- Тву-у-у-у! тревожно свистнул гудок парохода. Корабль начал резко забирать мористее. Над мачтами парусника взвились красные вымпелы.
- В Бога душу - почти без эмоций в голосе сказала Настя и добавила несколько казахских и немецких слов. Сложила зонтик. Николай промолчал. Он ни за что не признался бы подруге, что испытал дурацкое облегчение. Высшая справедливость всё же существует, похоже.
- В каюту, велел он, привычно беря ситуацию в свои руки. Если впереди светит стрельба значит, работать ему. Настя боец, и отличный, но это не главная её специальность. Выкинем за борт лишнее, документы и оружие с собой. Попробуем укрыться в трюме, авось пронесёт.
Они опрометью ринулись ко входу в надстройку, однако там уже образовалась пробка отдыхавшие на палубе люди тоже спешили под укрытие стальных бортов, те же, кто был в каютах, напротив, бросились наружу, подгоняемые любопытством. Затор безуспешно пытались разогнать два матроса-португальца.
- Тут много морских патрулей, пират не решится долго быть на одном месте, рассуждал майор, проталкиваясь сквозь галдящий на множестве языков затор. Схватит что успеет и сбежит. Главное переждать.
Их пароходик пытался лечь на курс против ветра, чтобы паруснику сложнее было его преследовать, однако двигался он слишком уж медленно. Вдали бухнула пушка, плеснула вода. Ещё один выстрел и свист над палубой перелёт. Николай наконец-то смог проложить себе и Насте дорогу сквозь дверь. Буркнул сквозь зубы:
- Недолёт и перелёт. Сейчас может накр
Над их головами оглушительно громыхнуло, донёсся звон, треск, скрежет металла. Гудок парохода резко умолк. Снаряд попал в единственную дымовую трубу их корабля. Теперь шансов уйти от погони не оставалось.
- Быстрее! Едва толпа перед ними поредела, как Настя вырвалась вперёд и потянула Дронова за рукав. Увы, возле трапов пробка из толкающихся людей возникла вновь. «Хорошо ещё, что мы не тонем», - подумалось майору.
Когда они добежали до своей каюты, что-то гулко стукнуло о борт парохода. Выкидывая в открытый иллюминатор использованные фальшивые документы и закодированные бумаги, Николай услышал на верхней палубе воинственные вопли, хлопки выстрелов. «Не успели», - понял он. И оказался прав. Едва агенты покинули каюту, как по трапу гурьбой скатилось полдюжины смуглых магрибцев и чернокожих нубийцев все в расшитых крестами жилетках и с абордажными тесаками в руках. Четверо принялись вышибать двери кают, двое набросились на оказавшихся в коридоре пассажиров, колотя их рукоятками тесаков и крича на ломанном французском: «Вверх! Вверх!».
Настя и Николай переглянулись. Сыщица кивнула. Сложила пальцы в условном жесте. «Момент ещё будет». Майор выругался сквозь зубы, но послушно бросил на пол чемодан и поднял руки. Больше всего его раздражало не нападение пиратов, а то, что Анастасия совершенно не выглядела огорчённой. Судя по всему, круиз только что стал для неё только лучше
* * *
Пассажиров и экипаж парохода сгоняли на правый борт, к которому абордажными крючьями был пришвартован пиратский
парусник. Подавив вспышку гнева, Николай теперь внимательно следил за налётчиками и смог оценить, насколько спешно они действуют, как заметно нервничают. Почти никто не пытался тут же вскрывать сумки и чемоданы, хватать женщин, выворачивать карманы пленников. Один коротышка-магрибец, лысый и усатый, попытался отобрать у Анастасии зонтик, однако девушка испустила сдавленный визг и вцепилась в зонт обеими руками, прижала к груди. Тут же рядом возник здоровяк, подпоясанный красным кушаком, рявкнул что-то усачу. Тот оставил зонт в покое и убежал, глухо ворча под нос. Великан, которого Дронов посчитал за боцмана или квартирмейстера, осклабился в жуткой ухмылке, потрепал Настю по щеке столь грубо, что девушка вскрикнула от боли, и тоже умчался прочь наводить порядок где-то ещё. Майор порадовался про себя, что его напарница не вышла из образа, и не улыбнулась пирату в ответ по части гнусных ухмылок Анастасия кому угодно дала бы фору.
- Я чую страх, - шепнула Дронову сыщица, потирая щёку. От бандитов смердит как бы не сильней, чем от пассажиров.
- Капитан у них рисковый, - также вполголоса согласился Дронов. Из-за стоящего вокруг галдежа они могли не бояться, что их услышат. Вышел на охоту в затишье. Сейчас, небось, его корабль тут единственный крейсирует. Зато цены на рабов в Аксуме должны быть самые высокие.
- Ну, меня-то в Аксум не повезут, - агент прищурилась. Капитан, конечно, оставит меня себе, а потом, может, продаст в гарем кому-нибудь выше рангом. Вот тебя точно отправят копать руду. Я-то сбегу раньше, придётся потом ехать вглубь Африки, чтобы и тебя вытащить Может, не ждать долго, зарезать капитана ночью и занять его место?
- Настя - Дронов закрыл глаза и покачал головой. Прекрати читать книжки этого итальянца.
Их оттеснили к фальшборту, и майор воспользовался этим, чтобы получше рассмотреть захвативший их корабль. «Пиратом» оказался небольшой винджаммер парусник с металлическими мачтами и корпусом, какой любили использовать для перевозки зерна либо иных грузов, хранящихся долго. Отсутствие машин и угольных бункеров освобождало место под трюмы, да и уголь не требовалось покупать а ветер ведь бесплатен. Формой корпуса корабль напоминал старинную шебеку Дронов видел модель такой в Лондонском музее, куда их с Настей водила однажды подруга-англичанка. Вероятно, пираты некогда захватили судно Халифата и переделали под свои нужды. На носу парусника теперь стояла пушка, снятая со старого миноносца, на приподнятой корме спаренное зенитное орудие. Питались они не от котлов, которых не было, а от баллонов со сжатым воздухом, и майор сразу взял это на заметку. Как и беспорядок, в котором баллоны хранились.