Не тяжко там?
Да ты что! снова разулыбался Дима. После того, что мы пережили? Вспомни Донбасс! Так что Африка это пустяки, жарко разве что. Но зато наших полно, у нас в кавполку у четвертого эскадрона знаешь, какая песня была?
Закржевский собрался, настроился и запел:
Dans les Djebels ou sur les routes
Va le quatrieme escadron
Qui est, vous lsavez sans doute,
Lescadron de tradition.
Как он не фальшивил, Крезен все равно узнал:
Это же наш марш, дроздовский!
Точно!
За такое дело пришлось выпить не аперитива, а водки, хоть и яблочной кальвадоса.
А ты-то где?
Да вот, работу подыскиваю неопределенно ответил Миша.
Наших на автозаводы берут, «Рено», «Пежо», «Ситроен», начал Дима, а потом перевел взгляд на вешалку за спиной друга, где висели недешевые пальто и шляпа, с сомнением оглядел дорогие костюм, галстук, запонки но ты не похож на безработного.
Без дела скучно, опрокинул рюмку Крезен.
В Иностранный легион не хочешь? катнул пробный шар Закржевский.
Нет, спасибо, навоевался, отрезал Миша, про себя же подумал «а гангстеров тут нет, киллеры не нужны». Если в армию, то чтобы не воевать.
Ага, и чтобы деньги платили!
Именно! друзья весело чокнулись.
Ну смотри, я бы рекомендацию дал в легион, пять лет и гражданство Франции.
Спасибо, Дима, но у меня американское.
Американское? вытаращил глаза Закржевский.
Крезен вытянул из внутреннего кармана краешек паспорта. Дима на минуту задумался, а потом вкрадчиво спросил:
А военным советником в Испанское Марокко не желаешь? Там нужны люди с опытом.
Советником?
Ну да, ходить и пальчиком показывать, как надо. И пять тысяч франков в месяц.
На такую сладкую должность наверняка требовались рекомендации посерьезнее, чем в Иностранный легион так и оказалось, отчего Крезен загрустил. Но Дима продолжал свивать кольца вокруг:
Ты полковника Жаданова помнишь?
Артиллериста? Конечно!
Он ближайший помощник командира 1-го корпуса генерала Витковского*
Витковский В. К. командир 1-го армейского корпуса (французского отдела) в составе Русского общевоинского союза (РОВС).
Миша кивнул еще бы не знать начальника Дроздовской дивизии!
У Витковского
есть связи с испанцами.
С чего вдруг он даст рекомендацию? У него, небось, офицеров-дроздовцев полный эшелон!
Ты же английский знаешь? напряженно смотрел Дима.
Разумеется.
Тогда пошли.
Друзья закончили завтрак, и Дима потащил Мишу к «одному старому знакомому». На боковой улочке, в стороне от шикарных, хоть и полинявших, парижских магистралей стоял обыкновенный, покрытый легким налетом городской копоти дом: в нижнем этаже гараж и бензиновая колонка, на втором конторы, над ними жилье.
Некогда сияющая табличка извещала, что тут обосновалось некая компания SIEB, занятая импортом и экспортом изделий из дерева. После стука и пары условных фраз прямой как палка секретарь, пригласил их в мрачноватую приемную, увешанную образцами продукции. За дверью тарахтела пишущая машинка и бубнил голос, читавший текст, несло горячим сургучом для печатей.
Однако у полковника Жаданова, гладко причесанного «коммерсанта» со взглядом, будто он вычислял прицел и трубку для открытия стрельбы, небольшой кабинет разительно отличался от приемной. Пока Дима вполголоса докладывал радушно встретившему друзей хозяину, Миша огляделся и подобрался пусть здесь пахло пылью, но это была пыль от штабных бумаг и приказов! Пусть обои давно требовали замены, но портрет Врангеля со стены смотрел сурово и непреклонно, а свежие папки с делами подтверждали, что Русская армия жива.
Хмель сам собой вылетел из головы, и когда полковник Жаданов обратился к нему, Крезен мгновенно встал по стойке смирно и, кажется, даже прищелкнул каблуками. Впрочем, следующий вопрос начисто разрушил служебную ауру:
Почему вы не состоите в РОВС, штабс-капитан?
Не хочу, сдерзил Михаил и нагло уселся на стул, не дожидаясь приглашения.
Дима напрягся, а полковник Жаданов вдруг рассмеялся:
А знаете, это даже и хорошо, что не состоите!
Он смотрел, как Крезен лениво перебрал пачку журналов на столе половина оказалась советскими, вроде «Наши достижения», «Жилище и строительство», «Металлист» и «Рабочий народного питания».
Врага надо знать, в особенности его слабые места, как-то даже ласково заметил Жаданов.
Мишу окатила жаркая волна зависти кто-то еще дерется с красными! Или, по крайней мере, готовится к драке. Не то чтобы стыд, но тянущая истома появилась в груди, а полковник, почуяв перемену, придвинул стул, сел на него и заговорил, будто ставил задачу батарее:
Недавно большевицкими агентами похищен наш руководитель, начальник РОВС генерал Кутепов. К похищению причастны несколько граждан Америки, во всяком случае, их видели на том месте, где генерала затолкали в машину. Нам требуется допросить хотя бы одного из них.
Но чем я могу помочь?
Вы американский гражданин, вы сможете спокойно навести справки лично или отвлечь персонал, остальное наша забота. Не беспокойтесь, стрелять и нарушать закон вам не придется, более того, после допроса мы оставим американца в покое.
Все очень благостно, но Михаила заставил усомниться жесткий прищур, словно полковник глядел в панораму наведенного на врага орудия: