Виктор Саморский Рассказы
Кудесник
Каждый день, в восемь утра, он выгонял старую эмку на свежий воздух. Поднимал капот или поддомкратив, снимал колесо, и старательно делал вид, что занимается ремонтом. Необычный вид машины неизбежно привлекал внимание проезжающих мимо. Рано или поздно, около гаража накапливалась целая толпа любопытных, с целью поглазеть на ретро автомобиль. А там, где слово за слово, начинался разговор «за жисть», рано или поздно появлялась и заветная бутылочка. После чего, шумная компания плавно перетекала внутрь гаража. Словно по мановению волшебной палочки, а скорее всего благодаря щедрости одного из новоявленных знакомых, на столе сама собой образовывалась нехитрая снедь для закуски. После третьей, как это обычно и бывает, разговор плавно перетекал в русло житейских проблем и забот. А уж оттуда и до нового клиента не более пары десятков фраз
На этом месте нашего повествования, придется сделать небольшое лирическое отступление и пояснить неискушенному читателю, чем же так привлекала взгляды окружающих старая эмка?
Старая Эмка Петровича, а правильно она называлась ГАЗ М-1, была выпущена советским автопромом в начале декабря 1938 года. Была она черного цвета, с узенькой темно-бордовой полосой по боку. Имела комфортабельный закрытый кузов, жесткую лонжеронную раму, карбюраторный четырехцилиндровый двигатель объемом 3,5 литра, на 50 л.с., а так же трехступенчатую коробку передач.
Судя по рассказам Петровича, машина была легендарной. До начала Великой Отечественной, по Москве на этой машине разъезжали чекисты из НКВД. А позже, неведомыми судьбами эмка попала к неназванному по имени полковнику. А может быть и генералу, в рассказах, обычно, воинское звание владельца автомобиля зависело от количества выпитого Петровичем спиртного. Эмка проехала на собственных колесах Румынию, Западную Украину, Польшу, Прибалтику, и Германию до самого Берлина. И ни разу не попадала в серьезный переплет. Вот такой вот, везучий и надежный агрегат. С тех пор, больше шестидесяти лет бегает по российскому бездорожью и хоть бы хны.
А еще эмка бросалась в глаза, потому что выглядела совершенно новой. Сияла на весеннем солнышке хромированной решеткой радиатора, а в глянцево-черных боках отражались озадаченные лица прохожих.
Реплика, что ли?
Да нет вроде бы.
Словно вчера сошла с конвейера.
Ты о чем? Какие конвейеры в те годы? Штучный выпуск, ручная сборка.
Охренеть, дед реставратор! Я такой красоты в жизни не видал.
Эй, дед! Продай машину!
Как правило, в этом месте разговора и появлялся хмурый Петрович, и задумчиво пожевав бороду, важно изрекал.
Не продается!
Оно и понятно, кто же такую красоту продаст?
Не в красоте дело, важно поднимал палец кверху Петрович, а в любви. Я со своей ласточкой никогда не расстанусь, сколько денег не предлагайте.
И ведь предлагали. И тысячи, и десятки тысяч, а позже даже миллионы. Баксами светили, евро всучивали. Поменяться на новенький бумер предлагали. Но дед оказался на редкость упрямый, не сдавался.
Вот помру, обычно говаривал он, бесплатно заберете. А пока жив, даже и не заикайтесь.
Ну и как с таким спорить? Был он рослым, уверенным в себе мужиком. Седая борода придавала авторитета, а засаленная фуфайка нисколько не портила имидж трудяги и высококлассного специалиста. В последнем утверждении успела утвердиться почти половина нашего маленького провинциального городка. Если у кого-то ломалась машина, то ее тащили к Петровичу в гараж. Выйдет дед, пошарит рукой в бороде
и задумчиво спросит:
Ну что случилось, рассказывай.
А сам положит ладонь на капот и прислушивается к чему-то неведомому, на хозяина и внимания не обращает. А иной раз, взмахнет так ладонью, повелительно:
Заткнись! Слушать мешаешь.
И понимает тогда несчастный автовладелец, что это не его Петрович выслушивать собрался, а многострадальный агрегат. И вот стоит дед, посреди улицы, упершись правой ладонью в капот автомобиля, и видят окружающие, что глаза у Петровича поблекли, и как будто серой пеленой покрылись. И задумчиво он так произносит вполголоса.
На втором цилиндре вкладыш провернулся. Кольца поршневые износились и карбюратор почистить нужно бы. Опережение зажигания правильно выставить, и будет опять бегать как новенькая.
И спустя какие-то два дня и впрямь машинка с пол оборота заводится, и окрыленный владелец уже мчит на всех парах домой, чтобы жену обрадовать. А слава, она впереди автомобиля несется.
Петрович-то не только отечественные машины ремонтирует, он иномарки тоже чинит.
Моторист на все руки. Вчера возле его гаража даже старенький комбайн Ниву видели, еле дополз бедняга, коптил так, что всю улицу провонял. А после ремонта так бодро по улице побежал, только глаза и видели, как скрылся за поворотом.
А позавчера, говорят, дальнобойщики на трех МАЗах приезжали, что-то там дед поколдовал, да только расход бензина вдвое уменьшился, а мощность двигателей вроде как даже и возросла.
Прямо кудесник Петрович, машины, словно насквозь видит. И разговаривает с ними, как с живыми. И что самое интересное, они ему тем же отвечают, рассказывают все о своих бедах и поломках. А уж когда ремонтировать начинает, руки так прямо и мелькают. Ловко, умело, сноровисто. Раз, два и можно заводить. Одним словом, Мастер своего дела!