Забрав из его руки длинную трубку, я приложила её к своим губам. Я хотела пить и есть, но предпочла глотнуть дыма. Потому что надеялась, что лично в моём случае наркотик подстегнёт воспоминания. Если не он то ничего больше в этой комнате.
Опиум.
Смаковать его казалось естественным. Сам ритуал был таким знакомым, но не вкус. Вкус я уже успела забыть, потому что с тех пор, как последний раз его пробовала, прошло больше десяти лет. Намного больше. И тоска, которую я почувствовала, освобождая лёгкие от дыма, не имела никакого отношения к наркотической зависимости. Нет, зависимость у меня была отнюдь не от опиума.
Где я?
В безопасности, несмотря на то, как всё выглядит.
Я говорю не с тобой, мужчина. Твой голос и вид оскорбляют меня, произнесла я, вопреки словам внимательно его разглядывая.
У него были седые волосы, смуглая кожа и чёрные, перегоревшие глаза. Внешность противоположная всему, что считалось у нас образцом красоты. Загар? Седина? Темноглазых Девы тоже не любили, их не обучали высшему мастерству.
Хотя плевать на внешность, у него всё равно не было ни шанса мне понравиться. Он являлся совокупностью всего, к чему нам с детства внушалась ненависть. Угрожающим, даже когда заверял в безопасности, твёрдым на вид, большим и очень голым.
Посмотрев на его пах, у которого замерла женщина, я решила, наконец, узнать, с чем они меня сравнивали.
Что это?
Боги, выдохнул придушенно мужчина.
Ты никогда не видела член? уточнила его подружка. Ты же в борделе, это самая естественная вещь здесь.
Что такое бордель?
Не говори с ней об этом, прохрипел он, пытаясь подняться. Только не об этом, чёрт!
Оставайся на месте, сказала я, не сомневаясь, что он подчинится. Все подчинялись.
Здесь мужчины ищут утешение, объяснила незнакомка, ну, знаешь
В утешениях я кое-что понимала. Но, очевидно, у мужчин всё происходит по-другому. Им нужно для этого целое заведение. И особый ритуал, во время которого они могут выставить свою отвратительную наготу и животную природу напоказ.
И зачем ты утешала его? Он твой единый? Я продолжала смотреть на низ его живота. Может, он и нуждается в утешении
Что? оскорблённо выдохнул мужчина.
но твоей жалости он недостоин, сестра. Ты могла бы выбрать себе в пару прекрасную деву под стать тебе. Её нежный образ, ласковая улыбка и голос певчей птицы утешали бы тебя лучше, чем сможет любой из них. Она отирала бы твои слёзы руками, которые никогда не причиняли боль, а я вижу, как много слёз ты пролила. Твой взгляд потух. Твоя кожа не сияет, потому что ты просидела взаперти намного дольше меня. Твои роскошные волосы Я запнулась, с трудом находя нужные слова. Волосы безжизненного чёрного, «потухшего» цвета, так напоминающие мои, не заслуживали похвалы. Твои волосы осквернила седина. Разве не мужчины сделали это с тобой?
Д-да?
Обделённые красотой, они живут в вечном стремлении её присвоить. А если им не удаётся присвоить, они уничтожают её. Каждым прикосновением они расхищают твоё сокровище. Я подняла отяжелённую оковами руку и погладила её по щеке. Так почему ты утешаешь его?
Так он же он платит мне за это золотом.
Конечно, никто бы не подошёл к нему добровольно. Но платить тем, что угнетает нас?.. Вот она суть мужчины. Я покачала головой. Почему ещё так ценится золото, как думаешь? Потому что оно делает женщин слабыми, податливыми и зависимыми. Извращает нашу чистую сущность.
Наверное
Просто смешно, как они стараются придать этим силкам совершенную форму, чтобы поймать нас в них.
Но это не силки Это украшения.
Разве ты нуждаешься в них? Это ты можешь украсить «украшения», а не они тебя. Золото тебя недостойно. Я скользнула рукой вниз, по её шее, на грудь. Посмотри на себя. Разве в мире есть подобная красота и нежность? Тебе бы завидовали цветы наших садов. Камелии и розы цвели бы ещё пышнее в венце на твоих волосах. Ты так хороша, что любая из нас сочла бы за счастье стать твоей единой.
Спа спасибо, прошептала женщина, краснея, тогда как мужчина униженно рванул на поиски одежды. Вопреки приказу.
Это встревожило меня. Техника голоса никогда прежде меня не подводила. Глаза да, но не голос. Всему виной навешенное на меня золото? Или время опустошило меня?
Я задумчиво приникла к трубке.
Как как тебя зовут? спросила женщина, зачаровано придвигаясь ближе. То, что ты оказалась здесь, просто чудо, но тебе тут не место. И уж точно тебе не место рядом с этим извращенцем. Ты должна скорее уходить. Если тебя увидят
Подоспевший мужчина перехватил её руку, потянувшуюся ко мне.
Твои услуги больше не нужны. Он поднял её рывком на ноги, после чего снял с моей руки одно из многочисленных колец и, отдав ей вместе с одеждой, выпроводил за дверь. Закрыв засов, мужчина повернулся ко мне, давая понять, что своё благодушие он тоже оставил за порогом. Ты что, соблазняешь шлюху, которую я выбрал себе? «Непорочные Девы», чтоб меня.
Соблазняю? Я медленно выпрямилась, и он качнулся назад. Может, мой голос не так уж и слаб, как я думала. Так это называется у вас, во Внешнем мире, где вы всё делаете в угоду собственной корысти? Если я скажу это луне или закатному солнцу, то я тоже буду их соблазнять?