Да, Шеф! грянуло со всех сторон, но пока еще неслаженно, вразнобой и как-то неуверенно. Крис мысленно улыбнулся. Как раз этому все научатся очень быстро.
Представляться нужно? в противовес ему Доминик говорил по обыкновению громко и звонко.
Нет, Шеф! второй ответ прозвучал куда слаженней.
Доминик уже набрал воздуха, чтобы сказать что-то еще, как вдруг с краю поднялась рука.
Просьтите, Крис удивленно нахмурился, услышав странный акцент у совершенно европейского на вид мужчины. Я не зьнаю вас. Просу тут он оглянулся и не без труда поправился: Прошу извинить мою дерзость и все-таки представиться.
Явный азиатский акцент почти исчез, но было видно, что родной английский дается мужчине нелегко.
Красавелло или Офигелло? склонившись к уху Дома, поинтересовался Крис. Хотя скорее это Охренелло потому что как вообще он сюда попал? а в полный голос сказал: Кристофер Файбер, владелец сети ресторанов Дольче Вита, бренд-шеф ресторанов Монмартр, Шекспир и Сотня.
Ты забыл добавить: бессменный ведущий телепроектов Кухня навылет, Супершеф, Что вы мне подали?! и член жюри конкурса Лучший повар, добавил Доминик, и Крис благодарно ему кивнул. Мои регалии поскромнее. Я всего лишь обладатель двух звезд Мишлен в моем ресторане Стивенсон, победитель нескольких международных конкурсов поварского искусства и, соответственно, ведущий данного проекта вот уже пятый юбилейный сезон, Доминик Стивенс.
А еще автор книг Молекулярная кухня это просто, Блюда мира и Экономно не значит невкусно, вставил свои пять центов Крис. А вместе мы ваши будущие ночные кошмары, добавил максимально строго.
Участники молчали, переглядываясь между собой да посматривая на незнайку, но тот совершенно невозмутимо и с достоинством шагнул вперед и поклонился, приложив руку к груди.
Рад зьнакомству, сказал он, все-таки сбиваясь еще немного на акцент. Люуис Данкан.
Как-как? переспросил Доминик. Люис? Или Луис?
Луис, повторил мужчина, старательно выговорив собственное имя. Но я много лет прожил в Китае и привык, что меня называют Лю.
Ну что же, добро пожаловать в Америку, Лю, поприветствовал его Кристофер, уже понимая, почему тот оказался не в курсе, кто они с Домом, и зачем этот Луис принялся представляться в ответ: особенности азиатского менталитета. Нам с Домом запасаться жирными сливками, чтобы унять пожар во рту?
Нет, Луис или все же Лю? улыбнулся и покачал головой. Лицо у него было типичнейшего англичанина, а улыбка голливудской звезды. Я умею адаптировать еду под ваши вькусы.
Ну что же, попробуем, кивнул Крис.
Внимание всем участникам, съемка начинается через пять минут, послышался усиленный мегафоном голос Йоса. Крис, Дом, прошу занять точку.
На самом деле, приноровиться к бьющему в глаза свету было куда проще, чем к постоянной жаре в кухне. В первые месяцы его работы в горячем цеху Дом несколько раз падал в обморок, потому что забывал о необходимости пить воду.
Зато теперь ни он, ни Крис не нуждались в специальных вкладышах в кители, в отличие от других участников съемок. Капли трудового пота на лбу смотрятся в кадре красиво, а вот влажные круги в подмышках нет.
Наложенный Бриттой грим, до этого ощущавшийся холодной липкой пленкой,
от тепла осветительных приборов стал пластичнее и смахивал теперь на размятую в руках мастику, но, к счастью, не норовил осыпаться или потечь. Наверное, именно грим был самым большим неудобством, с каким пришлось смириться на съемках: за столько лет на кухне Дом привык держать кожу в чистоте. Это было не только уважением по отношению к тем, с кем работаешь, но и мерой предосторожности: за двенадцать часов смены в жаре и влажности кухни малейшая царапина, попади в нее грязь, могла стать причиной серьезного воспаления.
К сожалению, его тонкая, местами буквально фарфоровая кожа была склонна к покраснениям в самые неподходящие моменты. Неважно, волновался он, смущался, радовался любая эмоция подкрашивала щеки живым ярким румянцем. В обычной жизни это совершенно не мешало, а вот перед камерами приходилось изгаляться. Вот и сейчас Дом чувствовал, как подпекает щеки гость из далекого Китая оказался просто чудо как хорош. Настолько, что даже у Криса не возникло желание его одернуть, поставить на место и объяснить, что его имя пока никому, в общем-то, не интересно, и право его назвать еще следовало заслужить.
Симпачелло, окрестил его Дом мысленно и против воли улыбнулся. Прятать свои эмоции за плотный непробиваемый щит на длительное время он так и не научился.
Но, в конце концов, от него этого и не требовали. В их с Крисом паре именно Дом был тем самым хорошим полицейским, так что сейчас улыбка была как нельзя кстати.
Раздавшиеся первые аккорды заставки Звездной кухни отвлекли Дома от мыслей о собственной коже. Он собрался и мысленно повторил свой текст. За четыре сезона он изменился совсем немного, но проговаривать его в пятый раз было так же волнительно, как и в первый.
Готовы приготовить свое лучшее блюдо? закончил он свою подводку и посмотрел на Криса, передавая тому слово.
Крис обвел участников своим фирменным мрачным взглядом исподлобья и сжал кулаки. В такие моменты Доминик мысленно ему аплодировал Кристофер Файбер был человеком добрейшей души и открытого сердца, но напускать на себя вид терминатора умел безупречно. И тем забавнее было, что, огласив задание и отправив участников бегом на рабочие места, он наклонился к нему и прошептал: