А тот в ответ завертелся юлой, уходя из-под накрытий и сбивая наводку русским артиллеристам. Комендоры германского крейсера продолжали азартно палить в белый свет, как в копейку, хотя его залпы и падали большими недолетами. Этот "Аугсбург", или как там его, старался держаться на пределе дальности, постоянно менял курс, уворачиваясь от русских снарядов. С учетом того, что по нему сейчас могли стрелять только носовые башенные орудия - по одной восьмидюймовке с каждого крейсера - шансы на попадание были невелики. И он... ну да - он сейчас отступал, двигаясь иным курсом, нежели горевший "Амазон"
- Это что же, он так своего пытается выручить?! На себя отвлекает? Молодеееец.... - протянул Георгий Васильевич и тут же началась дискуссия:
- Заманивает, как есть заманивает!
- Куда?
- А на минное поле!
- Да откуда ж ему взяться-то здесь?
- Германцы всегда мины с собой таскают. Поди, пока мы гнались за их тихоходами, набросал их где-то рядом, а сейчас пытается нас от "Амазона" отвлечь и на свою минную банку заманить.
- Рисково больно...
- Так ведь и немец не лопух!
- Это точно, не лопух, - сказал Алексей Павлович, и в рубке вновь наступила тишина. Князь поощрял обсуждения своих подчиненных, в таких спорах нередко рождались необычные, но правильные решения, но уж если начинал говорить командир - умолкали все:
- Во-первых, этот немец изрядный нахал - а кто еще рискнул бы полезть в Финский залив легкими силами? Во-вторых, вместо того, чтобы удирать после рейда куда глаза глядят, он тут с нами в пятнашки играет и пытается своего выручить, что опять же похвально. Следовательно, храбростью и разумом их
командир не обделен, а значит и впрямь может пытаться заманить нас на минную банку. Поэтому идти за ним нам не нужно. Может, никакого минного заграждения и нет, а он просто пытается оттянуть нас в сторону, потом даст полный ход и - поминай его как звали, в скорости он нас узлов на шесть-семь опережает. Так что курс прежний, артиллерия работает по "Аугсбургу" - "Амазон" от нас и так никуда не уйдет, сблизимся еще и расколупаем его в момент. А если Бог даст, - тут князь ехидно глянул на своего старарта:
- То и этого скорохода подобьем и будет у кайзера одним трехтрубным крейсером меньше...
Губы Беринга давно превратились в тонкую, бескровную линию. Вытащить русских на U-3 не получалось, они явно не собирались следовать за "Аугсбургом", предпочитая синицу в руках журавлю в небе. Два их "Баяна", хоть и били сейчас по флагману контр-адмирала, но с курса не свернули и продолжали настигать "Амазон". Расстояние между преследуемым и гончими продолжало сокращаться, пока по "Амазон" не стреляли, но с ним немедленно будет покончено, как только русские обратят на него внимание... осколок просвистел прямо над головой, воздух туго толкнулся в тулью морской фуражки, чуть-чуть ниже и... Но что еще можно сделать? - судорожно размышлял контр-адмирал, глядя как опадает стена воды, только что выросшая в каких-то полутора десятках метров от его корабля... Решение пришло мгновенно.
- Так что немец скорость потерял, вашблагородь! - Старший вахтенный офицер только кулаки сжал: что же, что бой, а за донесение не по уставу сигнальщик под ружьем настоится. Но ведь правда - после разрыва у борта германский трехтрубный крейсер покатился влево, резко теряя в скорости.
- Да неужто?! - боевой успех воодушевил офицеров. Один вражеский корабль потоплен, да и "Амазонке" недолго осталось, эту пару все уже считали своим заслуженным трофеем. Но добавить к ним еще и современный крейсер - это же совсем великолепно! Вот сейчас командир скомандует поворот, "Баян" и "Макаров" подойдут поближе к "Аугсбургу" и...
- А потерял, так и хорошо. Андрей Геннадьевич, работайте! - только и распорядился князь, не приказав, однако, изменить курса.
Снаряды ложились все ближе и ближе, а Беринг вглядывался в силуэты русских кораблей. Ну вот же я, израненный, беспомощный, неужели вы пройдете мимо? Идите сюда, добейте меня! Увы - русские, продолжая вести огонь по "Аугсбургу" курса не меняли. Еще оставался совсем мизерный шанс на то, что русские, убедившись в невысокой эффективности стрельбы почти на предельную дистанцию, все же...
Грохот разрыва ударил по ушам, и контр-адмирал почувствовал, как палуба легко толкнулась в ноги, когда восьмидюймовый снаряд, пробив борт "Аугсбурга" взорвался внутри полубака. Верхнюю палубу изрядно вспучило, хотя носовые орудия крейсера не пострадали, однако похоже было, что внутри корабля начинался пожар.
Стрельба русских оказалась неожиданно хорошей, так не стыдно было бы стрелять и комендорам "Хохзеефлотте", и это значило, что засада окончательно сорвалась. Два русских крейсера будут расстреливать "Аугсбург", не приближаясь к нему, а он, изображая подранка, не может вертеться, изворачиваясь от накрытий. В конце концов его подобьют, а потом уничтожат, тогда четвертый германский корабль погибнет без всякой пользы, и этого Беринг, конечно, допустить не мог. Он еще раз взглянул на горящий, пытающийся бежать и явно обреченный "Амазон". Мысль, что нужно уходить, бросая товарища, резанула по сердцу неожиданной болью, но контр-адмирал не колебался ни секунды: помочь морякам "Амазон" он не мог, так что увеличивать и без того избыточное количество сегодняшних жертв не имело никакого смысла.