романа развертываются в годы второй мировой войны в крупном центре шерстяной промышленности Португалии Ковильяне. Главный герой книги, Орасио, отсталый крестьянский парень, который поступает на фабрику и постепенно превращается в передового сознательного рабочего. Важное место в романе отведено старому ткачу Маррете, одному из руководителей забастовочной борьбы на фабриках Ковильяна. Маррета помогает Орасио понять положение и роль рабочего класса, вселяет в него веру в светлое будущее человечества. «Наступит день, и люди станут братьями не будет больше так, что у одних все, а у других ничего. Изобилие придет во все дома И придет конец всем войнам, и исчезнут границы между государствами. Человечество станет единым», говорит Маррета.
Политические условия в Португалии не позволили Феррейре де Кастро открыто и полно описать рост рабочего движения в стране.
В 1957 году, выступая на конгрессе португальской демократии в городе Авейро, писатель сказал: «Редкая португальская книга не встречает противодействия со стороны цензуры. Писать романы, особенно после 1935 года, это самоистязание для тех, чей образ мыслей не соответствует существующим порядкам»
И все же Феррейра де Кастро показал в этой книге, что рабочий класс Португалии, несмотря на репрессии, борется и будет бороться за свои права. Один из героев, ткач Рикардо, в конце романа говорит Орасио: «В субботу вечером у нас будет собрание, здесь, в Ковильяне, у Илдефонсо. Надо продолжать Понимаешь? Мы должны продолжать»
ли ее на удовлетворение насущных нужд. Никто не помышлял увеличить их заработки: хозяевам нужна была дешевая рабочая сила, чтобы ткани местного производства могли конкурировать на рынке с иностранными.
Люди проводили на фабриках дни и ночи, покидая их только по воскресеньям. Тогда они старались забыться, не думать об этой тюрьме. Они уже не видели овец, не слышали печального звона их колокольчиков; они видели лишь шерсть, которую очищали и мыли, трепали и расчесывали, из которой делали пряжу и ткань; повсюду они видели шерсть.
Промышленность развивалась. Теперь самыми большими были не только церковь и фабричные здания: в городе выросли величественные особняки фабрикантов. И вся страна заговорила о процветании Ковильяна.
Позднее произошел новый переворот. Огромные колеса, вращавшиеся на речушках, остановились: силу воды заменило электричество. К тому времени на некоторых фабриках уже работали вместе отцы, сыновья и внуки. На смену сотням ткачей, что когда-то жили в горных поселках, пришли тысячи. Ловкие посредники; которые, располагая скудными средствами, покупали пряжу у одних, отдавали ткать другим и продавали материи третьим, в конце концов исчезли, вытесненные крупными промышленниками. Исчезли и домашние мастерские. И остались лишь большие фабрики с тысячами рабочих.
Отечественной шерсти перестало хватать. Начали ввозить сырье из-за границы: из Австралии, из Новой Зеландии, из Южной Африки. Далекие стада через океан снабжали фабрики Ковильяна и окрестных поселков.
Однако текстильное производство подвергалось постоянным колебаниям. Фабрики то работали без устали, то из-за нехватки сырья или сокращения сбыта неполный день. Тогда мужчины, женщины и дети, вручившие свою судьбу шерсти, оказывались перед лицом еще более острой нужды, чем та, в какой они жили постоянно. В периоды свертывания производства Ковильян вместо тканей вывозил девушек для публичных домов Лиссабона
Общая судьба связала воедино потомков первых ткачей. В XX веке в горах чаще пастушеских свирелей слышались жалобы, протесты, ропот людей, которые, объединяясь, требовали хлеба.