Меж тем трое пассажиров, которым тоже предстояло идти пешком пару километров до ближайших домов, светивших окнами вдалеке, обозначая черту города, уже бодренько шли по дороге.
Васек махнул рукой на расчеты, от которых уже болела голова, и последовал за ними. Ему и так хватило бабулиных путаных историй про семафоры и привидения.
До дома оставалось не так много. Главное, дойти до вон той витрины, с которой игриво подмигивала красавица с каким-то наверное жутко дорогим флаконом парфюма на непропорционально маленькой,
но изящной ладошке.
Идя по безлюдной дороге, Васек снова перебирал в голове события, которыми закрутила его жизнь в последнее время. Сначала он спас девушку из-под поезда. Потом еще одну девушку прямо у него на глазах напугал призрачный состав. Не говоря уже о злополучном колесе, стреляющем болтами. А уж бабулины басни про танцующие семафоры его просто доканали. Иначе он вряд ли вспомнил бы ту давнюю встречу со странной женщиной. Была ли она вообще та встреча? Уж не играют ли с ним в игры его собственные мозги?
Так шел Васек, и уж почти догнал других пассажиров. До призывно горевших окон ближайших домов оставалось всего ничего. И в этот момент Васек резко остановился. Потом медленно перевел глаза вправо и увидел вдалеке одинокий огонек. Васек с минуту стоял, соображая, что в той стороне вообще может находиться и тут похолодел. Именно там находился тот самый пустырь, на который они с мальчишками в детстве бегали играть. И где он встретил тогда ту самую женщину.
Ваську стало не по себе. Не она ли его заманивает на пустырь? Но Васек тут же тряхнул головой и решительно зашагал по направлению к неясно горевшему огоньку. Хватит с него. Вот сейчас он пойдет и все выяснит. Если этой даме что-то от него нужно, пускай прямо скажет.
Огонек приближался медленно. Васек пару раз споткнулся, хотя и подсвечивал дорогу телефоном. Пару раз ему казалось, что огонек с ним играет и постепенно отдаляется.
Васек давно уже не был на пустыре, правда довольно часто проезжал мимо по трассе на мотоцикле. Но почему-то не помнил как пустырь выглядит со стороны, сколько не силился. Сейчас тут немного в стороне темнели какие-то одноэтажные постройки.
Наконец, огонь впереди стал яснее и стало видно, что это костер. Ну вот подбодрил себя Васек, никак местные пацаны пришли поиграть. Еще через пару десятков шагов Васек остановился, вглядываясь в огонь и тут замер, поняв причину. В свете высоко взметающего пламя и искры костра Васек разглядел... семафор. Или его тень. Потому что белый круг на деревянной ноге никак не мог извиваться подобным образом. Семафор словно танцевал... Причем не просто танцевал, а сигналил. Поворот, поворот, пауза...
Довольно долго Васек стоял разинув рот, в деталях вспоминая все рассказы бабушки. Наконец отмер и заспешил вперед, решив поскорее покончить с загадками.
Подходя к костру, Васек разглядел то, что принял за семафор. На одиноком дереве, торчащем из земли по ту сторону костра, ветер трепал что-то плоское и круглое. Предмет то освещался полностью, словно полная луна, то вставал ребром и становился невидимым. Вот и весь секрет подумал Васек.
У костра на корточках сидел мужик и длинной палкой шевелил ближайшие ветки, подкармливая и без того неистовый огонь.
Васек опасливо подошел и спросил.
- Вы тут охранником работаете?
Не оборачиваясь к нему, мужик ответил.
- Вроде того.
- А чего охраняете, если не секрет?
Тут мужик повернулся, но разглядеть его Ваську не удалось, потому что лицо осталось в тени.
- Могилку охраняю. Девушка тут похоронена. Погибла под поездом.
Тут у Васька снова засосало под ложечкой.
- Девушку часом не Анна Каренина зовут? - глухим словно не своим голосом спросил он.
- Аннушкой! - воскликнул в ответ мужик. - Но только у нее фамилия Завьялова, а не Каренина. Вон вишь, настроили! - кивнул незнакомец на темнеющие поодаль постройки. - А нельзя. - И сам словно детям малым пенял на шалости, погрозил пальцем в темноту.
- Поч-чему же нельзя? - заикаясь, пробормотал Васек, но мужик его услышал.
- Потому что Аннушка его еще не нашла.
- Что не нашла?
- Кулончик, что я ей подарил.
Васек задумался. Выходило, либо он встретил сумасшедшего, либо того самого железнодорожного инженера... Мужик на привидение не походил. Насквозь не просвечивал, да и разговаривал как нормальный человек. Был еще один вариант, который Ваську нравился меньше всего. По нему выходило, что пора ему показаться психиатру.
Васек развернулся и зашагал прочь. И словно шелест ветра над ухом пронеслось.
- Помоги ей. Найди кулончик-то. Ведь ты обещал...
Ирина шла по лестнице и по детской привычке считала ступеньки. Ровно двадцать пять. Затем небольшой коридор, устланный ковром цвета темного шоколада и массивная дверь.
Прошло полтора месяца с того самого дня. Она уже смирилась с тем, что ей ничего не говорят о матери. Потому что, если бы мать умерла, были бы похороны. Но похорон никто организовывать не спешил.
Горничная Вера сжалилась над ней и шепнула, что Елену Игоревну увезли в больницу. Одно это уже было не плохо. Однако, теперь Ирину тревожило кое-что иное.