Татьяна. Ничего, ничего так
Бессемёнов. А коли ничего, так незачем и вздыхать. Неужто отцовы слова так тяжело слушать? Не для себя ради, а для вас же, молодых, говорим. Мы свое прожили, вам жить. А когда глядишь на вас, то не понимаешь, как, собственно, вы жить думаете? К чему у вас намерения? Наш порядок вам не нравится, это мы видим, чувствуем а какой свой порядок вы придумали? Вот он, вопрос? Н-да
Татьяна. Папаша! Подумайте, который раз говорите вы мне это?
Бессемёнов. И еще, и без конца, до гроба говорить буду! Ибо обеспокоен я в моей жизни. Вами обеспокоен Зря, не подумавши хорошо, пустил я вас в образование Вот Петра выгнали, ты в девках сидишь
Татьяна. Я работаю я
Бессемёнов. Слыхал. А кому польза от этой работы? Двадцать пять рублей твои никому не надобны и тебе самой. Выходи замуж, живи законным порядком, я сам тебе пятьдесят в месяц платить буду
Акулина Ивановна(все время разговора отца с дочерью беспокойно вертится на стуле, несколько раз пытается что-то сказать и, наконец, ласково спрашивает) . Отец! Ватрушечки не хочешь ли? От обеда остались а?
Бессемёнов(оборачиваясь к ней, смотрит на нее сначала сердито и потом, улыбаясь в бороду, говорит) . Ну, тащи ватрушки тащи Эхе-хе! (Акулина Ивановна бросается к шкафу, а Бессемёнов говорит дочери.) Видишь, мать-то, как утка от собаки птенцов своих, вас от меня защищает Все дрожит, все боится, как бы я словом-то не ушиб вас Ба, птичник! Явился, пропащий!
Перчихин(является в дверях, за ним молча входит Поля) . Мир сему дому, хозяину седому, хозяйке-красотке, чадам их любезным во веки веков!
Бессемёнов. У тебя опять разрешение вина?
Перчихин. С горя!
Бессемёнов. С какого это?
Перчихин(рассказывает, здороваясь) .
Зяблика продал сегодня Три года держал птицу, тирольской трелью пела, продал! Почувствовал себя за этот поступок низким человеком и растрогался. Жаль птицу, привык любил
(Поля, улыбаясь, кивает отцу головой.)
Бессемёнов. А зачем продавал, коли так.
Перчихин(придерживаясь за спинки стульев, ходит вокруг стола) . Цену хорошую дали
Акулина Ивановна. А что тебе деньги? Все равно зря промотаешь
Перчихин(усаживаясь) . Верно, мать! Деньги мне не к рукам верно!
Бессемёнов. Значит, опять-таки не было резона продавать
Перчихин. Был резон. Слепнуть стала птица стало быть, скоро помрет
Бессемёнов(усмехаясь) . Ты однако не совсем дурак
Перчихин. Рази я это от ума поступил? Это от низости натуры моей
(Петр и Тетерев входят.)
Татьяна. А Нил где?
Петр. Ушел с Шишкиным на репетицию.
Бессемёнов. Где это они играть хотят?
Петр. В манеже. Спектакль для солдат.
Перчихин(Тетереву) . Божьей дудке почтение! Синиц ловить идем, дядя?
Тетерев. Можно. А когда?
Перчихин. Хоть завтра.
Тетерев. Не могу. Покойник есть
Перчихин. До обедни?
Тетерев. Могу. Заходи. Акулина Ивановна! А не осталось ли чего-нибудь от обеда? Каши или в этом роде чего-либо?..
Акулина Ивановна. Изволь, батюшка, есть. Поля, принеси-ка там
(Поля уходит.)
Тетерев. Премного благодарен. Ибо сегодня, как вам это известно, не обедал я по случаю похорон и свадьбы
Акулина Ивановна. Знаю, знаю
(Петр, взяв налитый стакан, уходит в комнату за аркой, сопровождаемый испытующим взглядом отца и недружелюбным Тетерева. Несколько секунд все пьют и едят молча.)
Бессемёнов. А хорошо ты, Терентий Хрисанфович, заработаешь в этом месяце. Почти каждый день покойник.
Тетерев. Везет ничего.
Бессемёнов. И свадьбы часто
Тетерев. И женятся усердно
Бессемёнов. Вот накопи деньжат, да и сам женись.
Тетерев. Не хочется
(Татьяна уходит к брату, и между ними начинается тихая беседа.)
Перчихин. Не женись, не надо! Нашему брату, чудаку, женитьба ни к чему. Лучше пойдем снегирей ловить
Тетерев. Согласен
Перчихин. Расчудесное это занятие снегирей ловить! Только что снег выпал, земля словно в пасхальную ризу одета чистота, сияние и кроткая тишина вокруг. Особенно ежели день солнечный душа поет от радости! На деревьях еще осенний лист золотом отливает, а уж ветки серебрецом снежка пухлого присыпаны И вот на этакую умилительную красоту гурлы! гурлы! вдруг с небес чистых стайка красных птичек опустится, цви! цви! цви! И словно маки расцветут. Толстенькие эдакие пичужки, степенные, вроде генералов. Ходят и ворчат и скрипят умиление души! Сам бы в снегиря обратился, чтобы с ними порыться в снегу эх!..
Бессемёнов. Глупая птица, снегирь.
Перчихин. Я сам глупый
Тетерев. Рассказано хорошо
Акулина Ивановна(Перчихину) . Младенец ты
Перчихин. Люблю птичек ловить! Что есть на свете лучше певчей птицы?
Бессемёнов. А ловить ее, птицу-то, грех. Знаешь?
Перчихин. Знаю. Но ежели люблю? И ничего кроме делать не умею. Я так полагаю, что всякое дело любовью освящается
Бессемёнов. Всякое?
Перчихин. Всякое!
Бессемёнов. А ежели кто любит чужую собственность прикарманивать?
Перчихин.
Это уж будет не дело, а воровство.
Бессемёнов. Мм Оно пожалуй
Акулина Ивановна(зевая) . Охо-хо! Скушно что-то И как это по вечерам скушно всегда Хоть бы ты, Терентий Хрисанфович, гитару свою принес да поиграл бы
Тетерев(спокойно) . При найме мною квартиры, достопочтенная Акулина Ивановна, я не брал на себя обязанности увеселять вас