И сейчас, мой повелитель, говоря о наследнике, я пишу не о Рэми, а о вашем сыне. Оставляя Мираниса в Кассии, вы подвергаете опасности и его, что, в принципе, дело ваше. Но я не могу позволить, чтобы в соответствии с вашими магическими законами вместе с наследниками умерли бы и его телохранители.
Завтра на рассвете, если вы не примете решения, жрицы богини расскажут о том, что Рэми жив, совету Виссавии. И после этого клан официально потребует отдать наследника.
Вы знаете, чем это грозит лично вам и вашей стране. Вы знаете, что мы не хотим давить на целителя судеб и заставлять мальчика силой вернуться в Виссавию. Но если выбирать между давлением на Рэми и опасностью его потерять, мы все же выберем первое.»
Алкадий? Арман прикусил губу. Это сделал Алкадий?
Это сделал Алкадий. Хотя, видят боги, я не знаю, каким образом, Миранис обернулся, подошел к стеллажу и задумчиво провел пальцем по корешкам книг. Потом потер пальцы, стирая с них пыль, посмотрел на Армана. Тот самый, кто ранил Рэми полгода назад. Тот самый, кого ты упустил у границы. Не так ли, Арман?
Арман вздрогнул. Но как? Тот Алкадий был сильным магом, но не более. Тот, кто сумел достать телохранителя в замке
Алкадий магический упырь, Арман, пояснил Миранис, как бы уловив немой вопрос старшого. Принц вернулся на свое кресло и вновь жестом приказал Арману сесть напротив. Он жрет чужую магию, используя ее позднее, как собственную. И ты его впустил в черные земли, где этой магии слишком много Ты и Кадм совершили непростительную ошибку, за которую мы теперь все и расплачиваемся.
Мой принц
Арман вздрогнул от острого взгляда Мира:
Что еще ты хочешь спросить? Что ты на меня так смотришь, Арман? Для тебя виссавийцы это те, кто лечит магией и ничего не берут взамен? А я знаю их другими. Знаю, что они лечат далеко не всех и могут отказать. Они не умеют прощать, понимаешь? А еще они умеют отказывать. Грубо, цинично сказать «это не наше дело».
Именно так они и сказали моему отцу, когда тот попросил полгода назад о помощи
Арман сглотнул.
Я
Мир раздраженно швырнул остаток морковки в пустую вазу.
Рэми дал нам власть над магическим кланом, и на самом деле это было главной причиной, почему так спешили с посвящением твоего брата в телохранители, почему Рэми связали со мной почти силой. Пока мы держали в руках Рэми, мы держали в руках и клан Виссавии. Мы так думали. Оказалось, зря думали. Виссавия никогда не находилась под нашей властью. Мы все играем по ее правилам.
Даже твой гордый и непреклонный братишка Целитель судеб
Миранис некоторое время молчал, глядя в окно на поднимающееся над городом солнцем.
Я думаю, посвящение Рэми в мои телохранители входило в планы Виссавии. Звучит странно, правда? Они хотели соединить мою силу с силой целителя, которой от рождения обладает Рэми, хотели получить целителя судеб, они его получили. Зачем, я не знаю, но теперь Рэми нужен им в Виссавии И потому хранительница Виссавии использует тонкий шантаж, чтобы заполучить меня, а вместе со мной моего телохранителя. Меня используют!
«Как ты недавно использовал Рэми», подумалось невольно Арману. Но вслух дозорный этого не сказал, а лишь ровно спросил:
Что ты собираешься делать?
Я? нервно засмеялся Мир. Да ничего я не собираюсь
Отец сделал. Посмотри в окно, видишь того всадника? Арман быстро встал, подошел к окну и взглянул на вскакивающего на лошадь молодого человека с вышитыми по синему плащу посольскими знаками. Он везет послание вождю Виссавии. В нем предложение привезти в соседнюю страну некую девушку очень чистой крови.
Невесту для вождя. Сам понимаешь, кто ее повезет.
Значит, ты не отдашь Рэми?
А зависит ли это от меня, Арман? быстро ответил Мир. Ты читал письмо там все доходчиво объяснено. Если я отдам Рэми я умру. Если отвезу в Виссавию он останется там, и я его вновь потеряю. А вместе с ним поддержку могущественного клана, которая нам сейчас так необходима
Плохо знаешь моего брата.
Плохо знаешь сладость власти. А Рэми ее дадут попробовать, не сомневайся.
Не понимаю. Почему хранительницы играются? Почему просто не расскажут
обо всем вождю? Почему не прикажут Рэми вернуться в клан?
По той же причине, почему не приказываю я, горько усмехнулся Мир. Он опасен. Рэми целитель судеб. Если на него всерьез надавить он может изменить нечаянно и мою судьбу, и судьбу Кассии, и судьбу Виссавии. Так запросто
Слышал я это, но не знал, что это так серьезно
Ты многого не знаешь, Арман, засмеялся Мир. Твой не в меру чувствительный, слегка наивный братишка в своих руках держит нас всех, наши жизни и жизни наших стран. Такого проще убить, чем держать рядом. И не обманывайся, единственная причина, почему он жив он нужен клану Виссавии. Только ради клана мой отец не убил целителя судеб сразу, когда его сила только начинала проявляться Убить его легко. Жить с ним сложно.
А ты бы ты бы убил?
Мир прикусив губу, опустив взгляд.
Не знаю. Не задавай трудных вопросов, Арман. Они меня раздражают.
Арман и сам знал, что раздражают, но остановиться уже не мог.
Мир прошептал он.
Если придется выбрать между мной и братом