Король поднялся с места и наконец вытащил кляп изо рта жертвы.
Я все понял прошептал тот, с трудом ворочая языком, простите меня, мой король!..
Я, конечно, тоже виноват, Сигизмунд дал команду палачу развязать путы, что связывали жертву, бросил тебя с недостаточной охраной.
Но ведь не со зла и не по глупости, а от неведения. Откуда я мог знать, что Муромец тайно собирает силы именно здесь? Он нам очень много крови попортил; я тебе по секрету скажу он сына Бронислава убил.
Ох только и мог произнести пан Стефан, разминая затекшие руки.
Вот только не думай, что твоей вины вовсе и нет, нахмурился король, я тебе требушеты доверил? Тебе. А ты их не уберег. Так что спрос с тебя никуда не делся.
Ученый муж весь смешался после этих слов; он снова с опаской взглянул на палача, и тот, поймав его взгляд, лучезарно улыбнулся в ответ, чем напугал шляхтича еще больше.
Не пугайся пока, похлопал король недавнюю жертву по плечу, я строг, но справедлив. Даю тебе шанс искупить свою вину, так что не подведи. Все, иди пока, позже придумаю тебе дело! Прими пока ванну, а то воняет от тебя, как от козла.
Дождавшись, когда стонущий и охающий ученый муж вышел, палач спросил с интересом:
Может, стоило разок железом прижечь? Ну чтобы лучше понял.
Да он и так напуган до смерти, усмехнулся Сигизмунд, сразу видно, книжник. Книжники читают много своих свитков да рукописей и считают, что на основании этого они знают жизнь. А если уж какую бумагу в своих университетах получат, то всё чуть ли не лопаются от самолюбования. При этом, как правило, существа поверхностные, облапошить их проще простого, чем часто пройдохи и пользуются. Зачем такие в государстве вообще нужны? пожал плечами заплечных дел мастер. Не понимаю.
Не скажи, весело усмехнулся король, к примеру, соберешь таких штук сто или тыщу. Они сидят, что-то там обсуждают в своих университетах, спорят до посинения. И со стороны кажется, что пользы от них ну решительно никакой. Только добро государево тратят. И вот когда уже совсем махнешь на них рукой, один из них придет к тебе и скажет: «Я тут такое устройство придумал если вот такую штукенцию соединить с такой вот финтифлюшиной, а здесь натянуть и сжать в пружину вот такая штука будет убивать врагов в десять раз лучше, чем та, что есть у вас сейчас». Или способ придумают, как делать броню крепче или корабли быстрее И вот тут окрестные короли, которые своих таких же книжников да ученых не завели, начинают об этом очень крупно жалеть. Так что есть и от книжников польза, есть.
Король подошел к огороженной части подвала и отдернул штору. Взору государя и палача предстала еще одна жертва, но вот этот мужчина был связан уже на совесть: три десятка цепей сковывали руки и ноги жертвы, не считая многочисленных веревок.
А этот как? поинтересовался король.
Презрительно молчит, нахмурился Юзеф, я бы его разговорил, но вы сами приказали ждать вас.
Это верно, это хорошо задумчиво пробормотал король, явно думая о чем-то другом, вот говорят, что хороший специалист свою работу любить должен. Так бывает, знаешь, работа в радость. А я вот считаю, что работа не для радости. Палач, который любит свою работу, плохой палач.
Зачем тогда Янека держите? Юзеф взглянул на короля обиженно и с легкой долей ревности. Он же любит людей мучить.
Янек, брат мой, это не работа, грустно усмехнулся Сигизмунд. Янек это кара! Он, конечно, порой перегибает палку.
Да он просто бешеный зверь, пожаловался Юзеф, и абсолютно безумный! Я должен быть королевским палачом, а не этот мясник.
Янеку я отдаю тех, кто должен почувствовать на себе мою ярость, отрезал Сигизмунд, показывая, что эта тема с соперничеством палачей его сейчас не интересует, а тебе достается сложная работа, которую тупому мяснику не доверишь. Когда мне нужно кого-то покарать я отдаю его Янеку, когда мне нужно что-то узнать или в чем-то кого-то убедить тут ты мне верный помощник. Так что не ворчи, эта работа будет потруднее остальных. Знаешь, кто это?
Судя по цепям, богатырь, попытался угадать палач.
Верно, богатырь. Ставр его зовут. Они вдвоем вышли против моего войска, он и Микула. Про Микулу-то слышал небось?
Кто про него не слышал очень старый и сильный богатырь.
Да. Был. Видишь ли, мой дорогой Юзеф: вдруг во время боя Микула этот стал как обычный человек. Ушла куда-то его богатырская сила, словно и не было.
Разве так бывает?
Вот и я думал, что не бывает. Понимаешь теперь свою задачу? Мне позарез нужно понять, как так получилось. Задача государственной важности. Вызнаешь для меня этот секрет, тогда и о должности королевского палача можно будет поговорить.
А он хотя бы боль чувствует? засомневался Юзеф. никогда еще не работал с богатырями.
Еще как они чувствуют, только болевой порог у них совсем иной. Ты все же осторожно действуй: слыхал я, что
в Киеве недавно один из богатырей от ран помер. Там ему, правда, сердце пробили насквозь, раз десять. Но ты все равно будь осторожнее. Торопить тебя не буду, сам понимаю: орешек твердый. Если я помру раньше, чем ты что-то узнаешь, Брониславу доложи, он поймет.