- Луи
- Нет, Морена. Нет.
- А как же наша дружба?
- Я никогда не называл разовый секс дружбой, прости.
- Ах, вот как? Хорошо Хорошо, дорогой. Я тебе еще аукнусь.
- Не забывай, кто перед тобой. Я вполне могу прямо сейчас тебя взять за шкирку и доставить на Совет.
- Но этого не сделаешь - ты слишком правильный
- Но я могу и оступаться.
- Мой Луи чрезмерно принципиален, чтобы на таких пустяках оступаться.
- Все равно помощи от меня не жди.
- Зря, ЗРЯ ты так
- Милая, на то Поверенные вечно одиноки, что ни словом, ни делом ты мне не причинишь вред. Ни мне, ни моим близким. Ибо насчет первого я сильнее тебя в два раза, как физически, так и ментально, а со вторым близких у меня нет.
- У всех есть скелеты в шкафу, а под кроватями - любовники.
- В своем чулане я давно пропылесосил. А последних не держу.
- А я проверю На всякий
- Дерзай
Чтобы успеть на это злополучное Собрание пришлось все же взять напрокат автомобиль, хоть и чревато тем самым выдать место встречи, но, увы, другого ничего не придумал И так опоздал на несколько часов из-за крушения поезда. Члены Совета, в том числе и сам Ар де Ивуар, любезно ждали меня до последнего.
А чертовка Морена была права. Чуть ли не первый пункт разбирательства дел злоумышленников и беглецов заняла именно эта леди, уступив лишь серийному маньяку Личару и опостылевшей всем шайке ТХПМ.
- Фран, сомневаюсь, что все так просто, как ты себе нарисовал.
- Ты думаешь, я не смог поймать каких-то четырех бандитов ТХПМ?
- Три года ты за ними гонялся, и вот теперь так легко ты их взял, раз и сверг без боя?
- Почему без боя? Матуа, я, конечно, наслышан твоей проницательностью и интуицией, но не будь таким циником. Другие тоже знают свое дело.
- Надеюсь, но ведь четвертого из них ты так и не нашел?
- Успею.
- Неверный ответ.
- Ладно, ребята, хватит спорить, - вмешался Ар.
Но я бы, Фран, все же перепроверил птичек в клетке.
- Ладно...
- И так, что там у нас насчет Морены де Голь? не выдержал я.
- А что с ней? Сошлем в Сибирь, - хихикнул кто-то из Поверенных.
- А, может, сразу чучело сделаем? нервно фыркнул я на недалекий юмор очередного умника.
- Я ее три раза предупреждал, а она все равно убивает своих доноров и оставляет тела на виду. Это - не дело.
- Я за «Vivi sepultura[2][2]», - лукаво заулыбался Франческо. О да, этот демон любил всех предавать высшей мере наказаний. Я всегда удивлялся тому факту, почему такого ужасного, алчного карьериста, как Фран, Виттория, хранительница Ордена Искьи, выбрала в Поверенные, в тех, которые, в первую очередь, призваны отстаивать справедливость, а уж потом амбиции Ордена.
- Я предлагаю отдать ее на перевоспитание Полукровкам[3][3], - с легкой ухмылкой на губах заявил я.
- И ты думаешь, что-то из этого получится?
- Еще никто прежним оттуда не возвращался.
- Иногда мне кажется, - ехидно улыбнулся Ар, - что sangue misto хуже погребения.
- Для распутников, может, и так. У нас цель перевоспитать. Так почему бы не таким способом? Зачем же сразу sepultura? Да и глупые, недалекие вряд ли, сами дойдут до истин бытия, сделают правильные выводы из полученного урока, сколько бы они не размышляли над своими проступками и злодеяниями, ведь именно для этого и нужно «живое» погребение, а не просто лишить свободы на пятнадцать лет.
- Согласен, - тяжело вздохнул Аро.
Надеюсь, она оценит мои старания, эта маленькая извращенка с бзиком всесильного убийцы...
***
События за событиями Я просто не мог вырваться из вихря обязанностей и требований своего положения.
Срочный отъезд в Италию. Суд ТХПМ. Казнь Поверенного, того самого Франа, которого я уже так искренне ненавидел.
Нервные дискуссии с Витторией.
Все оказалось таким запутанным и тяжелым, что вырваться назад, к Марии, я так и не смог.
Скоро уже и Рождество, а я торчу на этом острове Искья, как идиот, и вершу судьбы тех, кто мне глубоко безразличен. Кого видеть не видел бы, слышать не слышал бы.
Телом тут,
А душой - где-то там, за горами и морями, рядом с той единственной,которая мне так нужна, но с какой я никогда не буду вместе.
Глава Двенадцатая
(Мария)
Если к кошмарам, к тем ужасам, что напористо разрывали мой разум каждую ночь, я и смогла относиться более сдержано, привыкать, что ли уже, то к тоске, безумию от одиночества, от разлуки с Луи ставало только хуже
Невыносимо больно
Ненависть, ненависть схватывала меня в свои оковы и тащила на дно. Пустота, одиночество, обида и злость
Весь набор психопата разгорался во мне прощальным огнем.
КАЛЕКА-ПСИХ!
Дожилась! ДОЖИЛАСЬ!!!
Яд, скатываясь слезами, кровью с моего сердца, накапливался в душе
Я срывалась на всех, рычала, кричала, плакала, рыдала, визжала
Шок, последствия трагедии
ДА НЕТ! НЕТ! Люди, это последствия моего глупого поведения! Я сама нацепила себе петлю на шею, сама выбила из-под ног табурет, и теперь обреченно барахтаюсь в воздухе, мучаюсь, корчась в предсмертной агонии. НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ
Теперь уж окончательно я - душевнобольная, но заключенная не в физических рамках, не стены палаты сдерживают меня, давят на сознание, а ограждение собственной скорлупы душило, сжимает, выдавливает из меня рассудок и человечность.