Когда он достиг величественного здания Оперного театра, небо на востоке стало сереть. Альбрехт глянул на часы половина восьмого. Еще пятнадцать минут размеренной ходьбы, и вот уже показались серые стены императорских казарм исходной точки его утреннего променада. Караульные на входе отдали честь будущему офицеру Вермахта, оберфенрих поднял руку в ответном приветствии. Из казарм в направлении столовой мимо них прошагала седьмая рота, дежурный фельдфебель рявкнул «Habacht! Rechts schaut!», Альбрехт оглянулся. Рядом стоял дежурный офицер оберлейтенант Бергер.
Полковник уже прибыл, сообщил он под уверенную поступь уходящей роты, построение сразу же после завтрака.
А что за спешка? поинтересовался Зееман.
Полковник все объяснит, оберлейтенант после рукопожатия поспешил натянуть перчатку ибо было зябко, от себя добавлю, что хлопоты скорее приятные.
Поскольку время позволяло, Альбрехт прошел в помещение казарм, проверил закрепленное за его взводом помещение и доложил командиру роты о прибытии. Гауптман Шиллер одобрительно посмотрел на часы и предложил кандидату в офицеры подумать над целью полкового сбора. Оберфенрих старательно собирался с мыслями, но в концеконцов признался:
Не имею ни малейшего понятия, херр Гауптман. Единственное, что приходит в голову это посещение нашего абшнита одним из руководителей Рейха.
Браво, херр оберфенрих! довольно улыбнулся Шиллер, такая проницательность делает вам честь.
Неужели мое предположение верно?
Отчасти. А теперь молчок! Все остальное узнаете в течение дня. Остальных офицеров роты прошу в это не посвящать.
Ich werde, Herr Hauptmann! пролаял Альбрехт.
В ту же минуту помещение ротной канцелярии начало наполняться офицерами и фельдфебелями. Не ожидая, пока каждый из них доложит о своем прибытии, Гауптман Шиллер громко объявил:
Господа! Сегодня давайте обойдемся без церемоний! Всетаки, выходной день. После завтрака переодеть солдат в парадную форму и ровно в восемь тридцать построение в общеполковое каре на плацу. Побатальонно. Личному составу объявить, что после обеда им разрешат сходить в город. Все ясно?
Дружный «Jawohl» было ему ответом. Даже пришедший чуть позже всех гауптфельдфебель Риккен кивнул наполовину седой головой и лишь спросил:
В город отпускать как обычно треть?
Уставы, гауптфельдфебель, еще никто не отменял, подчеркнуто вежливо проговорил Шиллер.
Риккен развел руками и еще раз кивнул. Подойдя к Зееману, он спросил:
Поможете мне, херр оберфенрих?
Конечно, помогу, сказал Альбрехт, а в чем именно?
Нужно будет проверить всех солдат роты, отпускаемых в город.
Можете на меня рассчитывать! пообещал он гауптфельдфебелю.
Отвлечемся немного от нашего повествования и поясним читателю, что же за зверь такой гауптфельдфебель. Проводя параллель с Красной и Советской Армией можно с уверенностью констатировать: гауптфельдфебель Вермахта есть старшина Вооруженных сил. Почти. Если учитывать, что по штату в пехотной роте Вермахта не было ни замполита (комиссара), ни чистого заместителя, то львиную долю их работы выполнял гауптфельдфебель, которого величали «матерью роты», а солдаты за глаза называли «Шпайсс», то есть «Длинный нос». Итак, наш «Буратино» был полным заместителем командира роты по хозяйственной части, контролировал работу всех тыловых служб и обеспечивал порядок в тылу. «Гауптфельдфебель делал все, чтобы даже в условиях войны снабжение роты было поставлено на должном уровне. «Шпайсс» просматривал бумаги, в том числе отчеты, поступающие приказы, списки на повышение, списки прибывших и убывших, инвентарные перечни, доклады и тому подобные мелочи. Через руки гауптфельдфебеля проходила вся информация, касающаяся личного состава роты, он составлял похоронные извещения, отвечал на запросы властей и прочее. «Шпайсс» проверял и раздавал солдатам почту, в его обязанности входило следить за четким распределением отпусков. Он следил за тем, чтобы в роту вовремя поступало все необходимое. Гауптфельдфебель организовывал баню для солдат, отправлявшихся домой, а если тем приходилось ждать поезда, то обеспечивал им проживание. В крайнем случае, гауптфельдфебель мог заменить
вышедшего из строя командира взвода».
Короче говоря, один гауптфельдфебель заменял красноармейского старшину, политрука и заместителя командира роты. И дело здесь не в том, что Вермахт был более высокоорганизованной боевой единицей по сравнению с РККА. Это и коню понятно. Дело в том, что немцы за пять лет на осколках Рейхсвера создали современную армию, а инертная Русь (как выяснилось впоследствии) за двадцать лет ни к чему подобному не смогла и приблизиться. Лишь когда упершаяся в задницу рогатина не позволила пятиться дальше, наш олимпийский Мишка начал отрабатывать давно забытые приемы ближнего боя. Еще немного отвлечемся и вкратце расскажем о немецкой системе подготовки кадровых офицеров. Это необходимо для предупреждения возникновения различных вопросов.
«Желающий стать офицером после проверки его благонадежности по линии гестапо, сдачи экзаменов по физической подготовке по линии «Юнгфольк» и «Гитлерюгенд» сдавал вступительные экзамены в училище.