Она стояла у чёрной штуки и, придерживая дверцу, ждала меня. Я не стала заставлять ее ждать и, быстро нырнув в нее, уселась на мягком сиденье. Мне было очень удобно. Девушка закрыла за мной дверку и, обойдя машину, села с другой стороны. Я молча наблюдала за ней. И совершенно не понимала, как мы на этом поедем. Запряженных животных не было.
Пристегнись, пожалуйста, попросила она меня.
Что? спросила я, не понимая.
Марина вздохнув, перегнулась через сиденье и пристегнула меня ремнём. Затем, усевшись, повернула какой-то замочек и все завибрировало. В машине стал нагреваться воздух. Я с изумлением за ней наблюдала.
Ты совсем ничего не помнишь! констатировала она, Ладно. Давай так ты спрашиваешь, я отвечаю. Я понимаю, что для тебя я сейчас чужой человек. Но не ты для меня. Я то память не теряла. Поговори со мной! попросила она.
У меня было много вопросов. И с чего начать я не знала, но кивнула ей в знак согласия.
Нам ехать минут тридцать. Давай не будем молчать? Что тебя сейчас беспокоит
больше всего? спросила она, и положила свои руки на круг. Машина медленно поехала. Я открыла рот от удивления, но спрашивать об этом устройстве не стала. Считая, что это может выдать меня.
Ты везешь меня в свой дом? задала я свой первый вопрос.
Да, мы живём на окраине города. У нас тихий маленький поселок, ответила она.
А с кем ты живешь? задала я следующий вопрос.
С моим мужем, его зовут Саша, и моей дочкой Люсей, от первого брака. Кстати, ты ее крестная.
Из этого я поняла только то, что она замужем и у неё есть дочь. А что такое брак, и что значит крёстная не поняла.
Как, от первого брака? спросила я.
Ну, я вышла замуж первый раз за козла, который нас с Люськой бросил. Моей малышке было всего два года. Мы ютились с ней по съемным квартирам. У меня с родителями сложные отношения. Моя мама считает меня непутевой. А с Сашкой мы познакомились спустя шесть лет, после развода, рассказывала она.
А что значит крёстная? спросила я.
Марина удивленно на меня посмотрела и ответила:
Да! Здорово же тебя приложило, раз ты не помнишь очевидных вещей, Ну, мы христиане, вообще-то. И по нашему вероисповеданию маленьких детей нужно крестить в Церкви, ответила она и, видя, что я по-прежнему ее не понимаю, продолжила.
Церковь это Храм Божий. Там люди Богу молятся. Помнишь? она уже смотрела на меня с подозрением.
Да. Это я знаю, честно ответила я.
В моем мире были Храмы. И я должна была стать в одном из них Жрицей.
Ну, Слава Богу! воскликнула она, А то я уж подумала, что мне придётся объяснять азы мироздания.
Нет. Так глубоко не надо. С этими знаниями я знакома.
Марина покосилась на меня, заметив:
Ты стала разговаривать по-другому. Странно.. Надеюсь, когда память вернется, ты станешь прежней.
А у меня есть семья? Муж, дети? спросила я, переведя разговор.
Видимо я затронула что-то неприятное, потому, как Марина молчала какое-то время, собираясь с мыслями.
Твои родители умерли уже давно. Несколько лет назад. Ты была замужем, за похожим козлом, и недавно вы развелись. Детей у тебя нет, вздохнув, ответила она.
Развелись, это расстались? уточнила я.
На самом деле я не хотела быть замужем. Меня страшила мысль о чужом мужчине рядом со мной. К этому я была совсем не готова. И опыта общения, с противоположным полом, у меня не было.
Ну да. Он бросил тебя, когда ты потеряла ребёнка, выдала она.
Как, потеряла? спросила я.
Мне надо искать ребёнка? Он пропал?
У тебя был выкидыш, после болезни. В общем, из-за осложнений, пыталась объяснить она. И есть небольшие последствия.
Я пыталась осмыслить эту информацию. Неприятных ощущений не возникало. Это тело болело когда-то, а не я. Приложив руки к своему животу, попыталась прислушаться. Но никаких патологий я не почувствовала. Мое тело было совершенно здорово. Это я точно знала.
Я не чувствую никаких осложнений, сказала я.
Марина посмотрела на меня и сказала:
Ты вряд ли это почувствуешь.
Но я чувствую своё тело, настаивала я.
Понимаешь, не все можно почувствовать физически. Если удаляют какой-то орган, то спустя время, человек не ощущает пустоту внутри, объясняла она.
Спорить я не стала. В моем мире, где была магия, мы могли чувствовать болезни руками и лечить их. Никаких внутренних органов у нас там не удаляли. Зачем? Все лечится.
Всю дорогу Марина смотрела вперёд, лишь изредка поворачивая голову в мою сторону. Я тоже смотрела по сторонам и, если честно, пребывала в шоке от увиденного. Мимо нас мчались разные машины, как называла их подруга. Дорога, по которой мы ехали, была покрыта чем-то чёрным, но гладким. С обеих сторон от дороги росли деревья, но почему-то они были совсем без листвы и в чём-то белом.
А почему на деревьях нет листьев? не удержавшись, спросила я.
Так зима на дворе, ответила Марина, Декабрь и скоро Новый год! Наконец, выпал снег, закрыв всю землю.
Снег? не поняла я.
Ну, да. Белый снег, ответила она, снова косясь на меня.
Я поняла, что белый налет вокруг и есть снег. Но, спрашивать дальше не стала, решив повременить с вопросами.
Ну, вот мы и приехали, сказала моя новая подруга.