- Ставлю шесть "Клико" против бутылки шиттовского, это "Аугсбург" с "Магдебургом" - авторитетным голосом заявил старший штурман, но спорить против очевидного желающих не нашлось. Кто еще мог бы рискнуть сунуть голову в пасть тигру, если не эти быстроходные, способные улизнуть от любой неприятности крейсера? Однако время шло, а "Баян" и не отстающий от него "Макаров" медленно, но верно нагоняли пытающихся удрать германцев.
- Да кто же это такие, хотел бы я знать... Крайний вообще отстал сильно, еле движется... Тааак... - медленно цедил слова старший артиллерист "Баяна", половина лица которого скрылась за тяжелым биноклем. По всеобщему признанию, он обладал самым зорким глазом среди всей кают-кампании, так что остальные присутствующие внимали, затаив дыхание.
- Две мачты...две трубы... маловат что-то для крейсера... Да это же... - вдруг воскликнул старарт изменившимся тоном, но его опередил рев луженой глотки сигнальщика:
- Так что крайней канонирская лодка типа "Пантера", вашсковородь!!
В боевой рубке удивленно загомонили - всех чрезвычайно интересовал вопрос, с какого бы это перепугу осторожные и разумные немцы отправили к русским берегам эдакого тихохода, едва ли способного идти более 14 узлов?
- Вот зачем, спрашивается, мы на мачту телефон тянули, если Нечипоренко не то, что с боевого марса или там с клотика, а с небесной планеты Марс до боевой рубки доораться может? - поморщившись, задал риторический вопрос Алексей Павлович, и наступила тишина.
- Андрей Геннадьевич - обратился командир к своему старарту:
- А ведь уели Вас сигнальщики, как есть уели...
- Не совсем - улыбнулся в ответ невысокий, как и князь, но куда более молодой и худощавый офицер:
- Первым идет крейсер типа "Газелле", а наверху этого пока не видят.
Князь едва сдержал недоверчивый смешок. Судьба явно решила сделать ему великолепный подарок, уж неведомо и за что. С самого начала войны быстроходные германские рейдеры вели себя хуже надоедливых ночных комаров - вроде и невелик вражина, а попробуй прибей его! Крейсеры кайзера возникали из ниоткуда, пакостили по мелочи и невредимыми растворялись в морских просторах, потому что догнать их мог разве что новейший эсминец "Новик", который, однако, в одиночку с крейсером справиться не мог, а уж с парой тем более. В общем, пользуясь своей превосходной скоростью, германцы пиратствовали по маленькой, оставаясь неуязвимыми для русских крейсеров. Посему Алексей Павлович
не сомневался, что и сегодня его ожидает фиаско, и вдруг - два древних германских кораблика, причем даже вместе они были куда как слабее и меньше "Баяна": ни уйти, ни противостоять русским крейсерам немцы не могли.
С "Пантерой" покончили весьма быстро - тихоходный кораблик и так отставал от своего более быстроходного собрата по несчастью, а после второго попадания еще и резко сбавил ход - тем не менее флага не спустил и яростно отстреливался, почему и был безжалостно добит "Баяном" и "Макаровым". Дистанция продолжала сокращаться и ничто не могло бы спасти наконец-то опознанный "Амазон", когда прямо по курсу возник еще один дым - корабль явно шел навстречу русским крейсерам, чем и вызвал большое недоумение на мостике "Баяна" ...
- Кто бы это мог быть? - повторил вслед за Алексеем Павловичем артиллерист.
- "Кайзер"! - с наисерьезнейшим выражением лица ответствовал старший штурман.
- Почему - "Кайзер"? - с удивлением переглянулись находящиеся в рубке офицеры
- А потому что день сегодня такой. Вот скажите, кто из нас ожидал увидеть немецкую канонерку у Моонзунда? Никто! Тем не менее - встретили. Неприятельский дредноут мы тоже видеть не рассчитываем, так почему б ему и не объявиться, раз пошли такие чудеса?
- Типун Вам на язык, Георгий Васильевич!
И действительно - если бы волею судеб здесь оказался вражеский линкор или линейный крейсер, то роли резко переменились: ни удрать, ни сражаться с таким врагом крейсера Еникеева не могли, и были бы сами потоплены с той же легкостью, с какой "Баян" и "Макаров" отправили на дно "Пантеру".
- Трехтрубный! - опуская бинокль, безапелляционно заявил старший артиллерист.
- "Аугсбург"! Задумали нагадить в Финском, это понятно, но зачем они с собой тихоходы потащили?
- Может, это "Аугсбург". А может и другой, трехтрубных крейсерков у немцев много - раздумчиво молвил князь:
- Вот только его командир возомнил, что стоит на мостике "Фридриха дер Гроссе". Иного объяснения его действиям я дать не могу.
И действительно - германский крейсер, не снижая скорости, нагло пер вперед, прямо на русские корабли. Вот он вошел в пределы досягаемости восьмидюймовых орудий, вот - разошелся контркурсом с горящим и прилично уже побитым "Амазоном". И вдруг по его темному силуэту праздничной гирляндой засверкали вспышки выстрелов.
- Недолет!
- Однако! Господа, он что, желает отогнать нас огнем?
Как бы ни было абсурдно зрелище небольшого корабля, под грохот своих игрушечных стопятимиллиметровых орудий идущего в самоубийственную атаку на два русских броненосных крейсера, но и любоваться им до бесконечности было нельзя. Безусловно, даже один "Баян" обладал подавляющим превосходством в огневой мощи над германцем, но никакое превосходство нельзя было реализовать, продолжая обстреливая "Амазон". Так что Алексей Павлович распорядился перенести огонь на неожиданно случившийся немецкий крейсер - и вскоре вокруг него взметнулись белопенные столбы падений восьмидюймовых снарядов.