Всего за 139 руб. Купить полную версию
А допустим, ты живёшь в мире, где победа невозможна. Ну вот невозможна, и всё тут. Все знают, что враг неминуемо победит либо будет глухая ничья.
Верховный вскочил, опрокинув стул.
Не сметь такое! Вы что! На гауптвахте будете сидеть до самого конца мировой истории. Даже думать такое не рискуйте. С такими мыслями лучше сразу не жить.
Не будем кипятиться, муркнул Вындрик, это нам для исследования. Будто мы доктора.
В палату оперативно вошли охранники с бердышами наперевес. Немного отпыхтевшись, Верховный отослал их обратно и снова уселся за стол переговоров.
Когда ты думаешь только о победе, то открывается новое измерение видишь вокруг себя и на горизонте что-то такое, чего раньше не видел?
Победа как оптика? Это мне близко. В каждом из нас и в каждой окружающей нас вещи есть что-то военное. Во всём можно увидеть оружие или иное средство борьбы с врагом. Я сам это прежде всего оружие: меч, щит, реактивный миномёт.
Отравляющий газ.
Да. Когда ты думаешь о победе над абсолютным врагом, ты знаешь, что весь мир это поле битвы. И эта война длится от начала времён. Каждый должен выбрать, на чьей он стороне. Всё остальное детали. Некоторые рисуют себе картины, в которых враг отождествляется с каким-нибудь жутким существом, с какой-нибудь ужасающей стихией, с каким-нибудь жестоким принципом. Но это так для пущего остервенения.
А когда ты рано или поздно помер? В бою или так. Что с тобой будет?
Это как скамейка запасных. Смерть это тоже происки врага. Когда враг будет повержен, смерти больше не будет. То есть все мёртвые снова будут живы. Если они, конечно, внесли свой вклад в эту победу, а не перешли на сторону зла и смерти.
Воскреснут, что ли? буркала Вындрика расширились сверх всяких приличий.
Так точно. Воскреснут. Будто и не умирали вовсе.
А время случаем не остановится?
Скорее всего.
И какая она будет вечная победа?
Если ты и захочешь застыть в каком-нибудь мгновении, то это как раз миг победы. Он соединит в себе все блага, которые ты только можешь вообразить, и великое множество тех, что не можешь. Ничем не замутнённых благ, заметь.
Значит, победу над врагом можно понимать как некий абсолют?
Не только можно, но и строго нужно. Победа над врагом это конец мира, к которому мы привыкли, конец всей истории, которая есть не что иное, как война добра и зла.
Вындрик жестоко вгрызся в свою мякоть, вылавливая вражески укусившую его блоху.
себе и не нашёл. Поэтому пришлось вступить ему в сражение с самим собой. Началась битва не на жизнь, а на смерть. Да так до сих пор и не закончилась, потому что силы поединщиков оказались странным образом равны. Стороны несут потери, но не сдаются. И ничью тоже не признают, ибо компромисс в этой войне невозможен.
Пожалуй, пора, вкрадчиво прошептал Павлин Матвеевич. Мы и так много времени отняли у занятого человека.
Так что же, приподнялся Верховный, принимаете вы наш смысл? Записываетесь добровольцами в нашу армию добра, а не зловольцами в армию зла?
Да я с радостью, бесстрашно отвечал Иван. Вы меня практически убедили. Для русского человека в самый раз. В общем-то трудно даже себе представить, что может быть лучше. Мы ведь ничего делать не умеем и не хотим. Но только скажи, что это для военных целей откуда берутся творческие энергии и всяческое мастерство. Только нам ещё надо побродить тут, посмотреть другие смыслы.
Другие смыслы? выразил суровое недоумение главнокомандующий. Это вы, получается, предатели? Клевреты? Эмиссары врага? Я тут перед вами битый час распинаюсь, а вы побродить? Да я вам десять лет расстрела. А ну, стража! Хватайте-ка этих смыслопродавцев. Им наша победа не по вкусу.
Тут, пока Павлин Матвеевич кричал своё привычное вы не имеете права и это незаконно, Вындрик как выпустил из всех орудий своего массивного тельца все виды ядовитых веществ, ажно в помещении вообще стало невозможно находиться. Стражники и Главнокомандующий ослепли, оглохли и стали задыхаться. Иван и его команда ринулись на выход, но ставка была окружена войсками. Тогда они в окно, а там крутой склон горы. Вындрик не смутился лёг на бок и покатился по склону, ему хоть бы что. За ним, что делать, так же покатились оба остальные. Вслед за ними полетели всевозможные боевые снаряды.
Глава XIX. Китеж-град Урочище миролюбцев, где безымянный мимими пищит, что смысл это мир
Вындрик встал на четыре лапы, Иван на две, а господин Брыкля ухватился за попавшиеся выступы местности и попытался зафиксировать своё тело с мятущимся духом внутри. Обернувшись, путники могли увидеть, что каким-то загадочным образом Урочище победолюбцев, стоявшее надо всей Невидимой Русью, теперь оказалось внизу. К верху же от них располагался чудесный холм, на котором не было ни камней, ни коряг, но простирался чуть ли не луг с мягкой травой и пахучими цветами. На вершине холма виднелись ажурные белоснежные сооружения, напоминавшие чаши из лепестков.
Вындрик усиленно зашевелил складками на своей так называемой физиономии.