Мама, а что это такое большое и страшное за окном?
Это Россия, сынок.
Глава первая, в которой Пан с удивлением обнаруживает, что он в Москве
Дело было ранней осенью, в самом начале учебного года. Тем утром Боря вышел на улицу купить сигарет. Хотя это скорее был повод отдохнуть от детского крика. Тем более погода была отличная, а до ближайшего табачного ларька надо было идти к метро. Он был рад прогуляться подольше и подышать свежим воздухом.
Купив сигарет, Боря заметил возле выхода из метро мальчика, играющего на скрипке, футляр из-под которой лежал на асфальте для сбора денег. Мальчику было лет восемь-девять. Он был чумазый и тощий, как тростинка. Несколько прохожих стояли неподалёку и слушали. Ребёнок наигрывал классические мелодии, смешивая одну с другой. Всё мимо нот, зато слезливо и трогательно.
Боря отдал за сигареты последнюю мелочь. Ему было неловко, что парню нечего кинуть. Поэтому он не подходил близко, а стоял поодаль, потягивая папироску и наслаждаясь музыкой. Даже гнусавые трели маленького скрипача были ему приятнее круглосуточных младенческих воплей.
Классно лабает! услышал он позади себя приятный баритон и обернулся.
Судя по голосу, сзади должен был стоять интеллигентного вида юноша в очках и с книгой подмышкой. Но Боря даже слегка вздрогнул, увидев двухметрового бритоголового амбала.
Да не бойся, я добрый, успокоил его здоровяк и улыбнулся.
С его пугающей внешностью ну никак не сочеталась невинная детская улыбка, не говоря уж о голосе.
Угостишь сигареткой?
Боря дал незнакомцу прикурить и почувствовал исходящий от него крепкий запах мужского пота. Затянувшись сигареткой с таким наслаждением, будто месяц себя сдерживал, здоровяк задал Боре неожиданный вопрос:
Слушай, извини, мы вообще где?
В смысле? не понял Боря.
В смысле что это за город?
У Тельмана округлились глаза.
Ты чё, с Луны свалился?
Вроде того. С товарняка слез.
Да ну хорош заливать!
Кроме шуток. Три дня ехал.
И откуда ж ты такой взялся?
Издалека. Отсюда не видать.
Голос и улыбка незнакомца располагали к панибратскому с ним общению, несмотря на его габариты. В первую минуту все пугались его, но стоило перекинуться с ним парой словечек казалось, вы друзья детства.
Ну так ты мне скажешь, куда занесла меня нелёгкая? настаивал амбал.
Ты в Москве! сказал Боря так громко, что даже прохожие обернулись поглядеть на человека, не знающего, что он в Москве.
Да ладно! не на шутку удивился тот. Я в столице?
В ней самой! Златоглавой!
Только теперь по выражению лица здоровяка Боря понял: тот и в самом деле не знал, что он в столице.
Как же тебя угораздило? спросил Тельман. С кем только не приходилось общаться, но таких чудаков ещё не встречал!
Так вот и угораздило. Сел на товарняк и поехал.
От чего бежал?
От жизни.
А здесь что не жизнь?
Здесь тоже жизнь. Но всё ж какая-то другая.
А может, мы сами делаем нашу жизнь такой, какая она есть? Из чего следует, что свою жизнь ты притащил сюда за собой.
Амбал пристально вгляделся в лицо Бори и задумчиво почесал бритый затылок.
Да ты философ!
У тебя деньги хоть есть?
Ни гроша.
А документы?
Дома оставил.
А ночевать-то где собираешься?
Не знаю ещё. Может, у тебя?
Тельман удивился бы его наглости, если бы уже не смирился с тем, что от этого чудака можно ожидать чего угодно.
Тебя как звать-то?
Пантелей. А тебя?
Борис. Будем знакомы.
Мужчины крепко пожали друг другу руки.
Слушай, ты меня извини, сказал Боря, но в моих условиях это нереально. У меня тесная однушка, жена, двое грудных детишек словом, полный дурдом. Но ты всё же обратился по адресу. Отвезу-ка я тебя в одно местечко, познакомлю с одной одиозной компанией. Думаю, с этими ребятами ты найдёшь общий язык. А пока зайдём ко мне перекусим. Да и помыться бы тебе не мешало.
Спасибо, дружище! Вот повезло мне тебя встретить!
И Боря повёл
Пана к себе домой. В наши дни это показалось бы странным. Но тогда, в девяностые, наш народ ещё не совсем привык к тому, насколько всё вдруг в одночасье изменилось. Боря был ещё молод. К тому же жил в Москве в самом сердце этих перемен. Но жил он в Москве недавно. И принадлежал к немногочисленным в те времена молодым людям, которые ещё не поняли толком, что произошло, и даже слегка тосковали по чему-то безвозвратно утраченному, каким бы оно ни было как тоскует муж по своей жене, какой бы жирной коровой она ни стала за тридцать лет брака.
Ты что, с ума сошёл? заверещала жена Тельмана, увидев Пана. Ты кого это привёл?
Старый друг, пояснил Боря. Сто лет не виделись. Случайно встретились. Хорош скулить, лучше дай человеку пожрать.
Ишь раскомандовался! «Старый друг»! топнула ногой благоверная, но всё же пошла на кухню за едой.
Пантелей подошёл к одному из плачущих грудничков и нежно пощекотал его за животик. Как ни странно, ребёнок не испугался, а наоборот перестал плакать и весело захихикал.
Ути какой хорошенький маленький тельманёнок!.. Так что за компания? спросил он у Бори.
Короче, я тут в одном забавном местечке крышу ремонтирую.