Пако смерила взглядом ущелье, посмотрела на заходящее солнце и начала доставать палатку. Ночью она узнает все, что нужно, а сейчас лучше подготовиться, пока солнце еще не село. Гилдерой молча занялся приготовлением ужина, к вящему удивлению Пако, уже собиравшейся достать пригоршню сухой питательной смеси собственного приготовления. Ей даже стало немного любопытно, что из этого выйдет, и она решила не вмешиваться.
Пойду прогуляюсь, сообщила она, а Гилдерой лишь кивнул молча в ответ.
* * *
Место для ритуала и все необходимое она нашла быстро, оставалось только подготовить ритуальную краску из ягод и дождаться полуночи.
* * *
Кусты зашевелились, и Пако вскинула руку, останавливая Гилдероя.
Тихо, он
пришел на запах мяса, сказала она. Спокойно, брось ему кусок, и он уйдет.
Откуда ты знаешь? спросил Гилдерой.
Если бы он хотел напасть, то напал бы бесшумно, пумгуары это отлично умеют. И они отлично видят в темноте, а их шкура малоуязвима для магии. Этот либо жил рядом с людьми, либо когда-то сталкивался с ними... не исключено, что он шел за нашими браконьерами, либо мы на его территории.
Гилдерой вскинул палочку.
Энгоргио! после чего метко швырнул Левиосой увеличенный в десяток раз кусок мяса почти что в морду пумгуару.
В кустах затрещало и заскреблось, затем зачавкало жадно.
Разве ты не знаешь, что магически увеличенной едой нельзя насытиться? покачала головой Пако.
Знаю, но нам же не накормить его надо было, а лишь отвадить, пожал плечами Гилдерой.
Скажи, для чего тебе это? спросила Пако, размеренно перемалывая в чашке собранные ягоды и травы в единую черно-фиолетовую смесь.
Что именно? поинтересовался Гилдерой, помешивая супокашу в котелке.
Он словно и забыл о пумгуаре, шумящем в кустах, хотя Пако видела: Локхарт напряженно и внимательно прислушивается к тому, что происходит вокруг.
Вот это вот всё, взмахнула рукой Пако. Я бы поняла, будь ты богатеньким loafer(6), желающим пощекотать себе нервы, но тобой явно движет что-то другое. Не только Эль Сапо, иначе ты не навязался бы ко мне в напарники почти насильно, просто подождал бы моего возвращения.
Ты забываешь, что я писатель, ответил Гилдерой.
Собираешь материал, рискуя головой? вопрос вышел крайне саркастичным. Или книги продаются плохо, и решил подзаработать на поимке браконьеров? Не слишком-то прибыльный бизнес, скажу я тебе, не в такой дыре, как наш заповедник.
Положим, Гилдерой попробовал собственное творение, я в курсе, что вокруг заповедников вращаются неплохие деньги. Не настолько, чтобы гоблины повесились от зависти, но весьма и весьма неплохие. Все эти ингредиенты, магические существа и их составляющие, растения и прочее. Министерства и Попечители не просто так поддерживают заповедники, а браконьеры лезут сюда не ради того, чтобы пощекотать нервишки.
В кустах громко зашумело, потом раздался протяжный рык. Пумгуар кого-то отпугивал, и Пако вздохнула. Все-таки одной легче она словно растворялась в джунглях, становилась их частью, не дразнила понапрасну никого вокруг, ни животных, ни растений, ни птиц. Да даже насекомых.
Но ты права, продолжил Гилдерой, раскладывая супокашу в две миски.
Пако хотела сказать, что ей не нужно, но передумала. Проще было промолчать, чем объясняться.
Моя миссия намного больше и шире, хотя и включает в себя и писательство, и Эль Сапо, и учебу у лучших мастеров своего дела.
Спасти мир? иронично предположила Пако.
Разорвать цепь ненависти, совершенно серьезно ответил Гилдерой. И в каком-то смысле спасти мир, да. Цепь ненависти сковывает мир, я уже убедился в этом на собственном опыте, видел все своими глазами.
И как ты собираешься это сделать?
Изменить своими книгами мир! Тех же, кто попытается мне помешать, я встречу во всем блеске своего великолепия! Сражу их блеском своей магии!
Пако лишь посмеивалась про себя, слушая эту наивную и полную понятного хвастовства молодости речь. Впору было умилиться и пустить ностальгическую слезу, но Пако сдержалась.
* * *
Луна светила ярко, полянку, выбранную Пако для ритуала, было видно практически целиком. Она сняла одежду и начала разрисовывать тело соком ягод, нанося защитные знаки и одновременно с этим готовя тело и разум к ритуалу разговора с лесом. Затем в руках запел неслышно маленький бубен, выводя одну и ту же ноту, настраивая саму Пако, вводя ее в транс, необходимый для разговора. Мысль о том, что ей далеко до дедушки, что надо практиковаться чаще, мелькнула и исчезла, растворилась.
Осталась только она и джунгли вокруг.
Чувства обострились стократно, расширились во все стороны, словно она сама стала джунглями. Шелестели листья. Квакали лягушки. Храпели браконьеры. Стрекотали насекомые. Арасари, ощутив молчаливый импульс, взлетел и приблизился к Пако, которая ощущала, как у неё кружится голова и пот стекает по лицу. Будь у нее способности и навыки дедушки, она просто бы натравила животных, птиц и насекомых, и браконьеры сдались или не ушли бы живыми, в зависимости от её желания.
Но её силы хватало только на одну птицу, если не считать, конечно, ощущений джунглей вокруг. Арасари подлетел, ухватил в свой огромный клюв кусочек дерева и взлетел, направившись к браконьерам. Пако передавала птице свои ощущения, чтобы та не сбилась в темноте, направляла прямо к браконьерам,