- Ты слишком суеверна, - рассмеялась я, но в моей душе после ее слов поселилась тревога. Давай не будем преувеличивать значимость сказок и легенд.
Мазь помогла сразу. Сыпь, конечно, не сошла, но чесаться я перестала. Это было невероятное облегчение. Надев старую сорочку под платье, я спустилась вниз, чтобы заниматься делами почты. Мое маленькое недомогание - не повод отлынивать от работы.
Зазвенел дверной колокольчик, потом хлопнула дверь, и я услышала полный отчаяния голос Балрика:
- Это какой-то кошмар! Кошмар! Со мной никогда такого не было! Ох, о-ох
- Что случилось? я напряглась от предчувствия очередной неприятности. Балрик?
- Леди Рене, вы можете уволить меня. Я это заслужил, - почтальон снял фуражку и опустил голову. Во всем виновата госпожа Ирбенбрук, хозяйка ателье на Гиацинтовой улице! Сегодня она была в таком красивом платье, у нее были
сих пор не появилось ни единой толковой мысли. Вот же влипли в историю!
Это был большой трехэтажный особняк с куполом, колоннами, парадной лестницей и открытой террасой с видом на парк. Чем ближе мы к нему подходили, тем сильнее во мне нарастало волнение. Глубоко вдохнув, я решительно поднялась по ступенькам и увидела стоящего в дверном проеме дворецкого. На нем был надет фрак с начищенными пуговицами и белоснежная сорочка с накрахмаленным стоячим воротником. На руках мужчины сияли безупречной чистотой перчатки.
- Добрый день, леди Браунинг. Прошу вас, - произнес он голосом, лишенным всяческих эмоций. Его сиятельство ждет вас в своем кабинете.
Мы с Балриком вошли в огромный холл, и дворецкий, молча, направился к одному из коридоров, ведущих вглубь дома. Он на секунду остановился и сказал:
- Следуйте за мной, леди Браунинг.
Внутреннее убранство дома просто кричало о богатстве его хозяина. Здесь мы увидели и картины, и ковры с пушистым ворсом, и шикарную отделку стен дорогими тканями. Шторы на окнах из серебристого бархата были подхвачены золотистыми шнурами, а в напольных вазах поблескивали капельками росы свежесрезанные цветы. Все было настолько идеально, что я чувствовала себя не в своей тарелке.
Дворецкий провел нас к дверям из мореного дуба, легонько постучал костяшками пальцев, после чего осторожно приоткрыл.
- Ваше сиятельство, леди Браунинг со своим спутником.
Он многозначительно посмотрел на меня, и я перешагнула порог, мысленно произнеся: «Ну, леди Пистолет, была не была!».
Граф мне представлялся мужчиной за пятьдесят с пышными бакенбардами или, например, с орлиным носом, но оказалось, что это был молодой человек чуть за тридцать. Он поднялся, когда мы вошли, и направился ко мне, заложив руки за спину.
- Добрый день, леди Браунинг. Что привело вас ко мне?
Его сиятельство выглядел так же идеально, как и его дом. Светлые пряди его густых волос красиво обрамляли узкое лицо, на котором искрились любопытством зеленые глаза. Немного длинноватый нос не портил его, а лишь придавал внешности еще больше аристократичности. Высокие скулы покрывала легкая щетина, чуть темнее, чем волосы.
- Добрый день. Я я - мне хотелось развернуться и бежать отсюда, но я не привыкла отступать. У меня есть новости для вас.
- Да? И что же это? граф указал мне на кожаный диван. Прошу вас, присаживайтесь. Сейчас я распоряжусь, чтобы принесли чай. Вы тоже не стойте, можете присесть на стул у двери.
Это он уже сказал Балрику, который испуганно переминался с ноги на ногу у края ковра. После чего его сиятельство обратился к дворецкому, ожидающему распоряжений:
- Арист, пусть принесут чай и абрикосового ликера.
Я же посмотрев на стол, сразу увидела нашу посылку. Она лежала под газетами и, похоже, ее еще никто не открывал. Да и если бы граф уже обнаружил подмену, то, несомненно, сказал бы об этом сразу.
- Итак? его сиятельство опустился в кресло, в котором сидел до нашего появления. Я слушаю вас.
- Я пришла вам сообщить, что что теперь почта будет передавать особо важную корреспонденцию прямо в руки адресата, - принялась на ходу сочинять я. Ни слугам, ни родственникам, а именно тому, чье имя написано в графе «получатель».
- Хорошее нововведение, - кивнул граф, но в его взгляде сквозило недоумение. И вы решили рассказать об этом лично каждому получателю важной корреспонденции?
- Да Мы решили налаживать дружественные связи между почтой и ее клиентами, - с серьезным лицом ответила я. Доверие самое лучшее, что может предложить наша команда.
Господи что я несу? Но тем не менее продолжала на голубом глазу:
- У вас есть жалобы к работе почты? Вы можете смело высказать их, ваше сиятельство.
- Силы небесные, нет! рассмеялся граф. У меня нет жалоб, леди Рене. Я правильно назвал ваше имя?
- Да благодарю вас за то, что уделили нам время, - я понимала, что уже сказала все, что хотела, но ведь дела с посылкой так и не были решены.
В кабинет вошла горничная, толкая перед собой тележку с чайными принадлежностями, что было очень вовремя. Она взялась было за чайник, но его сиятельство остановил ее:
- Иди, Ия, я сам поухаживаю за своей гостьей.
Он разлил чай по чашкам и налил в рюмки ликер.
- Попробуйте ликер из тюрвинских абрикос, леди Рене. Они необычайно ароматны.