О то ж пся крев! проговорил Вальнек, захлопнув за собою дверь и в недоумении разводя руками, что теперь делать?
Маленький господин с сонными глазами, случайный свидетель всей этой сцены, рассказал инженеру о своем знакомстве с Вальновским и для чего нужен был ему нивелир.
Здесь, кончил маленький господин, здесь вовсе не нажива, как видите Там в Киеве семь человек, во, во, во и способная только любить женщина. Нет, уж строгость вашу бросьте.
Инженер не был человеком злым. Это был просто влюбленный в себя, в свою аккуратность, в свою точность, человек, видящий только себя, очень чуткий ко всему тому, что могло оскорбить или задеть его ненасытное «я». Теперь ему стало жаль Вальнека.
Послушайте, почему вы не сказали прямо, чего вы хотите? выскочил инженер в переднюю, где уныло сидел Вальнек и тупо смотрел перед собою.
Вальнек встал и, сдвинув брови, молча слушал длинную речь инженера о том, что первое и основное правило в их деле не стараться быть больше того, что на самом деле представляешь из себя. Это и бесполезно и опасно для живого дела, в котором каждая ошибка неминуемо откроется и повлечет за собой крупные траты.
У нас бьют не за незнание, а за скрывание своего незнания, кончил инженер.
Вальнек слушал и понял только одно, что его простили.
Когда, кончив занятия, инженер оделся и вышел на улицу, Вальнек пошел за ним, смотрел ему вслед, и все складки его подвижного лба устремлялись за инженером.
Господин начальник, нагнал его Вальнек у самого его дома, я вас покорнейше прошу, позвольте мне денег
Я не могу вы уже всё взяли
И инженер, прибавив шагу, быстро ушел от Вальнека.
Тьфу! плюнул вдогонку ему Вальнек и угрюмо повернул назад.
Вы останетесь.
Но я не могу возвратить вам взятые уже сто рублей.
Что ж делать? я заплачу их из своего кармана за науку.
Наступило молчание.
Все, что я могу вам сделать, проговорил инженер, это приказать взять вам билет третьего класса.
Из гостиницы не выпускают.
Ну, уж я тут ничего не могу.
Если я дам им расписку и попрошу вашу контору высылать им деньги из моего жалованья.
Вы хозяин ваших денег.
Я хотел просить вас поручиться.
Нет.
Семье хоть что-нибудь выслать
Из жалованья за этот месяц, если вы дадите адрес, контора вышлет.
За этот месяц чем же я жить буду? Чем заплачу за проезд?
Я ничего больше не могу сделать.
Господин начальник! ну, хоть вот что Вам люди в контору нужны у меня есть племянница здесь возьмите ее чертежницей.
Инженер уже слышал об этой племяннице, найденной на улице, и быстро, возмущенно ответил:
Ни в каком случае.
Вальнек от инженера отправился в контору.
Там уже шла предотъездная сутолока: закупоривали инструменты, заколачивали ящики. Младший инженер с большими ногами бегал по комнате, кричал и ругался.
Техники и десятники, рассевшись на стульях и ящиках в приемной, вели веселые разговоры людей, которые завтра, послезавтра бросят этот чуждый для них город с тем, чтоб никогда, вероятно, больше не возвратиться в него.
Что-то сбродное, цыганское, бесшабашное, а с ним и веселое чувствовалось во всей этой группе случайно столкнувшихся между собой людей.
Вальнек, потеряв надежду на то, чтоб урвать денег у инженера, поднялся на новую комбинацию. У кого пять, у кого десять, у кого и рубль Вальнек насобирал около пятидесяти рублей у своих товарищей с клятвенным обещанием возвратить их немедленно после первой получки.
их толпе.
Махал и Вальнек, хотя единственный знакомый ему человек в этом городе, отысканная им племянница, ехала с ним. Но уж таков обычай, и Вальнек не хотел отступать от него.
После первой минуты общего как будто сближения наступило быстрое разобщение.
Инженеры ушли в первый класс, где играли в карты, ухаживали за дамами и редко, разве посмотреть на закат, показывались на палубе.
Техники почти все время сидели на палубе второго класса, разговаривали, курили и сообщали друг другу разные случаи из своей жизни.
Десятники ехали в третьем классе, пили, курили, плевались, играли в карты, заводили постоянные ссоры с пассажирами и врали им всякую ерунду о том, кто они.
Высокий, в большой студенческой шляпе, в высоких сапогах нахальный молодой десятник толковал десятнику Еремину о порядочности и воспитанности.
Я по крайней мере так думаю.
Низкого роста, с прямыми волосами, бесцветный десятник Еремин ничего не имел против и усиленно угощал своего воспитанного товарища. Но однажды, напившись, он устроил такую неприличность, что воспитанный десятник надавал ему пощечин и пошел еще с жалобой к хозяину Еремина молодому инженеру с большими ногами.
Он нашел инженера на палубе.
Я имел удовольствие познакомиться с вашим десятником Ереминым, так начал десятник, подходя к инженеру.
С чем вас и поздравляю, фыркнул молодой инженер.
Не с чем Я имел удовольствие нахлестать ему морду-с
Удовольствие небольшое
За невоспитанность
Именно за что же?
Это уж его спросите.
И, подняв свою студенческую шляпу, воспитанный десятник величественно поклонился инженеру и проговорил:
Еще одна негодная тварь затесалась к нам Господин Вальнек со своей племянницей Он тоже не минует пощечины Вы его предупредите: если он не желает