В его глазах мгновенно блеснула ярость, с примесью необузданного желания убивать. Но всё это поглощалось отблесками фар встречных автомобилей.
Ясса замерла. Реплика Ормута ударила по невидимой струне в её сознании. Она подняла брови, и медленно выдохнула, замечая то, что до этого увидеть не получалось. Тот самый недостающий кусок в узоре. Ты думаешь они делают их не для себя?.. прошептала она, чуть хрипло.
Ормут спокойно кивнул. Насколько знаю, среди Харперов нет тех, кто пользовался бы таким способом развития. Да и сам Харп Не думаю, что он допустил такое у себя. Они явно их делают для кого-то.
На мгновение тишина между ними наполнилась рёвом мотора и шорохом ветра за окнами. Ясса смотрела в стекло, но видела совсем другое: далёкую планету, одна из трёх первых заселенных её народом.
Я знаю что это, Ормут. тихо сказала она, не отрывая взгляда от горизонта.
Я видела, как все превращаются в высушенных мумий, после чего их просто уносит ветер А где-то там, остатки, просто станут для кого-то кормом.
Ты про Нааквитал? уточнил Ормут, быстро бросив взгляд в её сторону, не опуская рук с руля. Но ведь это было очень давно. Если память не изменяет, около пяти тысяч циклов назад?
Да, ты прав четыре тысячи восемьсот тридцать циклов, если быть точным тихо ответила Ясса.
Она закрыла глаза, и под кожей, если присмотреться сквозь тонкую завесу маскировки едва светились звездообразные метки. Они вспыхивали гасли вспыхивали снова. Ритм этих огоньков выдавал, как сильно внутри неё всё сжалось. Как хаотичны были мысли, и как трагичны были воспоминания.
Ормут нахмурился.
Но тебе всего три сотни циклов. Как ты могла это видеть? спросил он осторожно. Его голос был ровным, правда внутри скреблось удивление, почти нескрываемая тревога. Он слышал про катастрофу Нааквитал. Все слышали. Но чтобы кто-то видел, таких существ не осталось. А если кто-то и остался, то они явно скрываются.
Ясса приоткрыла глаза. В них скользила усталость, тяжесть и глубокое знание, чуждое её возрасту. У нас остались хроники, Ормут. произнесла она, тихо, почти с горечью. Одна из космических баз она записывала всё. Телеметрия, визуальные каналы, психокод. Их показывают каждому воину. Всем. Чтобы мы помнили.
Эти слова замерли в воздухе, от чего сложилось впечатление, что тяжёлый камень упал в тишину. Ормут почувствовал, как каждая сказанная буква становилась занозой под кожей.
Он молча отвёл взгляд на дорогу, потом мягко сказал. Извини, Ясса. Я не хотел.
Она не ответила. Только сидела, сжав пальцы в тонких перчатках, глядя в окно машины, где за стеклом струились огни шоссе, мерцали далекие здания, искрились отблески небесных тел. Лицо её оставалось неподвижным, но под кожей звёздные знаки по-прежнему мерцали, будто само живое воспоминание пульсировало внутри неё.
Ормут молчал. Он знал эту историю, как знали все. Но знал её словами, мифами, слухами.
Пять тысяч циклов назад. Культ Изнанки. Те, кто верил, что сила принимает только через силу. Они создали жертвенные камни. Соединяли плоть, душу, пси, после чего сжимали их в ядро, а в конце добавляли напрямую энергию изнанки.
Да, они получали силу. Больше, чем кто-либо мог представить. Но цена Ормут сжал зубы. Цена была непомерно высокой.
Говорят, они все сходили с ума. тихо произнёс он. Все, кто держал эти камни. Все, кто питался ими. Они теряли себя без остатка.
Ясса кивнула. Медленно. Не просто сходили. Они переставали существовать как личности. её голос стал ровным, как у хроникёра, читающего древний текст. Они превращались в оболочки. Их вела слепая жажда и ярость.
На мгновение машина пронеслась мимо разрушенного знака, из которого осталась лишь половина слова. Луна разливалась над горизонтом, багровая, чем-то похожая на кровавый глаз.
Ясса взглянула вперёд. И теперь Харперы хотят повторить это. сказала она. В её голосе не было страха. Лишь отзвук давней раны.
Тряхнув головой, попыталась сбросить невидимый груз с плеч. Кадры из хроник всё ещё стояли перед глазами. Чёрные сполохи, рывки пламени, фиолетовые вихри прорывов. Лица её сородичей, уходящих в белый свет пустоты. Но она больше не та юная воительница. Она уже не из их народа.
Теперь её путь и её жизнь принадлежали Ордену.
Ясса глубоко выдохнула, словно выталкивая из себя этот плен прошлых воспоминаний.
Тишина между ними начинала резать, и она наконец решилась озвучить то, что жгло язык с момента, как они услышали план Харперов.
Ормут насколько мне известно, из истории давно вымарали всё, что касалось создания жертвенных камней. Даже наш народ сделал всё, чтобы это исчезло. девушка коснулась груди, чуть наклонила голову, шепнув слова на своём языке. Со стороны это очень походило на молитву.
Ормут кивнул, продолжая пристально смотреть на дорогу, где перед ними мелькали огни редких деревень и поселков. Хороший вопрос, Ясса. И у меня нет точного ответа. он помедлил, потом стукнул пальцами по рулю, подталкивая себя продолжить. И как нет объяснения, зачем им понадобился наш прототип.
Он замолчал, и Ясса приподняла бровь, потянувшись ближе, не сводя с него внимательного взгляда. К чему ты клонишь? спросила она резко, не дождавшись какой-то реакции парня.