Я в последний раз спрашиваю кто это сделал заверещал Гудков.
Все вздохнули. Экзекуция пошла уже по шестому кругу.
Снаружи о стекло монотонно билась ветка и стучали, убаюкивая, крупные капли дождя ветер крепчал. Где-то в глубине Хлябова, кажись в частном секторе, закукарекал первый петух. За ним подхватил второй. Спать захотелось ещё сильнее.
Вот видишь, Мими, из-за тебя всё, укоризненно сказал Моня, который парил на полметра над полом и пытался увидеть себя в большое напольное зеркало. Генка спать вон как хочет, а теперь ему сидеть тут до утра придётся и слушать все эти вопли.
Да, Мими, ты зря так, поддержал одноглазого Енох.
Мими, которая на слова Мони не обратила ровно никакого внимания, ощерилась и мгновенно спрыгнула с сундука (она его делила с ничего не подозревающим Жоржем). Звук как от удара мешка с цементом, казалось, заставил задребезжать стёкла, причём во всём здании. Я аж голову в плечи втянул. К счастью, никто ничего не услышал. Мими усмехнулась и поковыляла прочь из квартиры (хорошо, что из-за духоты, дверь была открыта на коридор. А то даже не представляю, если бы она её туда-сюда открывать стала прямо на глазах у агитбригадовцев).
Так, давайте ещё раз! рубанул воздух ладонью Гудков и откашлялся. Мы вошли в здание все вместе. Дальше! Какие у кого дальше действия?
Мы сразу пошли к себе, со вздохом сказала Нюра.
А Люся согласно кивнула.
Ладно, хрипло сказал Гудков и перевёл взгляд на Жоржа.
Я зашел к себе, взял ведро. Вышел в коридор, а Люся попросила им тоже набрать и дала ведро. Я сходил до колонки, набрал два ведра воды, послушно повторил Жорж, одно ведро поставил под дверью девчат и постучал им, чтоб забрали, а второе занёс к себе. Потом разделся, умылся и сразу лёг спать.
Так было? Гудков прищурился на Люсю.
Да, кивнула та.
Вы больше не выходили?
Нет, мы умылись и ещё раз стихи повторили, а потом проверили друг у друга, перебила Люсю Нюра. У нас же новые стихи, ты ведь знаешь. Амфибрахий, трудно учить.
Знаю, кивнул Гудков и, потеряв к ним интерес, повернулся к Зёзику. А ты?
А я сразу ушел к себе, таки не сдержал зевок Зёзик, и лёг спать.
Кто это может подтвердить? подозрительно прищурился Гудков.
Все затихли.
Мы можем, пискнула Нюра.
Ого! уважительно присвистнул Семён и заговорщицки подмигнул Зёзику.
Да нет! Не в том виде! вскинулась Люся и сильно покраснела.
Ага, хохотнул Семён. Мы знаем. Стихи вы читали друг другу!
По комнате прошелестели понимающие смешки. Люся сидела вся красная, Нюра наоборот, побледнела. Губы её дрожали.
Прекратить! вызверился Гудков и смешки прекратились.
Всё не так было! Не так! выпалила Нюра. Зёзик так храпел, что мы с Люсей стучали в стенку. А он ругался. Поэтому мы можем подтвердить, что он точно был в комнате.
Ладно. Принято, пробормотал Гудков и наморщил лоб. Так, ну Клара, Генка Капустин и Семён были у меня на виду, Виктор тоже, я шаги его в комнате слышал. А вот где этот гад Караулов шляется?
Так он к той блондиночке пошел ночевать, наябедничал Зубатов. Сразу после всего.
А он с нами разве не входил в здание? уточнил Гудков. Я что-то и не вспомню.
Не входил, почти хором сказали все.
И сейчас не вернулся ещё?
Нет!
Макар, а давай я сбегаю, гляну! подорвался Зёзик, который похоже мечтал улизнуть и поспать хоть часок.
А ну сядь! рявкнул Гудков, дверь в здание заперта на засов изнутри. Так что он не войдёт, а будет стучать так мы услышим.
Да он до утра теперь не вернется, хохотнул Зубатов. Там у этой блондиночки такие бубсы, что ой.
Люся посмотрела на него укоризненно, и он покраснел.
Товарищ Зубатов, попрошу не выражаться, едко промолвила Клара и поджала губы.
Она уже слегка пришла в себя и только по дёргающемуся глазу можно было понять, что недавно её так перепугали дохлой рыбой.
Экзекуция продолжалась ещё примерно минут сорок.
Наконец, к огромному облегчению всех агитбригадовцев, Гудков устал. Вымотался.
Он, наконец понял, что его угрозы и крики не оказывают на ребят никакого воздействия, да и сам окончательно умаялся. Поэтому со вздохом распустил нас, напутствовав грозными словами:
И пусть тот мерзавец, что сделал это, хорошо подумает. Я надеюсь, что человеческого в нём больше, чем мещанского. И завтра жду его с раскаянием.
Мы все выдохнули и начали торопливо расходиться.
Нюра, Люся, окликнул Гудков девчат, думаю, Клара одну ночь у вас переночует. Там есть ещё угловая квартира, но у меня сейчас ключа нету. Завтра у коменданта возьму, и она переедет. Кто ж думал, что так всё будет
Хорошо, сказала Нюра, только тогда пусть Жоржик с Генкой сдвинут наши кровати. Мы втроём прекрасно поместимся.
Ой, сколько там того Генки, с подвыванием зевнул Жорж и крепко, до хруста, потянулся, сам сдвину.
Но они тяжелые девчата и Жорж вышли в коридор и оттуда долетали обрывки спора.
А ты чего стоишь? нахмурился, глядя на меня Гудков, или спать!
Генка, уходи лучше побыстрее, а то сейчас опять за что-нибудь прицепится, поддакнул Моня.
Спокойной ночи, сказал я и вышел вслед за Зубатовым.
Гудков выглянул в коридор, где Зубатов как раз заходил к себе в комнату:
Виктор, на минуточку, отрывисто сказал он.