Для оранжереи.
Оранжерея у нас действительно имелась, как и на любом уважающем себя судне третьего класса размерности небольшая, над балконом, изрядно запущенная, в которой росла лишь полдюжины кустов генномодифицированного многолетнего картофана, дававшего клубни круглогодично.
Так они сломанные! За каким чёртом вам сломанные грабли?
Ну как батя сказал, что пригодятся.
Хозяйственный. Теперь куда?
Вон там, под ванной. Есть ещё второй запасной люк ко второй капсуле, но там ещё хуже, за шкафом.
В этот момент подал голос Ильич по широковещательной.
Одна из пробоин находится в зоне недоступности. Требуется ремонт. Падение давление уменьшено на два процента, однако рекомендуется эвакуация.
Ну, теперь уже точно придётся, кивнул Ильдар Ильдарович.
Чтобы отодвинуть большую пластиковую ванну, потребовалось пару минут убирали посуду и мешки с клей-цементом, которые в ней лежали.
Гагарин Шонович, я вынужден задать вам нескромный вопрос, вдруг сказал куратор, принимая из моих рук и осторожно укладывая в сторону пыльные сковородки. Как вы понимаете, я имею доступ к вашему браслету, и Именно этот склад использовался вами и гражданкой Союза Галиной Эспозито для
Стоп У неё фамилия Эспозито Она говорила, что Петрова.
Не перебивайте. Так именно здесь происходили действия, нарушающие ГОСТ-2669 и далее по списку? Повлекшие многократные штрафные санкции?
Прозвучало это не столько обвинительно, сколько с непреложным интересом. Я даже подумал уж не вуайерист ли наш товарищ Куратор? Но тут же отбросил такие страшные мысли о столь серьёзном должностном лице. Да и потом любой человек, обладающий прямым доступом к таким интимным данным, рано или поздно пресыщается бесконечным подглядыванием.
Двадцать один раз, вспомнил я цифру, прочитанную как-то после отбытия Галины в браслете. Нет, Ильдар Ильдарович, данные, скажу прямо, грубые нарушения коммунистической этики происходили главным образом в трюме.
Я просто почему спрашиваю, куратор шагнул куда-то в тёмный угол и рывком оторвал от стены небольшую чёрную коробочку.
Поднёс ближе, затем вызвал какое-то меню в браслете, и тут же в ушах послышался шум и шелест, похожий на тот, что производят востроскручи только акустический.
Это же.
Эта штука, как я понимаю устройство квантовой связи. Установлено точно в вашем последнем рейсе, мы на базах всё проверяем, и не больше пары месяцев назад. Наверняка оно не одно, ещё пара датчиков с микрофонами расставлены по палубам. А выполнила установку либо она, либо инспекторы, досматривавшие ваше судно хотя модель не особо инспекторская. Либо
Он многозначительно кивнул, а затем осторожно положил коробку на место.
Кто-то из бригады? усмехнулся я. Да вы серьёзно? Кто это мог сделать? Батя? Арсен? Я?
Ну, скажем так Я видел, что на последних этапах полёта вы были весьма увлечены гражданкой Эспозито, и вряд ли ваш юный разум занят чем-то ещё, ведь так? Вы её любите?
Наверное, пожал я плечами. Я как-то никогда особо это не формулировал, боялся, что ли.
Это нормально, мужчина не обязан произносить слова любви вслух, он как-то совсем ссутулился, когда это говорил. Да и женщина тоже, в общем-то. Но плохо. Очень плохо.
Почему? Только из-за того, что она из другой страны и, это самое, возможная шпионка?
Я понял, насколько это глупо звучит заявлять такое, будучи прилежным коммунистом, и не кому-нибудь, а члену Комитета Планетарной Безопасности. Да уж, не зря говорят, что контрабандный флот главный оплот вольнодумства. Но неожиданно куратор подошёл ближе и сказал:
Нет. Вовсе не поэтому. И скоро ты поймёшь, почему. Ну, куда нам теперь?
Люк, который находился за ванной, был круглой формы и снабжался поворотным затвором. Открылся он с трудом, а затем его потребовалось дёрнуть вверх на всю высоту отсека. Под ним оказалась длинная телескопическая штанга, идущая внутри круглого туннеля.
Интересно, а наш капитан смог бы при помощи неё эвакуироваться? Здесь достаточно тесно для его-то комплекции. Это прямое нарушение техники безопасности, сказал куратор, схватился за шест и прыгнул вниз. Спустя секунд десять послышался
его голос. Готово, спускайтесь!
Я тоже схватился и прыгнул с семиметровой высоты, пролетев по трубе через весь грузовой отсек. Делал я это в третий или четвёртый раз показалось весьма забавно и даже приятно, как на аттракционе.
Дальше был тесный небольшой коридор с парой дверей в разные части трюма. Здесь было очень близко к двигателям, востроскруче и разным системам, а потому жарко, и куратор наконец-то расстегнул пиджак. И нахрена было его надевать, подумалось мне, когда ожидалась атака ракетами?
На какой-то миг мне захотелось поделиться важной информацией о том, что упомянутые действия сексуального характера происходили совсем рядышком, за стенкой. Но пораскинув мозгами, я сообразил, что эта информация теперь уже не так важна.
Батя, мы на месте, как ты там? спросил я в браслет. Долго ещё?
Подлетаем, в пяти километрах уже. Но я связался с Люсиндой, говорит, что стоять сорок минут. Так что вам бы лучше отстыковаться и пойти разбираться по месту. Для капсул у них отдельный коридор, потом обратно прицепим. Заодно, может, разберётесь там.