А еще через несколько минут капитан грифонов вновь приотстал, чтобы поравняться с магом.
Мар, посмотри. На дороге. Что думаешь?
На дороге застыла, потеряв колесо, большая крытая повозка. Вокруг нее суетились люди, а в небе, черным пятном кружил дракон.
Мар прищурился, вновь напрягая магическое зрение. Захотелось выругаться: не хватало еще встретить кого-то из «родственников». Но однако эмблема на повозке не оставляла шансов ошибиться. Более того. Родовую загогулину семьи Шторм он ни с чем не спутал бы. Он вздохнул:
Это из Водопадного. Черт
Неприятности?
Сквозь поднявшийся ветер его голос был плохо слышен.
Мар подумал, что там, где Клара Шторм, там всегда неприятности. Но ответил:
Не у грифонов. Зато узнаем новости из чертога. И потом у них проблемы. Поможем про нас не забудут.
А не поможем, хохотнул Роланд, тем более не забудут! Ладно, погнали. Потом разберемся.
Погнали, согласился Мар, доставая предпоследний накопитель.
«Родственники» тем более не должны заметить, что с ним что-то не так. Заемная магия на какое-то время позволит скомпенсировать собственные потери. А потом, глядишь, получится отдохнуть и восстановиться. Черт же принес драконов на эту дорогу
1.
Взгляд не был пристальным, иначе она и вовсе застыла бы, ощущая его, как ледяной кинжал в спине. Но смотрели именно на нее с неосознанным, холодным любопытством.
Что же, еще один богатей из Первого Заполья ? Сейчас скривит презрительно губы, процедит: «А, шимсово семя!» и отвернется.
Янка медленно обернулась и встретилась взглядом не просто с воином или там княжьим грифоном с серебряными знаками отличия на груди. Нет, спину ей сверлил один из высоких магов, что как раз устраивались на ночлег посреди самой просторной и удобной из Рубежных пещер.
Шарф по глаза, широкие плечи, меховой капюшон и изумрудный знак рода на груди. Вправду, видать, дракон. Высокий, статный, как все они. Страшный. Янка постаралась отступить в тень как можно быстрее. Не хватало, чтоб ее конопатой персоной заинтересовались еще и высокие!
Час назад
Совсем недавно Янка была уверена, что у нее уже всё практически получилось. Неделя пути позади, а она не умерла с голоду, ни с кем не подралась и даже сохранила в целости почти весь свой невеликий запас расписок и монет.
К укрытию обоз успел перед самой бурей. Небо потемнело, хотя закат
ещё даже не приблизился. Янка привычно шла, ссутулившись и спрятав руки в тесные рукава. Ветер поднялся нешуточный, полный мелкого колкого льда, а погреться о бока обозных быков удастся лишь ночью
Льдистые бури опасны, но они не редкость. До циркуса Скальда осталось совсем немного, и как все обозники, она надеялась, что обойдется. И как всё-таки хорошо, что старшине обозной охраны, господину Лемешу, удалось быстро отыскать это укрытие.
Хотя он, конечно, знал о пещерах.
Рубежная гряда и пещеры под ней место известное, ухоженное, торговые караваны частенько останавливаются под их сводами. Вот только для Янки всё было внове. Родной циркус она покинула впервые и теперь с любопытством осматривала величественные искристые своды в выростах сталактитов. Камни посверкивали в зелёном свете редких некромантских светляков, припасённых богатыми хозяевами каравана как раз на такой случай. Светляки дорого стоят.
Обоз замедлился и начал рассыпаться, растекаться по краям большой главной пещеры все занимали места поудобней. Хозяева повозок стремились отгородить себе расчищенный кусочек земли для стоянки. Быки фыркали, трясли головами, люди распрягали их, давая отдых. Все равно раньше следующего утра никто никуда не пойдет
Следовало бы не любоваться переливами света на сколах камней, а поискать для себя укромный уголок вон, другие пешеходы уже собираются чуть в стороне от повозок. Это те, кому не хватило расписок , чтобы выкупить место в возах, но хватило, чтобы вскладчину арендовать ртутный камень .
С этими людьми у Янки как-то не заладилось. Низенькая и щуплая, в короткой мальчишеской куртке, она быстро стала объектом насмешек и мелких придирок и перестала приближаться к их тесному кружку уже в первый день путешествия. Зато хромой старик-возчик, имени которого она так и не узнала, научил её ночевать подле быков, которых вел. Сначала было страшно, потом оказалось, что быки давно привыкли к такому обхождению и охотно пускали людей погреться об их теплые меховые бока.
Куртка братца Кира согревала в пути лишь отчасти, она была пошита под мягкие зимы циркусов, а вовсе не для путешествия по внешним пространствам, к тому же была откровенно Янке мала братец Кир хоть и крупный мальчик, а все-таки еще восьмилетка.
Вдруг у входа поднялся шум, топот и металлический лязг что-то там происходило помимо начинавшейся льдистой бури . А потом по лагерю прокатилось: «Солдаты! Грифоны!» и все пришло в движение.
Янку вместе с другими зазевавшимися обозниками оттеснили к стене пещеры. Охранники в кожаной негорючей амуниции поверх меховых курток, с короткими копьями в руках, побежали от повозки к повозке, выкрикивая про солдат. Возчики с руганью поднимали уже прилегших быков, вынуждали их сдвинуться с пути Летучего отряда легендарных «грифонов» князя Константина Скальдского.