Как раз это я и предлагаю, прерывает ее Хеймитч. Высадить ее на поле боя и включить камеры.
Но все ведь думают, что она беременна, напоминает Гейл.
Намекнем, что она потеряла ребенка из-за электрического шока на арене, предлагает Плутарх. Очень печальная история.
Идея Хеймитча вызывает много споров, однако его доводы звучат убедительно. Если я способна проявить себя только в реальных условиях, то так тому и быть.
Пока она выполняет указания и произносит заученные реплики, результат в лучшем случае будет сносный. Все должно исходить от нее самой. Тогда это берет за душу.
Даже если мы будем предельно осторожны, мы не сможем обеспечить ей полную безопасность, возражает Боггс. Она будет желанной мишенью для каждого
Я хочу сражаться, вмешиваюсь я. Здесь от меня никакого прока.
А если тебя убьют?
Затем сбрасывает с себя больничный халат и остается в нижнем белье.
Зачем? Он дурашливо принимает вызывающую позу. Мой вид тебя возбуждает?
Не могу сдержать смеха ситуация вдвойне забавная, потому что Боггс буквально не знает, куда девать глаза от смущения, а еще я рада, что Финник ведет себя, как тот парень, которого я встретила на Квартальной бойне.
Я всего лишь человек, Одэйр, успеваю сказать я, прежде чем двери лифта закрываются. Извините, говорю я Боггсу.
Не за что. По-моему, ты здорово справилась, отвечает он. Лучше, чем если бы я его арестовал.
Да уж.
Я украдкой присматриваюсь к нему. Боггсу на вид около сорока пяти, поседевшие волосы коротко стрижены, глаза голубые. Превосходная выправка. За сегодняшний день он уже дважды заставил меня задуматься, что мы могли быть с ним друзьями, а не врагами. Может, стоит дать ему шанс? Жаль, что он так предан Койн
Раздается серия громких щелчков. Лифт на мгновение останавливается, а потом вдруг едет влево.
Он двигается и вбок? удивляюсь я.
Да. Под Тринадцатым проложена целая сеть шахт, поясняет он. Та, в которой мы сейчас, идет над транспортной осью к пятой подъемной платформе. Это в ангаре.
Ангар, тюрьма, спецвооружения А еще где-то производят еду, вырабатывают энергию, очищают воду и воздух.
Тринадцатый даже больше, чем я думала.
В основном это не наша заслуга, говорит Боггс. Мы, так сказать, получили это место в наследство. Нужно только следить, чтобы все оставалось в исправности.
Щелчки возобновляются. Мы снова падаем вниз теперь всего на пару уровней, и двери открываются посреди ангара.
Ого, вырывается у меня при виде бесчисленных рядов всевозможных планолетов. Ну и флотилия Их вы тоже унаследовали?
Некоторые создали сами, другие входили в состав воздушных сил Капитолия. Конечно, с тех пор мы их модернизировали.
В груди снова просыпается ненависть к Тринадцатому.
Значит, все это у вас было, и вы бросили остальные дистрикты беззащитными перед Капитолием.
Все не так просто, возражает Боггс. До недавнего времени у нас не было возможности воевать. Мы едва выжили. После того как мы свергли и казнили приспешников Капитолия, осталась всего горстка людей, умеющих управлять планолетами. Ударить ядерными ракетами? Могли. И чем бы тогда закончилась наша война с Капитолием? Уцелел бы хоть один живой человек на Земле?
Пит сказал то же самое. А вы все назвали его предателем.
Да. Потому что он призывает к прекращению войны. Ты же видишь ни одна сторона не применяет ядерное оружие. Воюем по старинке. Боггс показывает на один из небольших планолетов. Нам туда, солдат Эвердин.
Я поднимаюсь по трапу. Внутри уже расположилась съемочная группа со своим оборудованием и еще несколько человек в серых десантных комбинезонах. Даже Хеймитч одет по-военному, хотя явно не в восторге от плотного форменного воротничка.
Ко мне подбегает Фульвия Кардью и разочарованно вздыхает, увидев мое лицо.
Вся работа коту под хвост. Я тебя не виню, Китнисс. Что поделаешь, не все рождаются с фотогеничными лицами. Вот как он. Она хватает Гейла, который разговаривает с Плутархом, и разворачивает его к нам. Разве не красавец?
Гейл и правда выглядит впечатляюще в военной форме. Однако, учитывая обстоятельства, вопрос лишь смущает нас обоих. Я пытаюсь придумать остроумный ответ, когда Боггс вдруг выдает:
Нас не так-то легко поразить. Мы только что видели Финника в одних трусах.
Боггс мне определенно нравится.
Звучит предупреждение о взлете; я сажусь рядом с Гейлом, напротив Хеймитча и Плутарха, и пристегиваю ремень безопасности. Планолет скользит по лабиринту туннелей, которые выходят на платформу. Какой-то механизм медленно поднимает ее вверх через все уровни, и внезапно мы оказываемся под открытым небом на огромном поле, окруженном лесом. Планолет отрывается от платформы и уплывает за облака. Теперь, когда волна возбуждения схлынула, я осознаю, что понятия не имею, что меня ждет в Восьмом дистрикте. Мало того, я почти ничего не знаю о ходе войны. Во что нам станет победа. И что будет, если мы победим.
Плутарх пытается меня немного просветить. Во-первых, на данный момент в состоянии войны с Капитолием находятся все дистрикты, кроме Второго, который, несмотря на свое участие в Голодных играх, всегда был в привилегированном положении. Там больше продовольствия и лучше жилищные условия. После Темных Времен и мнимого уничтожения Тринадцатого, Второй дистрикт стал новой военной базой Капитолия, хотя официально фигурировал в качестве поставщика строительного