Тогда я думаю, что мы совершенно напрасно Веру Андреевну не пригласили на нашу встречу. Но мы с ней еще поговорим сметы на новые заводы электропатефонов уже готовы?
Да, двенадцать миллионов рублей. И примерно столько же на расширение производства электронных ламп.
А на производство ламп столько хватит?
Хватит, усмехнулся Лаврентий Павлович. Мы тут немного потратились, завербовали парочку специалистов из американской RCA, теперь у нас один завод готов к изготовлению до двадцати пяти миллионов ламп в год. А второй на его дооборудование как раз столько и потребуется: там почти все оборудование будет отечественным, с заводов НТК.
Надя Новикова первоначальную оркестровку сделала довольно быстро, всего за неделю. Вот только Вере оркестровка совершенно не понравились, да и сама Надя была от нее не в восторге. И совсем уж не в восторге были четыре приглашенных Надей музыканта, но им не нравилось скорее всего то, что Надя переписывала партитуры после каждого прослушивания и правила она их довольно значительно. Правила но лучше от этого музыка не звучала.
Мне кажется, что мы ерундой занимаемся, подвела итог Вера после примерно месячных мучений. Я могу, конечно, ошибаться, но мне кажется, что если мы будем не оркестровкой заниматься, а под песню готовую оркестровку подгонять, то получится получше.
Вера, заметил пианист, это, слов нет, мысль неплохая. Но остается вопрос: где взять певицу? Причем певицу, у которой хватит терпения с нами тут сидеть и выслушивать нашу какафонию долгими вечерами.
Вопрос поставлен неверно. Нам нужно найти певицу, которая просто один раз споет, не обращая внимания на наши музыкальные потуги. Которая мелодию сможет буквально с листа прочитать, воспринять ее и спеть. Правильно спеть.
Тогда надо идти на кафедру сольного пения только я там никого не знаю.
Понятно ладно, сама этим займусь, а то не хочется считать всех нас рукожопыми дебилами. На сегодня заканчиваем, завтра и послезавтра отдыхаем не потому, что вы что-то плохо делаете, нет, просто я буду сильно занята.
На самом деле Вера занята в университете была не очень-то и сильно. То есть периодически ей приходилось заниматься бюрократией, но ее заместители эту науку освоили куда как лучше нее и старались Веру от бумажной работы по мере возможности оградить. Чтение лекций Вере доставляло массу удовольствия, но они-то шли четко по расписанию, а готовиться к ним девушке почти и не требовалось. Еще периодически у нее возникали новые идеи по поводу «схимичить что-то интересненькое» но и тут ей нужно было лишь расписать нужные процессы, а собственно работу в основном выполняли все же студенты так что потратить день в консерватории она сочла делом нужным и не очень обременительным.
Когда она пришла на кафедру сольного пения, ей попалась единственная на тот момент свободная преподавательница, которая после того, как Вера изложила свою проблему поинтересовалась:
Вы всерьез думаете найти такую певицу? Хотя у вас партитура с собой?
Конечно, вот, держите.
Это что? спросила женщина, внимательно прочитав ноты.
Это ноты. Партитура, вы же сказали
Я вижу, что это партитура. Кто это написал?
Ну я наверное.
Как это «наверное»?
Я тогда давно не играла, у меня не получалось правильно сыграть, так я просто спела Наде Новиковой это ее рука.
А музыка ваша? Вы с какого факультета? Я что-то вас вроде раньше не видела.
Я вообще из университета.
Девушка, бросайте университет к черту и переходите к нам в консерваторию! Человек, способный это написать я сначала хотела порекомендовать вам кого-нибудь из студенток, но вот так, по нотам
да такое нет, у нас никто из них вам не споет.
Обидно, ну что же
Я вам спою. Только не сейчас, у меня урок через двадцать минут. Вы можете зайти через два с половиной часа?
Могу. Только если вы споете мне здесь, то нам от этого пользу большой не будет. А вот если вы споете у меня в студии и я запишу ваш вокал на магнитофон нам всем кажется, что под вокал мы правильную оркестровку быстро подберем
В студии?
Да, у меня есть большая комната, мы там организовали студию для наших экзерсисов тут пешком пять минут всего идти.
Ну разве что из уважения к той, кто это написал зайдите за мной в пять вечера сегодня, попробую вам помочь
Через два дня у Веры вечером кроме прежних музыкантов-студентов собралось уже и пятеро других преподавателей консерватории, из них двое вообще профессорами были:
Мне кажется, Вера Андреевна, что здесь было бы хорошо скрипичную партию добавить. Я завтра принесу скрипку, думаю, стоит попробовать.
У меня есть скрипка, я сейчас принесу и сыграю, а вы пока набросайте ноты, как вы это представляете.
Вы можете сыграть на скрипке с листа
Я попробую, хуже-то всяко не будет, потому что хуже просто некуда.
Это вы зря, музыка получается замечательная. Ох, у вас черная скрипка? Я слышал, что такие есть, и что звучат они да, у вас, несомненно, талант: вы сыграли даже лучше, чем я представил. Хотя и музыка-то ваша а вот если тут добавить цимбалы
Третьего ноября «сводный оркестр», состоящий из студентов и преподавателей в Малом зале консерватории исполнил песню «под запись», причем «из зрителей» присутствовали лишь несколько инженеров из Фрязино, возящихся с магнитофонами. А к блестящим «яйцам» микрофонов музыканты еще в «домашней студии» у Веры привыкли. Сама идея сделать грампластинку народу очень понравилась, так что все старались и запись получилась с первого раза. А затем тот же оркестр исполнил и «Оду к радости» Бетховена и чтобы два раза не ходить его же пятую симфонию. Правда, кто-то из профессоров поинтересовался, как будут симфонию делить на части, ведь на пластинку она не влезет.