Афганский рубеж 4
Глава 1
Освободившись от парашюта, я начал осматриваться по сторонам.
Местность была очень похожа на Афганистан. Вот только я прекрасно понимал, что мы уже покинули территорию этой страны, когда погнались за Евичем. Небольшая пустынная местность, где я и находился, была расположена рядом горным хребтом Чагай.
Граница рядом, прошептал я, быстро сворачивая купол парашюта.
Среди нескольких барханов, примерно в километре от себя, я увидел обломки вертолёта.
Ми-24 горел ярким пламенем, отбрасывая чёрные клубы дыма. Продолжали рваться реактивные С-8 в блоках и снаряды из боекомплекта пушки. Пахло гарью и керосином.
А второй? прошептал я вслух.
Поискав глазами сбитый нами вертолёт Евича, не сразу его нашёл. Чёрный дым и огонь валил из горной гряды, находящейся южнее границы. Выходит, что рухнул он не так уж и далеко от меня. Но проверять, живых на том борту я не собирался.
Ощупав себя, не обнаружил ран и повреждений. Как и наколенного планшета. Судя по разорванной ткани в районе правого колена, он у меня сорвался в процессе покидания вертолёта.
Проверив разгрузку, я стал искать глазами Петруху. Далеко от меня он приземлиться не мог.
Но вокруг только несколько барханов, похожих на застывшие волны. По линии горизонта тянутся горы и никаких следов жизни. Ощущение, что в этом жарком и знойном мире жары есть только четыре вещи: песок, горы с красноватым оттенком, белёсое небо и яркий диск раскалённого солнца.
Прищурившись, увидел в паре десятков метров каменистый валун у подножия гор. Рядом с ним трепыхался на ветру оранжевый купол. Встав на ноги, я попробовал сделать шаг, но тут же съехал по песку вниз в яму.
Ощущение, будто в Торске зимой скатился на картонке с горы. Поймал себя на мысли, что рано ещё думать о доме.
Загребая руками песок и прикладывая серьёзные усилия, начал выбираться наверх. Песок при каждом прикосновении жжёт руки. Но стремление помочь Петрухе сильнее, чем жар пакистанской земли.
Вроде и пустынной местности в этом районе немного, но приземлились мы аккурат среди барханов.
Выбравшись, я направился ко второму парашюту. Спина ещё ныла от резкого рывка раскрывшегося парашюта. Преодолев песчаную поверхность, я вступил на высохшую почву, припорошённую камнями. Ноги ещё гудели после приземления, вызывая болезненные ощущения в мышцах.
Подбежав к парашюту, я не обнаружил рядом своего оператора.
Петруха, ты где? проговорил я, осматриваясь по сторонам.
И тут сквозь тихий свист ветра услышал тяжёлое дыхание за небольшим каменным валуном. Туда же тянулись и стропы парашюта. Подбежав к камням, увидел несколько багровых линий. Будто кто-то провёл рукой по ним, оставив кровавый след.
Я тут здесь Саныч, услышал я за камнем прерывистый голос Петрухи.
Обойдя камни, обнаружил своего оператора. Вид у него был совсем нездоровый.
Пётр Казаков сидел на песке, сбросив с себя защитный шлем. Правая рука у него сильно дрожала, а в левой, он держал пистолет со снятым предохранителем. Нос был разбит, а на голове кровоточила рана.
Петручо, ты как? присел я рядом с ним и начал осматривать.
Саныч, в глазах темнеет. Головой о камни шандарахнулся. Вращает меня, сказал мой коллега и не сдержал рвотный позыв.
Давай помогу с парашютом, ответил я, снимая с Петра подвесную систему и сворачивая его парашют.
Затем я осмотрел рану на голове, чтобы оценить характер травмы.
Терпи. Сейчас помогу тебе, сказал я, готовясь перевязать голову Петрухе.
Пока наматывал ему бинт на голову, намечал нам маршрут отхода.
Казаков начал убирать пистолет, но я остановил его.
Не спеши. Нас уже сто процентов ищут. Оружие наготове держи.
Надолго нас не хватит. Угораздило же меня приехать сюда. Куда бежать? Куда идти?.. начал причитать Пётр, но я тут же его слегка потряс за плечо.
Петруха, отставить панику. Не спеши нас хоронить.
Взгляд у Казакова был потерянный. Ощущение, что он уже готов застрелиться. А ведь наша борьба за выживание даже ещё не начиналась.
Воды попей. Только чуть-чуть. Неизвестно, когда нас найдут, помог я Петрухе достать флягу.
Выглянул из-за валуна, чтобы проконтролировать, не приближается ли кто к нам. Пора
бы уже нам уходить к границе.
Она совсем рядом. Вот только карабкаться придётся через горы.
Готов? спросил я у Петрухи, когда он убрал флягу в разгрузку.
А почему бы нам сразу не связаться с нашими? Рация есть, достал он из разгрузки аварийную радиостанцию Р-855.
Предложение хорошее, но рискованное.
Подсоединишь аккумулятор, и весь Пакистан будет знать, где мы. Поднимемся повыше и там уже подадим сигнал.
У нас же были истребители прикрытия. Они в воздухе возмутился Петруха, скривившись от внезапно пронзившей его головной боли.
Сомневаюсь, что они вообще были. Кто-то «хорошо» готовил эту операцию. Ощущение такое, что вся эта командировка была организована только для угона вертолёта. Им нужен был Ми-24.
И кому в Пакистан понадобился Ми-24? уточнил Петруха.
На вопрос я ответить не успел. До меня начали доноситься чьи-то голоса. Слегка выглянув из-за камня, увидел, как к горящему вертолёту приблизились несколько людей в светлых одеяниях. Судя по радостным крикам и стрельбе вверх, они были явно из душманов.