Слабость.
Я чувствую запах страха начал было Рекс, но окончательно потерял контроль над собой и осекся.
Дальше он просто наблюдал, собственное тело перестало ему подчиняться. Он шагнул вперед, вновь сократив расстояние между ними до опасно малого.
Желудок больше не сжимался от страха на смену панике пришло нечто новое, пьянящее и злое. Внутри раздулся горячий шар, наполняя грудь жаром, все тело напряглось, превратившись в единый натянутый мускул. Рекс постоял немного, чуть покачиваясь вперед-назад как змея, изготовившаяся к броску; руки протянулись вперед, пальцы согнулись, как когти
А потом он издал некий звук прямо в лицо Тимми ужасающий звук, какого Рекс никогда прежде не слышал и уж тем более не издавал сам. Его рот широко открылся, голосовые связки напряглись, воздух из легких вырвался через них наружу с длинным вибрирующим шипением: «Х-х-хис-с-с-с!» и это было похоже разом на скрип железа по стеклу, крик ястреба и последний хрип разорванных легких. Звук словно обвился вокруг дрожащего Тимми, удавкой сдавил его горло
Шипение некоторое время висело в пустом коридоре, как эхо непрозвучавшего крика, и растворилось в жужжании ламп дневного света.
Тимми не шевелился. Кривая полуулыбка его застыла, мышцы лица парализовало, как будто неосторожный хирург перерезал нерв и теперь Тимми на всю жизнь остался с таким вот недооформившимся выражением на физиономии.
Слабость, мягко повторил Рекс, и в его голосе еще слышался отзвук шипения.
А потом напряжение отпустило его, демон, что захватил над ним власть, ускользнул так же быстро, как появился. Нечеловеческая упругость мышц исчезла, губы перестали кривиться в оскале. Но Тимми по-прежнему стоял столбом, будто примерзший к месту. Как крыса, от которой только что отвел глаза удав.
Он даже не пикнул, когда Рекс пошел прочь.
Даже на полпути к залу сердце Рекса все еще бешено колотилось от потрясения: он не мог поверить в то, что случилось. Он чувствовал себя бодрым, уверенным и сильным. Страх, терзавший Рекса в коридорах средней школы Биксби каждый божий день все последние два года, больше не был властен над ним.
Зато у него появился другой страх. Ведь несмотря на все усилия Рекса изгнать из себя темняка, тот вдруг объявился и захватил контроль.
И все-таки ему нравилось то, как он теперь себя ощущал стремительным и каким-то более цельным, чем раньше. Хотя, с другой стороны, он ведь и не терял себя. Хищник показал когти,
но не воспользовался ими. Он не вспорол пульсирующую жилку на горле Тимми, не убил отбившегося от стада.
А значит, есть надежда, что та часть мозга, что принадлежит теперь темняку, нашла способ мирно уживаться с человеческой половиной. И возможно, Рекс Грин пока остается в здравом уме.
Но вот надолго ли?
2 8.31 СОБРАНИЕ
Конечно, Мелиссе приходилось посещать десятки подобных мероприятий, но она никогда не видела их по-настоящему. Прежняя Мелисса, оглушенная мысленным шумом, с крепко-накрепко зажмуренными глазами и стиснутыми до боли кулаками, могла рассмотреть все эти сборища не лучше, чем сумела бы рассмотреть и оценить устройство самолета птица, которую затянуло в турбину.
Но теперь толпа не пугала ее, оглушающий гул чужих мыслей не угрожал разрушить ее разум. Используя воспоминания Мадлен и технику, отработанную многими поколениями телепатов, Мелисса теперь умела подняться над бурей, оседлать ее волны, держаться на поверхности, как бакен во время шторма.
Наконец-то она могла ощутить вкус толпы
Облаченные в блестящую синтетику футболисты с важным видом вышагивали по полю; запах переполнявшего парней тестостерона и самодовольства смешивался с горьковатым привкусом таившейся в глубине души каждого из них уверенности: в этом году они снова будут проигрывать матч за матчем. Девицы из группы поддержки топтались неподалеку от игроков, источая мощное поле презрения к окружающим, эти вертихвостки не понимали, с какой силой их ненавидят в школе. Вдоль стен зала расположились скучающие учителя их мысли занимали мечты о сигаретке и чашке кофе и тихое облегчение от того, что первый урок отменен. Мальчишки-десятиклассники, перешедшие в среднюю школу лишь в этом году, сбились в кучу и держались в сторонке; они вовсю таращились на капитаншу группы поддержки, и их мысли были такими же резкими, как запах пота, выступившего на их лицах.
Мелиссе хотелось хохотать до колик в животе. Почему же она до сих пор не понимала, как все это смешно? Почему никто не сказал ей об этом? Оказывается, школа это вовсе не пытка огнем, не ужас, который приходится терпеть каждый день. Это просто одна большая хохма. Главное дать выход смеху.
Мелисса без труда различала в мешанине мыслей толпы разумы других полуночников чистые и громкие ноты поверх «белого шума». Троица сидела вместе, устроившись как можно дальше от Мелиссы. Особенно резко она ощущала полные ледяной ненависти взгляды Десс, которые та порой бросала на нее из-под темных очков. Десс все еще злилась на нее за то, что произошло десять дней назад.
Мелисса и сама переживала из-за этого: уж кому, как не ей, знать, насколько это мерзко, когда в твоей голове хозяйничают без спросу. Но у нее не было выбора. Если бы она не заглянула в мысли Десс и не выведала ее тайны, Рекс был бы теперь законченным темняком, а не