Сибирская Симфония
Предисловие от автора
Автор предупреждает о вреде чрезмерного употребления алкоголя, советует читателю не воспринимать книгу как руководство к действию и не впадать в запой.
Сибиряков, европейцев, инопланетян, алкоголиков и иных граждан прошу не обижаться. Все совпадения с реальными личностями носят случайный характер.
Пользуясь случаем, автор выражает благодарность и передаёт привет Е. Карнауховой, П. Юшкову, Б. Долинго, Д. Шорину, А. Перову и А. Перовой, всем родственникам и друзьям, а также также голливудским сценаристам и режиссёрам, снимавшим фильмы о России, в общем, всем тем, без кого этой книги бы не получилось.
Илл. из журнала «Полдень XXI век» 2009
Иллюстрации Алексея Мурдогина, 2013 год (подробнее тут https://author.today/post/49879)
I. Сибирская Рапсодия
Ржавый трамвай без стекол медленно ехал по серому, пустому Сибирску. Половина мужиков в салоне были уже пьяные, некоторые достали из-за пазухи балалайки и горланили веселые песни невпопад.
За окном проплывали угрюмые, крытые дощатым тротуаром и запорошенные снегом улицы городка. Лишь иногда по ним проходил мужик на лыжах или медведь. Тихону было скучно, и он решил послушать, чего говорят люди в трамвае.
На сиденье сзади о чем-то рьяно спорили двое выпивших ученых из НИИ.
Да ну ты брось!
Да я тебе говорю, не прав был Эйнштейн! Эксперименты Майкельсона-Морли все доказывают,! Пространство-время это полная!
Не то ты говоришь, Соломоныч, не то. Эйнштейн он, это, правильный был мужик, я его уважаю. Глупо отрицать, что время является четвертым измерением. Теория относительности это как
Волки на рельсах, уныло сказал из динамика прокуренный голос водителя, и трамвай остановился. Приготовьте ружья.
«Странно, я думал, он уже выпил, флегматично подумал Тихон, заряжая ружье, которое каждый настоящий сибиряк всегда носит с собой. И что-то волки рано в город пришли, обычно не раньше сентября».
Мужики в салоне прекратили играть на балалайках и тоже потянулись к ружьям. С улицы слышалось волчье рычанье, и Тихон высунулся в окно. Волки были большие и голодные, они окружили трамвай и норовили запрыгнуть в его более тёплое нутро. Мужики стали палить по зверью, через несколько минут трамвай качнулся и продолжил движение, переехав чей-то труп. Разговор сидящих сзади быстро наскучил, и Тихон стал вслушиваться в разговор сидящих спереди. Там притулились молодой парень с еще короткой бородой и зрелый мужик с бородою длинной и солидной. Молодой спросил:
Кто такие женщины?
А это, брат, такие существа в балете из телевизера, сказал старший и погрозил пальцем для важности. Они ходят без шуб и ружей, в Сибири они не выжили бы.
Так вот оно что! Теперь тогда понятно. А зачем они нужны?
Старший прокашлялся.
А вот этого-то не известно. Старики говорят, что сначала они были нужны людям для размножения, и потом только мужики стали сами появляться, без их помощи. Но что-то не верится в это. Взять вон медведей они в город из леса приходят. Волки оттуда же. Циркачи и интуристы по железной дороге приезжают. Инопланетяне те на энело. А люди они как в Сибири жили, так и будут жить. И никакие женщины им для того не нужны.
Тихон, подумал, что знает о женщинах больше, чем эти два мужика он ведь читал Толстого и Достоевского. Но зачем нужны женщины, он тоже никогда не мог понять. Отца-воспитателя у Тихона не было, он даже отчества не имел, и рассказать о подобных вещах ему никто не мог. О своем происхождении сибиряк знал мало, слышал только, что впервые в Сибирске его увидели на вокзале, и что тогда он даже не носил бороды. Избу, ружье и лыжи в горсовете выделили, работу нашли так и живет.
Трамвай
проехал мимо фабрики по заготовке дров и остановился у НИИ. Пьяные ученые вышли на улицу и пошли по широкой синусоиде в сторону длинного деревянного здания без лыж, по сугробам. Тихону подумалось, что все ученые не умеют пить и рано пьянеют. С другой стороны, трезвыми они бы ничего не придумали Да ну их, ученых этих!
В трамвай вошел толстый мужик с авоськами, снял лыжи и громко заорал:
Водка, свежая водка!
У Тихона уже было с собой две бутылки, на утро хватит. Он сидел спокойно. Многие пассажиры поднялись с сидений и принялись меняться. Продавец заломил невиданную цену одна кунья шкурка или половина нефтяной акции за две бутылки. Люди просили сбавить цену, но дядька не соглашался. В конце концов, один из мужиков не выдержал, набил торговцу морду, отобрал авоськи с водкой и стал передавать бутылки остальным. Продавца вместе с лыжами выкинули в окно.
Снова дощатые тротуары за окном, снег и ветер навстречу. На следующей станции в салон вошли двое, один из мужиков держал в руках большие тяжелые коробки, второй же был сослуживцем Тихона, Никанором Петровичем. Увидев знакомое лицо, Петрович заметно повеселел и, сняв лыжи, уселся рядом.
Мужик с коробками прокричал на весь трамвай:
Патроны, свежие патроны!
Пассажиры, у кого патронов было мало, подошли и стали покупать.
Ну что, Тихон, как дела твои? спросил Петрович.
Тоскливо что-то мне. С утра уж такой.
Не ел что ль вчера?