Как так вышло, что их техническое состояние оставляет желать лучшего? Или это вопрос из серии риторических?
Видич только развёл руками. Он объяснил, что модернизация МиГ-21 была завершена совсем недавно. А контракты на обслуживание МиГ-29 с Советским Союзом приостановили. Как и вопрос на поставку комплексов ПВО С-300 и «Бук».
«Буки» успели поставить, но не в том количестве, в котором они нам нужны. И так везде, Радонич, ответил Видич, попрощался со мной и пошёл к машине.
Подойдя к УАЗу, он развернулся и решил добавить к сказанному.
Ты ведь лучше меня знаешь, что шансов против авиации НАТО у нас нет.
После этих слов полковник сел в машину и уехал. Столь печальный вывод со стороны командира полка не добавляет оптимизма.
За день до учебного боя мне должны были представить тех, кто завтра будет летать со мной и Вдовиным в группе. Постановка задачи прошла, но мы так и сидели с Петром Аркадьевичем на задней парте в классе, ожидая, кто же к нам подойдёт.
Подошёл только Синиша. Его объяснение было удивительным.
Руси, мы пока не определились, кого вам давать. Сами понимаете, лётчиков у нас немного. Большинство не имеют достаточного опыта
Я не стал дальше слушать отмазки Предовича и прервал его.
Синиша, я скажу это только один раз. И ты меня должен понять правильно. Мы здесь не зарабатываем деньги и ордена. Наша работа помочь вам в борьбе с предстоящей угрозой. Если нужно, мы вместе с вами пойдём в бой.
При этих словах Предовича слегка передёрнуло. Я взглянул на реакцию Вдовина. Тот молча кивнул, соглашаясь с моей репликой.
В этом нет нужды. Мы сами справимся, сказал Предович.
Прекрасно. А мы вам покажем, как справились бы мы. Где лётчики, которые с нами сегодня полетят? уточнил я.
Синиша покачал головой и ушёл. Вот так просто! Мог бы и послать для «приличия». Класс уже опустел, и мы остались с Вдовиным одни.
Сергей, если позволишь, замечание у меня есть.
Говори, Аркадич, ответил я, вставая со своего места и направляясь к карте района полётов.
Пётр Аркадьевич не стал отказываться от возможности лишний раз полетать на новейшей модификации МиГ-21. Чего не скажешь о двух других наших коллегах. Они сослались на большой перерыв в полётах на этом типе.
Я не уверен, что они сами себя готовы защищать. Даже желания не видно.
Это не значит, что и мы должны закрыться в бункере и ждать. МиГ-29 нашей группы ничем не уступают американским истребителям. Шансы в воздушных боях у нас есть.
Но без команды местных военных мы так и будем инструкторами или эскортом нашего Виталия Казанова.
Ещё бы нам позволили быть инструкторами сказал я и остановился.
В кабинет зашли два молодых человека в лётных комбинезонах с погоном младшего офицерского состава на груди. Следом появился и Предович.
Вот и ваши коллеги, коротко сказал Синиша и оставил нас четверых в классе.
Парней звали Милан и Стеван. После короткого знакомства
я подвёл их к карте и начал объяснять замысел завтрашнего боя. Судя по выражению лиц, понимание у них отсутствовало.
Им было сложно понять, в какой момент выполнить переворот и уйти на малую высоту. Тяжело давалась тактика ближнего боя, когда нужно постараться не только защититься от атаки противника, но и выйти в тактически выгодное положение по отношению к нему. А уж когда заговорили о слепых зонах, тут и вовсе у Милана и Стевана «мозги потекли». По возрасту им уже по 26 лет, но опыта им явно не хватает.
Ладно, вы хоть поняли, что мы будем делать? Когда расходится, сходится? Под каким ракурсом зайдём? спросил я, но в ответ парни только закивали головами.
А зачем вы это всё рассказываете? Эту тактику мы знаем. Нам её рассказывал Владо. Ну, русский в нашей эскадрилье. Мы всё это отработали. Ничего у нас не вышло с МиГ-29 таким способом.
Так-так! Вот почему был в себе уверен и командир полка, и Синиша. Они думали, что им всё известно.
По словам двух сербов, Гаврюк рассказал «фишки», которые использовались против Ф-14 и Ф-16 в Афганистане. Ещё и припомнил учебный бой МиГ-21 против МиГ-29. Когда я и мой товарищ Марк Барсов летали парой против липецких лётчиков.
Вот зараза! выругался Вдовин.
В Петре Аркадьевиче разыгрался здоровый азарт. Он тут же начал предлагать идеи, как можно наиболее эффективно использовать МиГ-21.
Широкие расхождения и атака через слепые ракурсы. Только так и может получиться.
Но всё это уже известно оппонентам. Совсем не факт, что у них получится использовать данные знания. Зато у нас есть возможность полностью использовать «апгрейды» МиГ-21. И тут есть одна штука, которая нам подсобит.
Насколько вы хорошо умеете обращаться с оборудованием самолёта? спросил я, намекая на новую БРЛС на МиГ-21.
В Афганистане на МиГ-21-81 она называлась «Копьё». Здесь сербы дали ей имя «Сечиво». На этих РЛС есть режим «воздух-поверхность» с возможностью картографии местности. Он позволит парням держаться как можно ниже, огибая рельеф.
Изучили хорошо, произнёс Милан.
Вам это понадобится. Предлагаю удивить старших товарищей засадными действиями.
Моё предложение было обеспечить внезапный подход с предельно малой высоты двух самолётов из нашей группы. В эту ударную группу определили наших сербских коллег.