Рад стараться, вашвысокородь! вытянулся во фрунт Елисей.
Вольно, молодец. Свободен, отпустил его командир и тут же потребовал у Соболевского. Рассказывайте, Сергей Иванович.
Как только мы поднялись на борт, капитан судна заявил протест, требуя объяснить на каком основании мы открыли огонь по английскому кораблю в нейтральных водах. Я ему напомнил, что они не реагировали на наши сигналы и не остановились даже после первого выстрела. Тогда капитан начал уверять нас, что никаких сигналов они не видели, взрывов не слышали и вообще плывут из Гонконга в Сан-Франциско.
А плыть из Гонконга в Кейптаун через Магеланнов пролив они не пробовали, не выдержав, пошутил вслух и рассмеялся Чагин. Извините, Сергей Иванович, продолжайте
Примерно так же я ему и ответил, улыбнулся в ответ Соболевский. После чего потребовал предъявить коносаменты на груз. Капитан не видит необходимости ни в предъявлении коносаментов, ни в осмотре корабля, так как он везет оборудование мирного назначения. Но я вступать в бесполезный спор не стал, просто приказал кондуктору Васильеву с матросами осмотреть трюмы. После этого капитан спорить перестал и принес документы. Ну, а осмотр трюмов подтвердил, что судно загружено военной контрабандой. А по документам выяснилось, что идут они в Йокогаму и везут пушки с боекомплектом. В результате, после получения вашего разрешения, кондуктор Вязовский по моему приказу, взяв двух матросов, разместил в трюмах подрывные заряды
Как только мичман закончил доклад, к командиру подошел вестовой с донесением от ответственного за размещение английского экипажа мичмана Бертенсона. Капитан английского судна оказался недоволен, что всю команду «Черного рыцаря» разместили в одном помещении и требовал встречи с капитаном корабля, чтобы заявить протест.
Требует встретимся, согласился Чагин, попросив сначала найти и пригласить на мостик старшего офицера.
Анжу появился на мостике минут через десять.
Петр Иванович, встретил его вопросом Чагин, «гостей» разместили как обычно?
Конечно, Иван Иваныч, ответил удивленно Анжу. А что, какие-то вопросы возникли?
Английский капитан недоволен, ответил Чагин.
Да и черт с ним, Иван Иваныч. Сутки и в таких условиях перетерпят, Анжу искренне не мог понять, для чего его позвали. А там, как обычно, на «Владимир» передадим и все Не в царские же покои их помещать? Сами знаете, там отделка и мебель
Я не о том, Петр Иванович. Меня просто удивила претензия англичанина, пояснил Чагин, рассказав и о донесении мичмана.
Владыки морей, усмехнулся Анжу. Пошлите его к чертовой бабушке, Иван Иваныч.
Что-то вы совсем некуртуазно себя ведете, Петр Иванович, шутливо упрекнул его Чагин. Дипломатичней надо
На вас вся надежда, Иван Иваныч, отшутился Анжу. А я, с вашего разрешения, пойду держиморду изображать. Без всякой дипломатии
Идите, вздохнул Чагин и произнес популярную среди офицеров корабля шутку. Ибо сказано: «Ке нотр ви маритим? Тужур дежур, суар буар, навиге, навиге, и апре мурю[4]»
Разговор британца с командиром крейсера проходил тет-а-тет в командирской каюте. Поэтому подробности беседы остались неизвестны. Но то, что из каюты англичанин вышел красный, как рак и ругающийся себе под нос, видели все заинтересованные лица. Впрочем, большинству было не до переживаний английских джентльменов. Которых, к тому же, через сутки передали на пароход Доброфлота «Владимир», выполняющий роль подвижной базы и судна снабжения для крейсеров.
«Алмаз» вернулся к своей рутинной работе, продолжая рейдировать на морских путях в Японию. Как и большинство крейсеров обеих эскадр, Крейсерской и Второй Тихоокеанской. Броненосные крейсировали отрядами у берегов Японии и в Желтом море, а бронепалубные, второго ранга и крейсера -купцы рейдировали в Тихом океане. Потрепанные в бою у острова
Гуам японцы пытались перехватить броненосные эскадры быстроходными броненосцами типа «Дункан» и оставшимися крейсерами, а на противодействие рейдерам сил у них оставалось мало. Но несколько вооруженных пароходов и тройку скоростных авизо для поиска русских Того выделить смог.
Если до встречи с «Черным рыцарем» крейсеру удалось перехватить и утопить японский пароход «Идзумо Мару», задержать в качестве приза немецкое судно «Арабия» с грузом военной контрабанды, а также остановить и досмотреть французский пароход «Виль де Таматаве» и американский «Энтерпрайз», то уже несколько дней «Алмаз» не встретил ни одного парохода. Казалось, океан полностью очистился от кораблей, как в допотопные времена. Матросы и часть офицеров радовались спокойствию и отдыху. Вечерами, по сигналу «Команде песни петь и веселиться», матросы часто исполняли недавно придуманную песню:
На море-океане, да к острову Буяну
Привели японцы очень много кораблей
И покрылся берег у села Агану
Сотнями пострелянных, порубанных людей
Любо, братцы, любо
Любо, братцы, жить
Нам в шестом сибирском не приходится тужить
Исполнявшаяся на мотив популярного казачьего напева, она рассказывала о бое с японским десантом. Казалось, и дальше все будет также спокойно и тихо, вот только у Петра на душе почему-то поселилась неясная тревога. К тому же ему очень хотелось вновь оказаться на Гуаме и снова поговорить с той, что захватила его сердце. Так что старший офицер ходил по кораблю, невольно хмурясь. И вызывая своим недовольным видом удивленное опасение у матросов и младших офицеров.