Черити кивнула, хмурясь.
Но вы ведь не на снежках учились, нет?
Не могу сказать, чтобы воспоминания о моем первом уроке оборонительной магии от Джастина ДюМорна относились к самым моим любимым.
На бейсбольных мячах.
Боже милосердный, покачала головой Черити. Сколько вам тогда было?
Тринадцать, я пожал плечами. Боль хорошо стимулирует. Я быстро выучился.
Но мою дочь вы этим способом учить не хотите, заметила Черити.
К чему спешить?
Восторженные визги детей смолкли, сменившись шепотом, и я подмигнул Черити. Она перевела взгляд с детей на меня и снова улыбнулась.
Ну! выкрикнула Молли, и град снежков обрушился на этот раз на меня.
Я поднял левую руку и выстроил щит в виде широкого, плоского диска. Пули таким не остановить, да и бейсбольные мячи не очень, но для снежков такой в самый раз. Один за другим разбивались они о защитное поле, оставляя на невидимом щите только бледно-голубые вспышки.
Если детей это и огорчило, смеялись они от этого не меньше.
Ха! вскричал я и торжествующе вскинул руку вверх.
И тут стоявшая за моей спиной Черити сунула мне за шиворот ветровки пригоршню снега.
Я взвыл, когда ледяной холод обжег мне позвоночник, и заплясал на месте, пытаясь вытрясти его из-под одежды. Дети отозвались на это новым взрывом восторга, принялись швыряться снежками по чему попало, и во всем этом визге и возбуждении я не соображал, что на нас напали, пока не погасли огни.
Весь квартал погрузился в темноту: погасли лампы, освещавшие двор Карпентеров, свет во всех окрестных домах и уличные фонари все разом погасло. Только неверный призрачный свет отражался от снега, разом удлинив все тени в несколько раз. В нос ударила вонь что-то среднее между скунсовой струей и бочкой тухлых яиц.
Я рывком выхватил из висевшего под плащом чехла свой жезл.
В дом их, быстро! бросил я Черити.
Тревога! объявила Черити гораздо более спокойным голосом, чем это удалось бы мне. Все в убежище, как на тренировке.
Дети еще не успели тронуться с места, когда из снега вынырнуло трое тварей, каких я не видел еще ни разу. Впрыск адреналина в кровь словно замедлил время, и мне казалось, у меня есть целых полчаса на то, чтобы их разглядеть.
Роста они были не то, чтобы слишком уж высокого, футов пяти с полтиной, но мускулистые, с длинным белым мехом. Головы у них сошли бы за бараньи, только рога не круглились назад, а изгибались вперед на манер бычьих. Ноги с копытцами забавно топырились коленками назад, и перемещались они не бегом, а серией скачков. Но ускорение они набирали покруче «Чикаго Буллз», из чего следовало, что я имею дело с обладателями сверхъестественной силы.
Впрочем, если подумать, я не припомню, когда я в последний раз имел дело с кем-либо, у кого этой сверхъестественной силы не имелось бы вот вам оборотная сторона нашего чародейского ремесла. То есть, некоторые твари сильнее других, но моему многострадальному котелку, в общем-то, все равно, может ли какой-нибудь паранормальный мордоворот плющить локомотивы, или просто холодильниками швыряется.
Я нацелил свой жезл в скакавшего первым какеготама, и тут краем глаза увидел, как откуда-то сверху свалился и с мягким стуком разбился о землю у самых моих ног большой ком снега.
Я упал вперед, перекатился через плечо и вскочил на ноги уже в стороне от этого места как раз вовремя, чтобы четвертый какеготам, ненароком стряхнувший
с ветки снег, спрыгнул с домика на дереве, который построил для детей Майкл, не мне на спину. Тот хлопнулся в снег и испустил злобный, клокочущий рык.
Я не стал тратить на этого подлого гада лишнего времени. Я просто вскинул жезл и выкрикнул: Fuego!
Огненная струя толщиной в руку сорвалась с конца моего жезла и хорошенько поджарила верхнюю часть туловища этой твари. Та часть огня, что промахнулась мимо цели, расплавила снег вокруг него судя по виду причиндалов, болтавшихся у какеготама между ног, струя пара доставила ему не меньше острых ощущений, чем сам огонь.
Какеготам полетел на землю, и мне оставалось только надеяться на то, что он недостаточно хитер, чтобы притворяться: младшие Карпентеры визжали у меня за спиной.
Я резко развернулся, вскинул жезл, но выстрелить не смог из боязни задеть своих. Одна из этих белошерстных тварей гналась за Дэниелом, старшим из Моллиных братьев. Тот уже начал выдыхаться: бежал он, таща за шиворот маленького Гарри и Хоуп, двоих младших.
Он добежал до двери, когда от твари его отделяло меньше десяти футов. Какеготам опустил рогатую башку, готовясь к атаке. Дэниел ворвался в дом и пяткой, не сбавляя хода, захлопнул за собой дверь. Тварь с разбега врезалась в нее рогами.
Я как-то не обращал внимания прежде на то, что Майкл поставил у себя стальные, облицованные деревом двери, такие же, как у меня. Обычную, деревянную дверь эта тварь, должно быть, разнесла бы в пыль. В железной она только оставила рогами вмятину глубиной в добрый фут.
И тут же, испустив полный боли вопль, отпрянула назад. От рогов повалил густой дым, и она панически заколотила по ним передними лапами или, скорее, трехпалыми руками. На свете не так много тварей, реагирующих на железо подобным образом.