[2] Это аббревиатура, которая расшифровывается как «бывший интеллигентный человек». Возможно, данное слово имеет английскую этимологию: слово «бич» происходит от английского beach «пляж, берег», а английское выражение to be on the beach (буквально «находиться на берегу») означает «разориться». Этих людей называли beachcomber «бродяга на побережье». Первоначально словом beach (в значении «бездомный бродяга») называли матросов, оставшихся без работ.
[3] Стакан чая стоил 4 копейки, продавали за 68 копеек. Хотя можно было и не поднимать цену т. к. брать сдачу отказывались. Брать сдачу за чай считалось моветон. Ну не знаю почему. Несколько рублей набегало, как раз хватало расплатиться за сухари, вафли и печенье. Их выдавали по 10 пачек. Если были случаи, что печенье или вафли все таки доходили до пассажиров,
то сухари съедали сами. Ну очень их любили!
Глава 4
Конечно, я могу пояснить, что лежал в госпитале и показать документы. Но неожиданная мысль меняет мое поведение.
Твое какое дело, мусорок, заявляю я и продолжаю по нарастающей, ты патруль, чё ли! Иди на х или тебе ускорение придать!
Старшина ошарашен. А старшины в милиции люди серьезные, ответственные. Помню, как в детстве (мне было лет 13) нашли мы старый револьвер с заклинившим курком и играли в войнушку. Кто-то сообщил в милицию. Пришел старшина Бойко участковый, провел быстро следствие и отобрал оружие, погрозив пальцем и дав подзатыльник Ваське Мочалину, который, собственно, этот шпалер и притабанил. А случись такое не в СССР в послевоенные годы, вони бы было, родителей бы затаскали
Мне, право, неловко перед пожилым сотрудником, но желание выспаться побеждает. Сообщаю ему много неприятного про милицию и про то, куда ему вместе с коллегами стоит отправиться пешим ходом.
Терпение старшины лопается и он препровождает меня в камеру. (Кстати, запись в журнале не делает. Видимо считает, что я по пьянее так себя веду, тем более, что запах с гулянки моего тела еще не выветрился.
Сразу заваливаюсь на лавку, спеша урвать хоть часик сна
И просыпаюсь в какой-то забегаловке за столом с разношерстной компанией местной шпаны.
На желтоватом пластике столешницы какая-то рыба, кружки с пивом и пару бутылок водки. Все оживленно беседуют, перебивая друг друга. Почему-то я думаю именно про синтетику, которая в СССР должна была появится позже. Впрочем да. Я же свой первый костюм из кримплена купил именно в шестидесятые. Первый синтетический бум произошел в конце 30-х. Тогда американец Уоллес Карозерс, возглавлявший экспериментальный отдел химической компании «DuPont», изобрел нейлон. Тонкие эластичные нити прекрасно подошли для производства женских чулок.
В Советском Союзе нейлоновые чулки появились только через 20 лет. Руководство страны, наконец, обратило внимание на успех буржуазной химической промышленности и дало отечественным ученым неизменное задание «догнать и перегнать!» Произошло это благодаря содействию министра культуры Екатерины Фурцевой, к которой обратился химик Николай Семенов.
Я почему помню. В 6070-х советские модницы забросили свои натуральные крепдешиновые платья в самые дальние ящики шкафов. Никто не хотел ходить в хлопке и шерсти, ведь были новые, синтетические материалы. В моду в то время вошли воздушные платья из капрона «нашего ответа» американскому нейлону.
Одежда из него была ужасно непрактичной. Она па́рила, кололась, во время одевания трещала и сыпала искрами. Летом в капроновых платьях было невыносимо жарко, но женщины терпели, потому что те считались модными и невероятно красивыми. В таких нарядах они ощущали себя Золушками на балу.
Только бал этот был сатанинский.
Ты чё не пьешь, обращается ко мне какое-то чмо. Скоро к бабам поедем.
Собственно, я немного поспал, могу пока не бояться самовольства второго сознания. Надо бы номер снять, не хочу с этой компашкой в блудняк попасть. Отставляю кружку и иду, как бы в сортир. Но оказавшись около входа, сворачиваю и выхожу в мороз. Уже вечер. Фонари светят тускло и через одного. Чего не хватает? А где вещмешок.
Сплевываю в снег, возвращаюсь.
А где мой вещмешок? спрашиваю у гоп-компании.
На хавере, отвечает один из них. Чё, рамсы попутал?
Да так, пожимаю плечами. Может похиляем уже?
Удивительно, но приблатненный сленг этого времени возникает в памяти легко, будто всю жизнь провел в этой среде. Возможно, невольно использую нейроны мозга самого носителя. А он, судя по всему, парень шпанистый. Несмотря не геройское звание. А может и просто вор. Хотя вор более аккуратно следит за своей речью
Вновь сажусь за нечистый стол, полный рыбьих объедков и с запахом кислого пива. Терплю, жду. Отказываюсь «еще накатить по беленькой». Думаю о вокзале Это единственный в мире железнодорожный вокзал, который полностью построен из белого Байкальского мрамора. Проводник успел сообщить, когда искала билет, А почему я думаю о вокзале? Не потому ли, что вещмешок сдал в на хранение?
Мысли меняются. Теперь думаю о том, какой бы шифр выдумал а автоматической камере хранения?
Додумать мешает тот, что отвечал по поводу вещмешка. Ему не нравится, что я не согласился выпить беленькой.