Новый, за ногу тебя, шанс. Как будто я была всего лишь неудачной попыткой! Ошибкой судьбы, которую боги решили исправить.
В груди с громким звоном лопнула последняя струна жалости к себе и к прошлому. Вместо неё стремительно разливалась жгучая, как кипяток, ярость. Я позвонила в колокольчик с такой силой, что он издал не мелодичный перезвон, а резкий, пронзительный звук. Будто хотела вырвать его с мясом!
Подхватив газету, я решительным шагом направилась к мусорному ящику неподалёку. Разорвала её пополам и затем ещё раз, превращая счастливые лица будущих новобрачных в мелкие клочки. Бросила их в мусор так, словно хоронила свои последние иллюзии.
С меня хватит!
К тому времени, как я вернулась к калитке, меня уже ожидали. Но не слуга и не улыбчивая или, наоборот, молчаливая экономка. А строгая женщина в закрытом тёмно-сером платье с высоким воротником, чьи серебристые волосы были забраны в такой тугой пучок, что на лице разгладились морщины, а тонкие губы были сжаты в линию.
Мариэлла Бишоп. Личная горничная леди Вайноны Грэй смотрела на меня с брезгливостью, словно я была надоедливой букашкой.
Вы запоздали, Элизабет, сухо произнесла мисс Бишоп, с каким-то садистским удовольствием делая мне выговор. Мне поручено встретить вас и огласить свод правил.
Правил? я удивлённо вскинула бровь и нарочно осталась стоять по ту сторону калитки, всем своим видом показывая, что не поддамся на откровенную провокацию. Могла бы и поздороваться для начала.
Вы верно услышали, Элизабет, криво улыбнулась Мариэлла. Свод правил, которым будет строиться вся ваша дальнейшая жизнь.
Глава 4
Зато внутри меня клокотал вулкан,
следуя за мисс Бишоп, и внимательно огляделась по сторонам. Будучи далёкой от шпионских страстей, я тем не менее старалась подмечать каждую деталь, которая могла бы мне помочь при будущем побеге.
Особняк был довольно небольшим, конечно же, в сравнении с родовым поместьем Грэй. Здание из серого камня впечатляло ледяным бездушием, как будто в нём никто никогда не жил. Отсутствие балконов и мансард, детально симметричные окна, тяжёлые шторы всё выглядело безупречно и богато, но с другой стороны, полностью безлико.
Сад вокруг дома был не лучше. Аккуратно подстриженные кусты, гравийные дорожки, образующие правильные до скукоты геометрические узоры, пара небольших фонтанов в виде драконов, извергающих воду.
Между ними расположились две каменные лавочки, которые хорошо просматривались из любой части сада.
Да уж, я буду здесь как на ладони для всех соглядатаев.
На этой территории вы можете совершать утренний променад и принимать солнечные ванны, произнесла мисс Бишоп, взмахнув рукой по направлению к фонтанам. Через месяц изгородь будет увита декоративным плющом, и вас не увидят с дороги.
Понятно, кивнула я, сохраняя бесстрастное выражение лица, хотя шестерёнки в мозгу крутились как заведённые. Плющ может стать отличным помощником, если он окажется достаточно прочным: по нему можно будет перебраться через ограду. Нужно только дождаться, когда он разрастётся, и тщательно проверить, прежде чем рисковать. Но так, чтобы не привлекать внимание.
Мы вошли в холл особняка, и я невольно поёжилась от пронизывающего холода, которым были пропитаны воздух и сами стены. Повсюду серый мрамор, камень, тяжёлые, тёмные гардины, не пропускающие солнечный свет.
Богатая и мрачная тюрьма.
Звук шагов гулко отскакивал от стен и высоких потолков. Похоже, ковры здесь не в почёте, и любому из служащих мигом станет ясно, где в данный момент находится хозяйка.
Позвольте представить вам обслуживающий персонал, вторглась в мои мысли мисс Бишоп, остановившись в центре холла, и громко хлопнула в ладоши.
Передо мной, будто из воздуха, материализовались четыре фигуры: две горничные в одинаковых серых платьях и накрахмаленных чепцах, грузный мужчина с красным лицом, очевидно, повар, и высокий старик с загорелой морщинистой кожей. Наверное, садовник.
Это мисс Элизабет.
Грейчёва, напомнила ей свою девичью фамилию.
Ваша хозяйка, добавила она таким тоном, будто представляла не человека, а новый предмет мебели в гостиной.
Слуги синхронно поклонились, не проронив ни единого слова, а их лица оставались полностью бесстрастными.
Никакого любопытства, никакого удивления, радости или неприязни. Пустые маски, лишённые эмоций.
Зомби или роботы.
Я кивнула в ответ, хотя внутри всё сжалось от понимания, что эти люди никогда не встанут на мою сторону.
Скорее наоборот. Они подчиняются не мне, а тому, кто платит им жалованье. И в случае моего побега именно они первыми поднимут тревогу.
Нажалуются мисс Бишоп, леди Грэй или, что хуже, Аррону, увидев, что я не соблюдаю пока ещё неведомые мне правила.
Вы свободны, холодно произнесла мисс Бишоп. Слуги исчезли так же бесшумно, как и появились. Пройдёмте в гостиную, Элизабет. Чем скорее разберёмся, тем скорее я покину это место.
О, даже так?
«Посмотрим, кто в итоге покинет его раз и навсегда,» подумала я, чувствуя, как уголок верхней губы дёргается помимо воли.
В тёмной гостиной, не предлагая мне ни чаю, ни даже присесть, мисс Бишоп достала из кармана своего платья сложенный вчетверо листок бумаги.