Спустя месяц Эйнар сделал заказ.
Первого синтетика нашёл по матерным сонетам бывший учитель литературы орал похабные оды, лупя головой о ржавый кусок арматуры. Второй синтетик попался из обслуги какой-то театральный портье с помятой рожей. Сначала он мне показался весьма сохранным, пока тот не начал неистово молиться асгардским богам и пророчить скорый конец света. Его разбор прошел еще быстрее. Я получил оплату и довольный ждал следующих заказов. Эйнар хвалил мою аккуратность. Платил без задержек. Я уже собирался купить новую куртку, когда он внезапно пропал.
Глава 3. Лукреция
Эйнар! Вот это встреча, я был рад, но побоялся в открытую задавать вопросы.
Ти-и-им! он шлёпнул кружкой по столу, обдав соседей пеной, и шепотом добавил: Свежую партию вывалили. Поехали на охоту, а?
С тобой?
Ага, он провел запястьем по платежному чипу и громко попрощался: Бывайте, мужики! Я вам оплатил еще по кружке!
Под одобрительный свист и весёлый хохот мы вышли из «Ржавого клапана» и отправились на парковку. Молчали, быстро проходя переулок, освещенный неоновыми вывесками.
Как только мы сели в машину, Эйнар достал карманный голопроектор. Перед нами заплясала карта утильканавы.
Вот где-то тут, он обвел пальцем самый край, должна быть партия мусора из закрытой лаборатории. Там могут быть «Химеры». Маловероятно, но вдруг повезет? Мне нужны их мозги! его голос дрожал.
Я первый раз видел его настолько возбужденным.
Что за «Химеры»?
Новое поколение синтетиков. Мощные, неуловимые, самообучаемые. В их мозге есть чип, который я давно ищу. Он мне нужен.
Ты думаешь, что их могут выкинуть на свалку просто так?
Ну мало ли В утильканаве полно сокровищ. Когда-то я вытащил оттуда нейрочип «Афины»! Продал за тысячу кредитов
«Афина»? Это те самые помощники судей?
Именно, именно. Давай, погнали.
Машина взвыла на повороте, увозя нас сквозь смог. Эйнар болтал без остановки всякую чепуху про работу, тыча пальцем в окно. Монотонная музыка перебивала его, да я и не слушал
пьяные бредни.
Приехали к свалке. Я приглушил мотор. Перед нами расстилался пейзаж апокалипсиса: горы робототрупов, проросшие ржавыми кактусами антенн, реки электролита, бурлящие в трещинах.
У нас три часа, бросил я, натягивая респиратор, и ни минутой дольше. Потом фильтры сдохнут, и мы отравимся.
Но Эйнар уже убежал вперёд, подпрыгивая на ходу.
Эй, смотри! Эйнар поднял раздавленную голову андроида с вырезанными глазами. Здесь уже были конкуренты.
Мой сапог зацепил брезент. Я отпнул кусок от себя и замер.
Это же
Воздух сгустился. Под брезентом лежала она. Трещины на коже, грудная пластина пробита, словно сердце вырвали. Её волосы спутались в чёрные смоляные пряди, прилипшие к вискам. Но даже сквозь слой засохшего масла и ржавчины Лицо. Человеческое. Не то, что у других синтетиков. Я замер, будто током ударило в виски. Респиратор запотел изнутри, а я не мог оторвать взгляд.
Ух ты, какая баба! Эйнар присвистнул, нависая надо мной. Но всё же не «Химера», увы его голос провалился в вакуум.
Я рухнул на колени, не чувствуя острых осколков. Рука сама потянулась к её щеке, к трещине у губ. Холодная. Но под пальцами едва уловимая вибрация, как течение реки под тонким льдом.
В моей груди что-то сжалось, будто в рёбра вставили электроды и пустили ток. «Не живая», прошипел разум, но что-то глубже и выше моего сознания сомневалось в этом.
Их давно сняли с производства. Глючные и медленные. А с такой побитой шкурой её не восстановить до состояния, которое окупится. Детали сильно устарели.
Я указал пальцем в трещину на её виске: А мозг цел?
Он прилепил жучка ко лбу. На экране заплясали зелёные змейки.
Ща-ща, подожди. Ага, вот. Нейроактивность три процента. Ну-у-у Хватит, чтобы продать память как сувенир, он шлёпнул по её плечу, оставив отпечаток масла: Брось, Тим. Там грузовой синтетик валяется у него мощная гидравлика А лучше пойдем поищем «Химер».
Вдруг девушка дёрнулась. Веки распахнулись, обнажив серые матовые линзы. Не взгляд взрыв: тысячи пикселей боли, гнева, надежды.
Голос прозвучал тихо, словно сквозь вату:
Оставьте Через неделю я умру
Эйнар фыркнул, но я подсунул руки под её спину и понёс в сторону машины. Синтетическая кожа крошилась, пахло горелым кремнием. В ушах звенело.
Ты совсем охренел?! он схватил меня за куртку. Это же ходячая помойка!
Хочу извлечь глаза и память, солгал я, грузя поломанное тело в багажник.
Он плюнул, махнув в сторону груды металлолома: Чёрт с тобой, развлекайся. Но если мои заказы из-за этого пострадают, то забудь про работу!
Мы с Эйнаром ещё около часа перебирали синтетиков, но ничего стоящего не нашли. Я отвёз его обратно в бар, и принёс синтетика домой.
Первые ночи молчала, погружённая в азотную ванну. Лишь когда я подключил кое-как добытый энергореактор, её глаза вспыхнули серо-голубым адом:
Они резали мой мозг голос звенел, как рвущаяся струна. Скальпель скользил по извилинам Это не больно, но Я чувствовала, как умираю!
Я всё списал на глюки в системе, но следующей ночью она закричала. Не предупреждающим писком системы, а хриплым человеческим воплем. Я сорвался с матраса, задев коленом ящик с инструментами. Лукреция билась в ванне с азотом.