Она развернула его на столе, между тарелками. Это была простая шкатулка, формой напоминающая сундучок, из-за того что крышка была немного выпуклой.
Шкатулка стояла на ножках, сделанных в форме деревянных шариков, а рядом аккуратно были проставлены размеры двадцать на тридцать два сантиметра, а высота шестнадцать сантиметров.
Она большая, сказала Сонечка, отмерив расстояние на столе.
И тяжелая, добавила Лидочка.
Нет, уверенно сказала Татьяна Иосифовна, такой шкатулки я не видела.
Лидочка, конечно же, готовила себя именно к такому ответу, но тем не менее была ужасно расстроена.
Вы говорите об археологических находках, произнесла Татьяна Иосифовна. «А может быть, они лежали не только в шкатулке?»
Лидочка подхватила кончик путеводной ниточки.
Как же я не подумала! Конечно, что-то могло сохраниться и без шкатулки.
Впрочем, Татьяна Иосифовна склонила крупную птичью голову, посаженную на моржовое тело, я могла и видеть шкатулку, но не обратить внимания В каком году, вы говорите, она была передана моей маме?
В тридцать восьмом.
За три года до ареста мамы.
И вам уже было Лидочка запнулась.
Мне было восемь.
Но, может, Маргарита хранила шкатулку в другом месте?
Где? вскинулась Татьяна.
На даче?
У нас тогда была государственная дача. Мама никогда не хранила там ценных вещей. Садовый участок она купила уже в конце пятидесятых.
Но у родственников
И тут Лидочка обратила внимание на то, что Соня подмигивает ей. Она даже не поверила сначала своим глазам. Что хочет сказать Соня?
У нас было мало родственников, и никто не пережил этой кровавой бойни, заявила Татьяна Иосифовна, подводя итог разговору. Но я допускаю, что мама могла куда-то спрятать вашу коробку. И затем скрыть от меня сам факт обладания ею. Допускаю Она не хотела, чтобы я знала то, о чем лучше не знать. Лишнее знание в те годы лишний риск. Лишний шанс погибнуть. Она и без того меня не уберегла.
А что она могла поделать? вмешалась Соня.
Не мне сейчас судить маму, ответила Татьяна Иосифовна, и стало понятно, что она давно уже ее осудила.
Если бы я за мою мамочку взялась, вздохнула Соня, на ней бы живого места не осталось. Я уж не говорю о моем родителе. Но у них была своя жизнь, Татьяна Иосифовна. А то тут недолго и вас осудить.
Это не входит в твою компетенцию, холодно оборвала ее Татьяна Иосифовна. Когда у тебя будут собственные дети, тогда мы посмотрим, как ты будешь себя вести. Сказав так, Татьяна взяла кастрюлю и выскребла из нее на свою тарелку остатки картошки. Потом полила ее соусом с пустой уже сковородки.
Не исключено, что
у Маргариты были драгоценности. Аленка как-то вспоминала, что у бабушки было кольцо с изумрудом.
Чепуха, заявила Татьяна. Маргарита была бессребреницей. Это было ленинское поколение революционеров, которые не думали о выгоде для себя. Вы путаете ранних идеалистов и хапуг тридцатых и сороковых годов.
Татьяна Иосифовна бросила на тарелку кусок хлеба и, насадив его на вилку, стала возить по донышку, чтобы собрать самое вкусное.
Я думаю, что никогда не избавлюсь от чувства голода, сказала она, почувствовав взгляд Лидочки.
Я вас так понимаю, вдруг поддержала старуху Соня. Я ночью встаю, иду на кухню, открываю холодильник, достаю кусок колбасы и жую, представляете?
«Интересно, почему Соня подмигивала мне? Имело ли это отношение к шкатулке? Но есть возможность проверить»
Татьяна выскребла тарелку и спросила:
А что у нас с кофе, девочки? Она явно подобрела.
Я сейчас принесу чайник, сказала Лидочка.
Ты, по-моему, хозяйственная, решила Соня. А я в чужих домах совершенно не ориентируюсь.
Лидочка не поняла, хвалят ее или осуждают.
Ну, где же наш торт? капризно спросила Татьяна. Лидочка принесла из кухни чайник, затем поднос с чашками и торт. И, садясь вновь за стол, как бы невзначай заметила:
Видно, мне не остается ничего другого, как спросить о шкатулке вашу Алену.
Конечно, сразу, с готовностью согласилась Соня. Именно так. Я вам дам ее адрес. А то, хотите, сама спрошу.
Спасибо, сказала Лидочка. Мне очень хочется надеяться, что хоть что-то от этой шкатулки сохранилось. Клянусь, там не было никаких драгоценностей только дневники моего деда и археологические находки.
А какие находки? спросила Соня.
Когда-то перед революцией мой дед копал в городе Трапезунде, в Турции.
А как он туда попал?
В то время там стояли русские войска.
И он сделал открытие?
Да, он сделал открытие.
А как к этому отнеслись турки?
Честное слово, не знаю. Но, насколько мне известно, находки связаны не с турками, а с грузинами.
Я вас потому слушаю, сказала Соня, что у меня в памяти все это всплывает, она и в самом деле будто прислушивалась к собственным воспоминаниям и искренне желала вспомнить. И мне даже кажется, что я помню рассказ о тетрадях они были в синих твердых переплетах.
Правильно, Соня, в Лидочке проснулась надежда. И где вы могли их увидеть?
Я постараюсь вспомнить, сказала Соня.
Я все более склоняюсь к тому, что шкатулка была спрятана на маминой даче, подсказала Татьяна Иосифовна. Она произнесла эти слова с каким-то вторым значением, которого Лидочка не могла разгадать.